История освоения Дальнего Востока

История Приамурского и Приморского краев в XVII — первой половине XIX вв. Военные действия между русскими казаками и цинскими войсками. Заселение и освоение Приамурья и Приморья в 1850-1882 гг. Правила о переселении крестьян на свободные казенные земли.

Рубрика История и исторические личности
Вид книга
Язык русский
Дата добавления 11.05.2009
Размер файла 175,4 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Положение не изменилось и в 1894 г. Хотя в Амурскую область прибыло 12 558 чел. об. п. новоселов (из Полтавской губернии -- 4783 чел. об. п., Тамбовской -- 467, Екатеринославской -- 471, Воронежской -- 53, Саратовской *-- 38, области Войска Донского -- 30, Самарской -- 28, Черниговской -- 12, Киевской -- 8, Рязанской -- 6, Енисейской -- 5, Тобольской -- 3 и без указания места выхода -- 6710), но они построили только 4 новых селения. Население Приморской области за счет переселенцев увеличилось на 3321 чел. об. п. (400 семей), в том числе прибыло из Черниговской губернии 1498 чел., Полтавской -- 1658, Курской -- 83, Харьковской -- 40, Кубанской -- 18, Екатеринославской -- 18 и Таврической -- 6. Переселенцами было образовано одно новое селение -- Лутковское в Успенской волости Южно-Уссурийского уезда (округа).

С 1895 по 1901 г. мы не располагаем сведениями о размещении населения Амурской области по отдельным населенным пунктам, однако есть все основания полагать, что в эти годы было образовано сравнительно немного новых поселений, так как кроме 1895 и 1901 гг. численность переселенцев-крестьян не была особенно значительной. Совершенно иная картина наблюдается в Приморской области, темпы заселения которой начинают возрастать с небольшими колебаниями (некоторый спад в 1896--1897 гг.) с 1895 г., когда с крестьянской колонизацией сливается новая волна казачьей. В 1895 г. в Приморскую область переселилось 5258 чел. об. п. (в том числе 2061 чел. казаков и 3197 крестьян)1 и было образовано 21 новое селение. Крестьянские селения были созданы в Южно-Уссурийском (8) и Хабаровском (2) уездах, а 11 казачьих поселений -- в Уссурийском казачьем округе. В Южно-Уссурийском уезде (округе) были образованы селения: Липовцы -- в Михайловской волости, Комаровка -- в Зеньковской, Авдеевка и Тихменево -- в Успенской, а также Сергеевка, Бровничи, Душкино и Домашлино -- в Сучанской. В Хабаровском уезде партией переселенцев, прибывших сухопутным путем из Полтавской губернии, были основаны 2 новых селения: Переяславка и Екатеринославка в Киинской волости.

Казаки-переселенцы2 из состава Оренбургского и Донского казачьих войск построили 6 новых селений: Оренбургский и Сальский поселки -- в Козловском станичном округе, станицу Донскую и поселки МуравьевАмурский и Медведицкий -- в Донском и поселок Ново-Качалинский -- в Платоно-Александровском. Забайкальские казаки образовали тогда же 5 новых селений: Аргунский, Ново-Троицкий и Забайкальский -- в Казакевичском станичном округе; Павло-Федоровский и Ново-Михайловский поселки -- в Донском. Таким образом, 1895 г. дал наибольшее количество селений, заведенных в Приморской области.

В 1896 г. в Приморскую область прибыло 3205 чел. об. п. переселенцев, в том числе 1075 казаков, т. е. произошел спад в численности колонистов по сравнению с предшествующим годом. При этом все казаки разместились в уже имеющихся станицах, а крестьяне завели 7 новых селений (6 -- в Южно-Уссурийском и 1 -- в Хабаровском уездах). В Южно-Уссурийском округе были основаны селения: Ображеевка к Лефинская -- в Ивановской волости, Меркушевка -- в Черниговской, Кугу- кова -- в Борисовской, а также Кролевец и Кневичи -- в Цемухинской. В Хабаровском уезде было построено селение Березовка в Николо-Александровской волости.

В 1897 г. в Приморской области водворилось 4104 чел. об. п., в том числе 1145 казаков. Крестьяне образовали 6 новых селений (все в Южно-Уссурийском округе), а казаки -- 3. В Южно Уссурийском округе были заведены селения: Буссевка -- в Спасской волости, Анненское и Духовское -- в Зеньковской, Степановка -- в Успенской, Ваганов (Соломенный хутор) в Сучанской и Бильмановка -- в Григорьевской. Казачьи селения были построены в Казакевичском станичном ок- руге (Хоперский и Хорский поселки) и в Козловском (Тартышевский поселок).

В 1898 г. в Приморскую область переселилось 5466 чел. об. п., из которых на долю казаков приходи- лось лишь 413 чел. об. п. Казаки разместились в существующих уже селениях, а крестьяне заложили 17 новых населенных пунктов (9 -- в Южно-Уссурийском и 8 -- в Хабаровском уездах). В Южно-Уссурийском округе были основаны селения: Снегуровка, Каменка и Гродеково -- в Ивановской волости; Славинское и Сосновка -- в Спасской; Овчинникове и Пеняжино -- в Раздольненской; Сучанский хутор -- в Сучанской волости и Милоградово -- в Ольгинском участке. В Хабаровском же уезде были построены: Матвеевка, Ильинка и Тунгуска -- в Николо-Александровской волости, Гродеково, Могилевка, Александро-Михайловка, Георгиевское и Павленково -- в Киинской. Таким образом, по темпам заселения Хабаровский уезд в 1898 г. почти догоняет Южно-Уссурийский.

Темпы заселения Приморской области в 1899 г. еще более возрастают. Общее число новоселов теперь достигает 10 573 чел. об. п., из которых 1205 чел. об. п. приходится на долю казаков. Увеличивается и число вновь основанных поселений: крестьянами было заведено 20 новых селений (18 -- в Южно-Уссурийском и 2 -- в Хабаровском уездах), а казаками -- 8.

В Южно-Уссурийском крае были образованы селения: Вишневка в Спасской волости; Вассианово (Верхне-Сандугановка) -- в Черниговской; Кипарисовка -- в Раздольненской; Васильково -- в Зеньковской; Подгорное-Реуновка, Уссурийское, Тараща, Глазово, Введенское и Тихонове -- в Успенской; Лифляндское, Ново-Васильково и Эстляндское -- в Цемухинской; Молчановка, Имбиша, Киев и Мельники -- в Сучанской волости. В Хабаровском же уезде -- Гаровка и Николаевка в Николо-Александровской волости.

Новыми казачьими поселениями были: поселок Членовский -- в Казакевичском станичном округе; Георгиевский -- в Козловском; Чичаговский -- в Донском; Ново-Николаевский -- в Платопо-Алексапдровском и, наконец, станица Гродекова и поселки Сергиевский, Дуовский и Барабашева (Левада) -- в Гродековском станичном округе.

Таким же путем шло заселение области и в 1900 г. Всего в область прибыло 10 920 чел. об. п., причем все они были крестьяне с небольшой примесью запасных «нижних чинов» и ссыльнопоселенцев. Морем прибыло 6154 чел. об. п., остальные были доставлены по суше. Из них 3532 чел. водворилось в 6 организованных партиях, 889 -- по проходным свидетельствам и паспортам, 352 чел. об. п. относились к запасным «нижним чинам» и 97 -- к ссыльнопоселенцам, но из этого числа 104 чел. об. п. вернулось на родину1. Переселенцами-крестьянами было основано 24 новых поселения (22 -- в Южно-Уссурийском и 2 -- в Хабаровском уездах). В Южно-Уссурийском уезде это были: Кабарга, Ружино, Елиса-ветовка, Тамчинское, Пантелеймоновка, Звенигородка, Гондатьино, Рождественка, Ольгинское, Федосеевка, Преображенка, Архангеловка, Калиновка, Татьяновка, Озерное, Виноградовка, Сандуганка, Петрушипо, Ули-тиха, Линевичево, Моленый Мыс и Маргаритовка; в Хабаровском уезде -- Отрадное и Дормидонтовка. Кроме того, казаки-переселенцы 1899 г. образовали в Донском станичном округе поселок Ново-Русановский.

Количество новоселов в 1901 г. в Приморской области возросло еще более, достигнув 13 008 чел. об. п., в том числе 1295 чел. об. п. казаков. Казаки все перешли морем, а из 10 710 чел. крестьян 7740 также прибыли в область этим путем. Кроме того, в области осталось 1357 чел. запасных «нижних чинов»1. Тем не менее подавляющая часть поселенцев разместились в старых населенных пунктах. Казаки вообще не образовали ни одного нового селения, а крестьяне -- всего 9 селений (8 -- в Южно-Уссурийском и 1 -- в Хабаровском уезде). В Южно-Уссурийском уезде были образованы следующие селения: Надаровка, Тургенево, Крыловка, Константиновка, Гранатовка, Алексеевка, Данильченково и выселок Данильченков, а в Хабаровском -- Пушкино.

Численность переселенцев в пределы' Приморской области в 1902 г. сократилась до 6997 чел. об. п., в том числе казаков до 354 чел. об. п. Меньше стало и вновь основанных селений-- 5 (3 крестьянских и 2 -- казачьих). Все крестьянские селения были заведены в Южно-Уссурийском округе (Сретенка, Никитовка и Хмельницкое), а казачьи -- в Казакевичском станичном округе (поселки Киинский и Киселевский). В Амурскую область в 1902 г. переселилось 6420 чел. об. п., т. е. количество переселенцев увеличилось почти на 2 тыс. чел. об. п. Они основали в области 11 новых населенных пунктов: Бакчиревка -- в Амуро-Зейской волости; Короли -- в Песчано-Озерской; Федоровка и Антоновка -- в Завитинской; Михайловка и Георгиевка -- в Вознесенской; Маргаритовское, Преображеновка и Козмазовка -- в Красноярской2. Иначе говоря, вновь усиливаются темпы заселения Приамурья.

В 1903 г. Дальний Восток продолжает быстро заселяться и осваиваться. В Приморскую область в этом году пришло 9059 чел. об. п. переселенцев, причем все они были доставлены уже сухим путем. Колонизация Южно-Уссурийского округа переселенцами, прибывавшими морским путем, в связи с проведением железных дорог была прекращена. Переселенцы образовали в области 15 новых селений: в Южно-Уссурийском уезде -- 13, в Хабаровском -- 2 и в Удском -- 1. В Южно-Уссурийском уезде это были Ново-Покровка, Гончаровка, Кошкаровка, Верпаховка, Чугуевка, Вадимовка, Лучки, Яковлева, Яконовка, Тавричанка, Шевелька, Лукьяновка и Новая Ливония; в Хабаровском -- Дежневка и Князе-Волконское и в Удском -- Рождественское.

В Амурскую область в 1903 г. переселилось несколько меньше крестьян, а именно 4510 чел. об. п., однако количество вновь основанных селений почти не сократилось. Всего было образовано 10 селений: Таврическое -- в Амуро-Зейской волости; Харьковка, Албазинка, Успеновка -- в Завитинской; Ново-Киевка, Каменка, Орловка и Дмитриевское -- в Красноярской и Богословка и Таскино -- в Селемджинской.

В 1904--1905 гг., в связи с русско-японской войной, переселенческое движение на Дальний Восток почти прекратилось. Поэтому в 1904 г. не было образовано ни одного нового селения па территории Приморской области, а в 1905 г. -- в обеих областях. В 1904 г. в Амурской области переселенцами прежних лет было образовано 19 новых селений: Переяславка -- в Песчано-Озерской волости; Ново-Алексеевка и Воскресеновка -- в Завитинской; Горки -- в Валуевской; Озерное и Святорусское -- в Вознесенской; Мелехино и Рождественка -- в Тарабагатайской; Завидное, Верное и Молдаванка -- в Красноярской; Угловая -- в Селемджинской; Орловка -- в Красноярской; Тыгда, Федоровское, Заречное, Успеновское, две Ново-Покровки -- в Овсянковской.

Таковым был ход заселения Дальнего Востока в 1883--1905 гг. Как правило, усиление притока переселенцев приводило к росту числа вновь образуемых населенных пунктов, хотя на темпы этого процесса большое влияние оказывали степень заселенности и система ранее образованных поселений. В случае, если их было много, переселенцы иногда предпочитали размещаться рядом со старожилами. Были случаи иного рода, когда переселенцы прежних лет основывали новые поселения (как это было в 1904 г., например, в Амурской области).

Иначе говоря, количество образуемых селений не всегда находилось в прямой зависимости от общего числа переселенцев. Огромную роль в усилении темпов заселения всей Сибири вообще и Дальнего Востока в частности сыграло проведение в 90-х гг. XIX в. Сибирской железной дороги. Решение о ее сооружении было принято в 1891 г. Начиналась Сибирская железная дорога от г. Челябинска в Зауралье и прорезала наиболее заселенную часть Сибири, проходя через Омск, Красноярск, Иркутск и далее в Забайкалье через Верхнеудинск (теперь Улан-Удэ) и Читу. Из Забайкалья дорога сворачивала в Китай и выходила оттуда к Владивостоку, в свою очередь связанному стальными артериями с Хабаровском. С технической точки зрения очень трудным было сооружение пути вокруг Байкала. Дорогу приходилось вырубать в скалах. Этот участок был проложен в начале XX в., во время войны с Японией. Сооружение Амурской железной дороги, соединившей Сибирскую магистраль с Владивостоком через Хабаровск, было полностью окончено только в 1917 г.

В 80 -- начале 90-х гг. на Амур добирались либо по суше, либо вокруг света через Суэцкий канал.

Как и в 60-~70-е гг. XIX в., переселение на Дальним Восток сухим путем было крайне затруднительно. Н. М. Ядринцев так описывает мытарства переселенцев: «Целые караваны повозок в 100 и более семей в 300 и 400 душ за раз двигаются по сибирским дорогам. Переселенцы не имеют нигде крова. Они останавливаются под открытым небом в поле. Здесь располагаются целые семьи под телегами, больные и дети находятся тут же... Положение значительной части переселенцев нищенское. Входя в Сибирь, они уже начинают питаться подаянием по деревням, и нищенство составляет профессию переселенца, иначе дойти до места у него недостало бы средств. На главной трактовой дороге Сибири крестьяне-старожилы сообщили нам как факт, что из всего числа обозов они помнят только две партии переселенцев не побирающихся и это была большая редкость»1.

Помощь властей была незначительна. Когда в 1888 г. Иркутск переполнили переселенцы, шедшие па Амур, то по подписке удалось собрать всего 1000 руб. пожертвований. Временный комитет за зиму 1888/89 г. смог пополнить эту сумму 10 000 руб.2, но все эти меры не могли серьезно облегчить тяжелое положение переселенцев.

Исследователи переселенческого движения в 80 -- начале 90-х гг. И. А. Гурвич и А. А. Исаев отмечали беспорядочность тогдашних перевозок, высокую смертность среди переселенцев3.

Подъем переселенческого движения в 90-х гг. оказался неожиданным для правительства. Железные дороги наводнили странствующие семьи. В 1893 г. был создан особый Комитет Сибирской железной дороги ответственный за заселение Сибири и Дальнего Востока. На местах же до 1896 г. переселенческим делом «ведала» полиция. Все ее «содействие» ограничивалось раз решением осесть на облюбованных местах.

Поскольку с 90-х гг. XIX в. среди переселенцев стали преобладать безземельные и малоземельные крестьяне неспособные оплатить дорожные расходы, в 1893 г. был установлен новый пониженный переселенческий тариф, равный '/з стоимости переезда в вагонах 4-го класса Кроме того, переселенцы получали путевые пособия и врачебно-продовольственную помощь, хотя и в совершенно недостаточных размерах1. Ссуды на «домообзаведение» в Приморье не превышали 150 руб. на семью и 100 руб. -- во всех остальных переселенческих районах. Выдавались они частями, с чудовищной волокитой, в то время как на проезд и обзаведение хозяйством переселенцу, по подсчетам экономистов, требовалось не менее 450 руб.2.

И все же успехи в деле заселения Дальнего Востока в 80--90-х гг. XIX в. были весьма значительны. Бесспорно, что они были бы гораздо большими, если бы это народное движение протекало не в условиях самодержавно-помещичьей России.

Откуда же приходили переселенцы на Дальний Восток в'1883--1905 гг.? Если в 1850--1882 гг. Дальний Восток заселялся преимущественно переселенцами и:; сибирских губерний, то теперь на смену им пришли новоселы-крестьяне из украинских губерний. На Дальний Восток в 1883--1905 гг. переселилось 172 876 чел. об. п. Из этого числа на долю выходцев из губерний Украины приходится 109 510 чел. об. п., или 63,35% общего числа переселенцев1.

Малоземельем особенно отличалась Полтавская губерния, давшая максимальное число переселенцев. Согласно подворной переписи 1900 г. безземельные и малоземельные крестьяне (с наделами до 4-х десятин) составляли здесь 52,5% всего сельского населения. На 311 187 крестьянских и казачьих дворов приходились 2 191 741 десятина удобной земли, а 3393 собственника имели 886 323 десятины.

Много оказалось переселенцев, не указавших места выхода, -- 29 845 чел. об. п., или 17,26% всех новоселов. Это были преимущественно временные жители Дальне- го Востока (приисковые рабочие, рабочие, занятые сооружением железных дорог и т. д.), прибывшие из соседних сибирских губерний (Тобольской, Томской и Енисейекой). Многие из них оседали здесь на постоянное жительство. Численность же крестьян-сибиряков в этот период снизилась до 3803 чел. об. п., или до 2,20% общего числа переселенцев.

Вслед за Украиной и Сибирью идут Центрально-Земледельческий район, давший 8817 чел. об. п., или 5,10%, Белоруссия -- 4084 чел. об. п., или 2,36%, Нижнее Поволжье -- 1629 чел. об. п., или 0,94%, и Южное Приуралье -- 1579 чел. об. п., или 0,92%. Кроме того, уволенные в запас «нижние чины» в 1883--1905 гг. составили 3453 чел., или 2,00% всех переселенцев. На долю остальных районов приходится ничтожное количество выходцев.

Каковы же были изменения в направлении переселенческого движения?

Амурская область заселялась жителями, прибывшими сухопутным путем и без государственной помощи. Это наложило известный отпечаток на состав переселенцев. Выходцев с Украины здесь намного меньше, чем в соседней Приморской области (Южно-Уссурийском крае): они составляют 43,78% (32 371 чел. об. п.) всех переселенцев. Характерно также, что большая часть новоселов-украинцев прибыла из Полтавской губернии (20 884 чел. об. п., или 28,24% всех переселенцев). Харьковская губерния дала 1351, Черниговская -- 1187, Подольская -- 1013, Киевская -- 977, Екатеринослав-ская -- 1876, Кубанская -- 1677, Войско Донское -- 2406, Таврическая -- 722, Бессарабская -- 209 и Херсонская -- 69 чел. об. п.

Переселенческое движение с территории Левобережной Украины (т. е. главным образом Полтавской губернии) было наиболее значительным в 1883--1884, 1894-- 1895 и 1901 --1903 гг. Резкое же снижение его, когда новоселы исчислялись десятками человек, наблюдалось в 1886--1887, 1890--1891, 1897--1899 и 1904--1905 гг. Увеличение числа покидающих родные места происходило, как правило, в неурожайные годы. Правобережная Украина (Киевская и Подольская губернии) поставляла незначительные партии переселенцев, и то лишь с 1900 г., а Волынская губерния вообще не принимала никакого участия в этом процессе. Новороссийские губернии начали принимать более или менее значительное участие в заселении Приамурья лишь с начала XX в.

На втором месте по числу переселенцев стоит Центрально-Земледельческий район. Он дал 10,84% всех прибывших в Амурскую область (8184 чел. об. п.). Больше всего крестьян вышло из Тамбовской (5918 чел. об. п.) и Воронежской (1812 чел. об. п.) губерний, а остальные дали ничтожное число новоселов (Курская -- 197, Орловская -- 169, Тульская -- 68 и Рязанская -- 20 чел. об. п.). Переселенческое движение из этого района начало возрастать лишь с конца 80-х гг. XIX в. Наибольшее же число переселенцев приходится на 1888--1889, 1892--1893 и 1902--1903 гг.

Вслед за Центрально-Земледельческим районом идут Белоруссия и Литва, давшие 3311 чел. об. п., или 4,48% всех переселенцев. Подавляющая часть новоселов вышла из Могилевской губернии (3252 чел. об. п.), на долю других приходится ничтожное число крестьян (Смоленская -- 22, Минская -- 19, Виленская -- 12, Витебская -- 6 чел. об. п.), а Ковенская и Гродненская губернии вообще не участвовали в этом процессе. Переселение крестьян Могилевской губернии в Амурскую область усилилось лишь с 1898 г., а наибольшее число их -- 1512 чел. об. п. -- было зарегистрировано в 1900 г.

Особое положение занимает Сибирь. Число крестьян-сибиряков, осевших в Приамурье в 1883--1905 гг., составляет 2933 чел. об. п., или 3,96% общего числа переселенцев. Почти все они прибыли из Забайкальской (1757 чел. об. п.) области, Томской (630 чел. об. п.) и Тобольской (105 чел. об. п.) губерний в 80-е гг. XIX в. С 1890 г. значение этого района резко снижается и начинает понемногу возрастать лишь с 1900 г. Однако именно в 90-е гг. в Приамурье прибывает, главным образом из Сибири, очень много «временных жителей». Они принимают активное участие в разработке золотых приисков, строительстве дорог и т. д. Несомненно, это были преимущественно выходцы из Томской, Енисейской и Тобольской губерний. Таких «временных жителей» было учтено в 1883--1905 гг. 22 080 чел. об. п. Это, по нашему убеждению, свидетельствует о том, что и в 90-е гг. XIX в. Сибирь играла значительную роль в освоении Дальнего Востока (главным образом Амурской области), но вместе с тем изменяется характер этого участия. Уменьшается число прибывавших сюда крестьян-земледельцев, но зато возрастает численность рабочего люда, занятого в промышленности.

Среди прочих районов, оказавших некоторое влияние на темпы заселения Приамурья, можно назвать Нижнее Поволжье, давшее 1576 чел. об. п., или 2,13% всех переселенцев. (Больше всего крестьян прибыло из Самарской (794ччел. об. п.) и Саратовской (548 чел. об. п.) губерний в 1899--1900 гг. Все остальные районы страны, вместе взятые, дали лишь 0,79% всех переселенцев (407 чел. об. п.).

С 80-х гг. XIX по начало XX в. Приморье (главным образом Южно-Уссурийский край) заселялось и осваивалось украинскими выходцами. С 1883 по 1905 г. сюда прибыло 77 139 чел. об. п. с территории Украины. Это составляет 78,13% всех переселенцев (к 98 734 чел. об. п.).

Большая часть украинских переселенцев -- выходцы из Черниговской (24 812 чел. об. п., или 25,13% всех переселенцев) и Полтавской (17 194 чел. об. п., или 17,41%) губерний Левобережной Украины, которая в целом дала 42 535 чел. об. п. (43,08% всех переселенцев). На долю Харьковской губернии приходится ничтожное число новоселов (529 чел. об. п.).

Первоначально (в 1883--1888 гг.) в Южно-Уссурийский край прибывали в основном жители Черниговской губернии. С 1889 г. появляются переселенцы из Полтавской губернии, а в 1893--1894, 1898, 1901 -- 1903 гг. эта губерния выходит на первое место. Особое место занимает Киевская губерния (Правобережная Украина). Две другие губернии этого района (Волынская и Подольская) дали немного переселенцев; Киевская же губерния вышла на первое место, выделив 27 291 чел. об. п. (27,64% общего числа переселенцев), хотя крестьянство отсюда начало уходить лишь с 1896 г.

Новороссийские губернии не играли сколько-нибудь значительной роли в заселении Приморья. На общем фоне выделяется только область Войска Донского (5546 чел. об. п.) в связи с возобновившейся казачьей колонизацией Уссурийского казачьего округа Приморской области в 1895--1901 гг. В этой же связи можно назвать Южное Приуралье, давшее 1514 переселенцев уральских казаков (1,53%). Кроме того, в Приморской области осело немало солдат, уволенных в запас. В 1883--1905 гг. их было поселено здесь 3453 чел., или 3,50% всех переселенцев. Значителен был также удельный вес новоселов без указания места выхода (7765 чел. об. п., или 7,86% всех переселенцев). Состав их был совершенно иной, чем ранее. Это были преимущественно переселенцы с Украины (1896, 1900 и 1901 гг.). Роль Сибири в 1883--1905 гг. была довольно скромной. Всего за эти годы прибыло из Сибири 870 чел. об. п., или 0,88% всех переселенцев. Другие же районы, вместе взятые, дали всего лишь 2,40% переселенцев1.

Все эти данные свидетельствуют, что с 1883 г., несмотря на некоторые колебания, темпы заселения и освоения Дальнего Востока возрастают, причем численность населения увеличивается в основном за счет притока крестьян из украинских и центрально земледельческих губерний России. Удельный вес неземледельческого населения снижается, хотя его численность, особенно в Амурской области, быстро возрастает. Второй характерной особенностью этого периода было то, что начиная с 1883 г. Южно-Уссурийский округ Приморской области наконец превращается в основной колонизуемый район Дальнего Востока, оттесняя Амурскую область на второе место. Этому в немалой мере способствовал перевоз крестьян в Южно-Уссурийский край морем.

Земледельческая, крестьянская колонизация Дальнего Востока, усилившаяся в 80-е гг., привела к тому, что процент русского населения, проживавшего в городах, при его сравнительно быстром росте в абсолютных цифрах несколько снижается к началу XX в. Численность русского населения в городах Приморья с 1882 по 1898 гг. увеличилась с 11026 до 34 830 чел. об. п., а его удельный вес по отношению ко всему русскому населению снизился с 37,83 до 27,86%. В Амурской же области оно с 1881 по 1901 г. увеличилось с 10 132 до 34 188 чел. об. п., а его удельный вес поднялся с 26,33 до 29,44%, т. е. па 3,11%'. Такой замедленный рост станет понятным, если учесть, что города Дальнего Востока тогда являлись торговыми, транспортными, административными и в значительно меньшей мере промышленными центрами. Развитие в них промышленности сдерживалось недостатком капиталов, узостью местного рынка и системой «порто-франко», широко открывшей двери для иностранцев. Появление на Дальнем Востоке фабрично-заводских предприятий не отвечало также интересам промышленной буржуазии центральных районов России. Некоторое развитие на Дальнем Востоке получили лишь отдельные отрасли добывающей промышленности (золото, рыба, лес), военные предприятия, пищевая промышленность и т. д.

В Амурской области с 1886 по 1905 г. население городов увеличилось с 13 549 до 37 886 чел. об. п. Как и все население Амурской области, население городов прибывало главным образом за счет механического прироста, хотя роль естественного прироста также неуклонно возрастает, особенно в 90-е гг. XIX в. Действительно, с 1886 по 1905 г. на долю механического прироста приходилось 16 318, а естественного -- 9758 чел. об. п., но сравнительно высокий общий рост населения городов Приамурья (г. Благовещенска) в 80--90-е гг. объясняется наличием здесь крестьянско-казачьего слоя. Собственно городские сословия -- купцы и мещане -- давали небольшой прирост. Многие «горожане» Амурской области занимались исключительно земледелием. Действительно, с 1887 по 1892 г. численность купечества и мещанства возросла с 6446 до 7345 чел. об. п., а крестьянства -- с 1382 до 5969 и казачества с 242 до 378 чел. об. п.

В Приморской области в 80--90-е гг. происходит сокращение процента русского городского населения почти на 10%. Из-за усилившегося в 90-е гг. притока корейцев и китайцев в города Дальнего Востока удельный вес населения городов по району в целом и по его частям неуклонно возрастал. В Амурской области с 1881 по 1901 г. он поднялся с 18,43 до 25,83% (1881 г. -- 18,43%, 1886 г. -- 21,20%, 1887 г. -- 22,93%, 1898 г. -- 26,26% и 1901 г. -- 25,83%), а в Приморской -- с 23,43 до 27,44%.

Благодаря возросшим темпам в заселении и освоении Дальнего Востока численность русского населения и других категорий населения, переселившегося сюда из Европейской России и Сибири, за период с 1881 по 1905 г. возросла с 67 708 до 382 558 чел. об. п. (по Амурской области с 38 483 до 142 369 и по Приморской -- с 29 225 до 240 189 чел. об. п.)1. Таким образом, к началу XX в. Приамурье и Приморье уже были заселены преимущественно русскими и украинцами.

В новую фазу своего развития вступает и земледелие края. К 1890 г. кран обеспечивал себя необходимым хлебом и временно освободился от ввоза его извне. Особые успехи были достигнуты в Южно-Уссурийском округе. Так, если в 1882 г. военные закупки у немногочисленного сельского населения (около 3 тыс. чел. об. п.) составили лишь около 27 тыс. пудов зерна, то в 1892 г. их объем исчислялся 600 тыс. пудов2. Численность земледельческого населения Южно-Уссурийского округа за эти годы увеличилась с 2905 до 29 365 чел. об. п., так как в 1883--1892 гг. сюда переселилось 19 490 чел. об. п. земледельцев-крестьян, и это не могло не способствовать подъему земледелия в этом районе. В целом по Южно-Уссурийскому округу удельный вес земледельцев по отношению ко всему наличному населению повышался до 1893 г.

Площади обрабатываемой русскими крестьянами земли с 1870 по 1890 г. соответственно возросли с 1028 до 23 996 десятин, или в 23,3 раза. Во второй половине 90-х гг. XIX в. военные власти уменьшили цены на хлеб и тем самым понизили у крестьянства заинтересованность в его производстве. Одновременно с 1893 г. начинается уменьшение доли русского земледельческого населения из-за передислокации войск (1893 г. -- 23 172, 1894 г. -- 25 832, 1895 г. -- 27 636, 1900 г. -- 30 000 чел.) и увеличения городского населения. Уже в 1896 г. На Дальний Восток было ввезено более 4 млн. пудов хлеба1. Удельный вес неземледельческого населения к этому времени возрос еще более, составив более трети все го населения области.

Население Удского и Хабаровского округов занималось хлебопашеством тогда еще в ничтожных размерах. Так было в 60--70-х гг., такое положение сохранилось и в 90-х гг. XIX -- начале XX в. Главными занятиями населения оставались звероловство, рыбный и лесной промыслы. Это означало, что на север приходилось постоянно ввозить большие партии хлеба, тогда как его не хватало даже для населения хлебопроизводящего Южно-Уссурийского округа. Поэтому начиная с середины 90-х гг. XIX в. и вплоть до 1917 г. Приморье ни разу не смогло полностью обеспечить себя собственным хлебом.

Совершенно в ином положении находилась Амурская область. Уже в 1869 г. область давала много тонн пищевого хлеба и не только обеспечивала свои внутренние потребности, но даже сбывала излишки в соседние губернии. В 70--80-е гг. XIX в. развитие земледелия здесь замедлилось. Это можно объяснить слабым притоком сюда до 1883 г. переселенцев-крестьян и трудностями, возникавшими при освоении новых земель. В 1893 г. область дала 1 300 000 пудов пищевого хлеба, го раздо больше, чем в 1869 г. Его хватило для обеспечения городского населения области, рабочего населения золотых приисков и даже войск, дислоцируемых здесь2.

В 80--90-е гг. благодаря быстрому росту г. Благовещенска и неземледельческого приискового населения спрос на хлеб повышается, а усилившийся приток земледельческого населения из Европейской России создает для этого весьма благоприятные условия. Урожай хлебных культур по области в 1903 г. достигает 8 855 376 пудов, в том числе пищевого хлеба было получено 7 507 763 пуда (см. таблицу).

Наконец, с 1903 по 1905 г. площадь под хлебными культурами увеличилась с 114 461 до' 177 888 десятин, а урожай вырос с 8 855 376 до 14 492 511 пудов, или на 5 637 135 пудов. Амурская область ежегодно дает значительные излишки хлеба, которые, однако, не могут покрыть недостаток хлеба в Приморской области. Интересно также, что в начале XX в. возрастают не только размеры посевных площадей и, следовательно, урожаи, но и средняя урожайность. Так, если в 1869 г. средняя урожайность по области была сам-5,4, то в 1904 г. она поднялась до сам-6,8, а в 1905 г. -- сам-7,9.

В 80--90-е гг. XIX в. на Дальнем Востоке наибольшее развитие получили золотодобывающая и мукомольная отрасли промышленности. Добыча золота в Амурской области была начата в 1864 г. В 1880 г. уже действовало 13 приисков, на которых добывалось более 235 пудов золота1. В 1881 г. приисков стало 142.

К 1886 г. в Амурской области действовало 40 приисков, на которых было добыто несколько более 356 пудов золота3. В 1900 г. здесь уже насчитывалось 204 прииска (добывалось 493 пуда золота), а в Приморской -- 25 приисков (168 пудов золота)4.

Мукомольная промышленность, отражающая успехи края в развитии земледелия, была более всего развита в Амурской области. Здесь в 1886 г. насчитывалось 113 действующих мельниц, в 1888 г. -- 320, в 1890 г.-- 450 и в 1894 г.-- 404, а в Приморской в 1885 г. -- 2. в 1889 г. -- 13, в 1890 г. -- 116 и в 1894 г. -- 245

Несколько слов об изменениях в численности и размещении аборигенов Приамурья и Приморья в 1883-- 1905 гг.

Численность коренного населения в 80--90-е гг. XIX в., по данным губернаторских отчетов, по сравнению с предшествующим периодом увеличилась. Если в 1881 г. в Приамурье и Приморье было учтено 13,2 тыс. чел. об. п. аборигенов, то к 1892 г. их стало 16,5 тыс. чел. об. п., а перепись 1897. г. показала уже 17,9 тыс. чел. об. п. Таким образом, кроме 60-х гг. XIX в., когда в результате эпидемий оспы и холеры абсолютная численность аборигенов несколько уменьшилась, во второй половине XIX в. здесь наблюдается известная стабильность.

Если она и нарушалась, то только в период до включения края в состав России.

Национальный состав коренного населения в 90-е гг. XIX в. в отчетах губернаторов определяется не совсем точно. Однако демографическая перепись 1897 г. хотя и неполно, но достаточно приближенно учла численность аборигенов. К недостаткам ее следует отнести нечеткий и не до конца определенный национальный со-; став. Действительно, в Приморской области отдельно учтены гиляки (вместе с ульчами, негидальцами и самогирцами), якуты и тунгусы. Это затрудняет размежевание коренных народностей. Во всяком случае, нам пришлось, учитывая национальный состав аборигенов Приморья в 60--70-е гг. и по переписи 1915 г., условно отнести тунгусов Удского и Хабаровского уездов к гольдам (нанайцам), а Уссурийского и Южно-Уссурийского -- к орочам и удэгейцам.

С учетом этих оговорок и несовершенства методов учета национального состава населения можно проследить, как изменялась численность малых народов Амура. В Амурской области численность тунгусов с 1881 по 1897 г. увеличилась с 1,9 до 3,4 тыс. чел. об. п.1. Количество гольдов (нанайцев), проживавших в Софийском (Хабаровском) и частично Удском округах, с 1881 по 1897 г. возросло с 3,6 до 8,7 тыс. чел. об. п. Мы не можем найти причины столь резкого увеличения, зафиксированного переписью 1897 г., тем более что все исчисления более раннего времени показывают примерно одни и те же устойчивые цифры (4,0 тыс., 3,6 тыс. чел. об. п.), которые близки к цифрам более поздних исчислений и переписей (1912 г. -- 4,3 тыс. чел., 1916 г. -- 4,5 тыс. чел.). По всей вероятности, в ходе переписи к гольдам отнесли часть гиляков или ульчей. Во всяком случае, этот вопрос нуждается в проверке, так как не подлежит сомнению, что не могло быть такого неожиданно большого прироста гольдов в 1897 г., как и резкого их сокращения до уровня начала 90-х гг. XIX в.

Число гиляков с 1881 по 1897 г. сокращается с 5,0 тыс. до 4,2 тыс. чел. об. п. Такое небольшое уменьшение численности населения можно было бы считать вполне возможным, если бы данные предшествующего (1892 г.) и последующего (1912 г.) исчислений не да вали резкого и столь неожиданного прироста (ь 1892 г. -- 8,0 тыс., в 1912 г. -- 8,3 тыс. чел.). Однако эти данные как раз наиболее убедительно свидетельствуют о том, что вся путаница вызвана недостаточно четким размежеванием гиляков и гольдов и завышенным, а возможно, и двойным учетом части их.

Все данные о движении гиляков за весь период с 1650 по 1916 г. свидетельствуют, что их численность вряд ли когда-либо превышала 5 тыс. чел. об. п. и что перепись 1897 г. верно учла их, а исчисления 1892 и 1912 гг. дают неточные, завышенные цифры. С другой стороны, перепись 1897 г., видимо, показывает завышенные цифры численности гольдов, так как их число по всем без исключения другим исчислениям и переписям никогда не поднималось выше 4,6 тыс. чел. об. п. К этому вопросу мы вернемся в следующей главе.

Численность орочей с 1881 по 1897 г. сократилась с 2,7 до 1,6 тыс. чел. Такое уменьшение объясняется перекочевкой части их в Маньчжурию в 1882 г.1.

Таким образом, мы не можем говорить о вымирании коренного населения Дальнего Востока в 80--90-е гг. XIX в. В пореформенной России процесс этот затронул лишь отдельные небольшие народности (ненцев, хантов, манси и др.) и его никак нельзя признать всеобщим. К тому же нельзя забывать и о фактах естественной ассимиляции. Н. М. Ядринцев в 1892 г. справедливо отмечал, что «факт вымирания и уменьшения численности инородцев не охватывает все местности и все сибирские племена. Так, исключение составляют, по-видимому, ...южные кочевники: буряты, киргизы и калмыки...»2. Н. Харузин в специальной работе о лопарях приходит к выводу, что «нельзя констатировать вымирания лопарей, но зато они «довольно быстро русеют»1.

Экономическое развитие Дальнего Востока в 80-е гг XIX в. чрезвычайно ускорилось, причем наиболее характерным показателем этого процесса может служить рост городов. Если в 1882 г. на Дальнем Востоке в городах проживало 24 660 чел. об. п., то к 1 января 1906 г. горожан насчитывалось 138 тыс. чел, об. п., т. е. рост более чем в 5,5 раза. За этот период население Благовещенска увеличилось почти в четыре раза, Хабаровска -более чем втрое, Николаевска -- на 321,6% и Владивостока -- более чем в десять раз. Сообразно с ростом населения увеличивался и масштаб строительства, при чем темпы его необычайно ускорились с конца XIX в. Так, в 1901 г. во Владивостоке имелось всего 950 построек, а в 1906 г.-- уже 3295. В Николаевске за тот же период число перестроек увеличилось с 572 до 11912. Активизировалась также деятельность портов и железной дороги. В 1901 г., например, во Владивосток при было 439 морских судов, а в 1906 г. -- 700. Грузооборот железнодорожной станции Владивосток за тот же промежуток времени увеличился с 13 245 до 35 532 тыс. пудов3.

Одновременно с развитием городов и промышленности растет и спрос на рабочие руки, главным образом для строительных и разгрузочных работ.

Обрабатывающая промышленность на Дальнем Востоке даже в начале XX в. была развита весьма слабо и и удовлетворялась небольшим числом рабочих. На начало 1906 г. в Амурской области действовало 220 промышленных заведений с 2067 рабочими и с общим оборотом около 5199 тыс. руб.1. В Приморской области в 1907 г. насчитывалось 720 промышленных заведений с оборотом в 4427 тыс. руб., на которых были заняты 4151 рабочий2.

Русские рабочие, по данным переписи 1897 г., преобладали в отраслях промышленности; обрабатывающей волокнистые вещества, растительные и животные продукты, металлы, а также приготовляющих безалкогольные напитки. В этой группе участвует 73% всех русских рабочих, занятых в обрабатывающей промышленности. Большинство сезонников китайцев и корейцев, наоборот, заняты обработкой минеральных веществ (кирпичные и извести обжигательные заводы), в химических и связанных с ними производствах (солеварни), в винокурении и. пивоварении, а также на предприятиях, обрабатывающих растительные продукты (мельницы и круподерки).

В Амурской области удельный вес корейских и китайских рабочих был гораздо меньшим и русские рабочие доминировали почти во всех отраслях обрабатывающей промышленности (кроме предприятий, занятых обработкой минеральных веществ). Однако и здесь достаточно четко прослеживается та же тенденция.

Русские рабочие преобладали на предприятиях с более современной техникой, требующей квалифицированного труда. Китайские и корейские рабочие использовались в отраслях производства, где труд оплачивался весьма низко. Это объясняется тем обстоятельством, что китайские сезонные рабочие, как правило, прибывали на Дальний Восток на непродолжительное время и в большом количестве.

Совершенно особое положение на Дальнем Востоке занимает добыча золота. Как известно, о наличии золота в прилегающей к Амуру тайге стало известно сразу же после окончательного включения Приамурья в состав России. Тем не менее разработка приисков в крае началась лишь в 1864 г.1. Однако, опасаясь, чтобы развивающаяся золотопромышленность не отвлекла переселенцев-крестьян от земледелия, власти запретили принимать на прииски рабочих из состава амурских переселенцев и разрешили пользоваться услугами китайских сезонников2.! О корейцах вопрос не ставился, так как в 60-х гг. XIX в. трудно было ожидать их появления на нашей территории при той суровой каре (лишение жизни), которую корейские законы налагали тогда за оставление отечества. Положение 1864 г. оставалось в силе в течение всего рассматриваемого нами периода -- с 60-х гг. XIX в. по 1917 г. Золотопромышленники долгое время предпочитали, однако, иметь дело с русскими рабочими, которые начиная с 1867 г. в массе своей приезжали из Забайкалья, Томской и Енисейской губерний, где уже давно существовала добыча золота и имелось много опытных старателей. Золотопромышленники не жалели средств, лишь бы выработка золота шла быстрее и успешней. Так было до второй половины 80-х гг. В амурской тайге каких бы то ни было китайских сезонников тогда не замечалось.

Впервые внимание на китайских и корейских рабочих власти обратили только в 90-х гг. XIX в. Однако, не желая иметь дела с китайцами, власти начинают заменять на приисках китайских рабочих корейскими.

Сведения о числе промышлявших в тайге китайцев и корейцев всегда отличались крайней неполнотой и в состоянии дать лишь самое общее представление о действительном положении дел. Всего в 1900 г. было добыто золота в Амурской области 493 пуда, из которых русскими рабочими -- 253 пуда, или 51,3%, а в Приморской --468 пудов, из которых русскими -- 102 пуда, или 64,9%'. В целом, по сравнению с 80-ми гг. XIX в., когда золотопромышленность добилась больших успехов, это большой прирост (в 1886 г. в Амурской области намыли 356 пудов)2.

Особая комиссия при Горном департаменте находила, что в конце 90-х гг. XIX в. число китайцев на золотых приисках превышало 15 тыс. чел.3. К 1905 г., в силу особого притока на Дальний Восток китайцев и корейцев, их стало, по примерным подсчетам, не менее 30 тыс. чел.4.

Обратимся теперь к сельскому хозяйству.

Господствующие на Дальнем Востоке, как и вообще в Восточной Азии, муссоны делают его климат совершенно непохожим на климат Европейской России. В то время как в последней осадки распределяются более или менее равномерно и составляют в летнее время 63% годовой нормы, на Дальнем Востоке на весну и лето приходится их от 86,5 до 93%. Почва также сильно отличается от привычного для русского крестьянина суглинка или чернозема. Крестьяне, переселившиеся из украинских губерний, где они буквально задыхались от малоземелья, обрадовались вольным просторам Южно-Уссурийского края, но вскоре столкнулись с большими трудностями. Привезенные с родины плуги оказывались непригодными, привычные сорта семян быстро вырождались, хлеб на переувлажненной пашне заглушался сорняками и страдал от головни и других вредоносных грибков, которые отравляли хлеб и делали его непригодным не только для люден, по даже для скота. Тем не менее крестьяне упорно продолжали цепляться за усвоенную от отцов и дедов систему полеводства.

В этих условиях занятие сельским хозяйством было бы совершенно немыслимо, если бы русского переселенца не спасало многоземелье, которое давало возможность вести экстенсивное хозяйство в самых широких размерах.

До какой степени проявлялась на Дальнем Востоке тенденция к росту вширь, можно судить по следующим данным. В Амурской области среди осевших до 80-х гг. переселенцев только 28,9% хозяйств имели в начале XX в. посевную площадь менее 20 десятин, остальные 71,1% засевали от 20 до 75 и более десятин на хозяйство, и даже если взять все население Амурской области, включая сюда и новоселов, и тех, кто хлебопашеством совсем не занимался, то и тогда окажется, что ко второй категории принадлежит 62,5, а к гюрзой -- только 37,5%'. Такое же стремление замечается и в Приморской области, однако оно осложняется здесь, во-первых, усиленным притоком новых переселенцев и неустроенностью многих хозяйств, а .во-вторых, практикой сдачи земель в аренду.

Из всего сказанного можно сделать вывод о крайнем своеобразии сельского хозяйства Дальневосточного края.

Несмотря на расширяющуюся с каждым годом площадь посевов1, Дальний Восток так и не смог обеспечить себя своим хлебом, и его приходилось завозить. Интендантство, например, хотя и пыталось поддержать новоселов, однако все же ежегодно закупало много хлеба в Маньчжурии. Золотопромышленники также широко пользовались этим рынком. В период с 1903 по 1905 г. они ежегодно вывозили оттуда от 400 до 500 тыс. пудов зерна. Кроме того, на территорию Дальнего Востока в размолотом виде ввозилось значительное количество хлеба из Европейской России и даже Америки2.

При таком несоответствии спроса и предложения цены на хлеб в крае держались очень высокие. Однако крестьянство Дальнего Востока было далеко от благоденствия. По имеющимся статистическим данным, в 1900--1903 гг. в Амурской области себестоимость пшеницы колебалась от 71 до 80 коп., а в Уссурийском крае -- от 65 до 75 коп. за пуд3. В то же время цены на пшеницу (период войны 1904--1905 гг., когда цена на хлеб подымалась до 2 руб. 25 коп. за пуд, мы исключаем) колебались в среднем от 44,7 до 48,9 коп. за пуд4.

Таким образом, рыночная цена, державшаяся в начале нашего столетия на Дальнем Востоке, едва окупала издержки производства, и всякое понижение ее сказывалось самым отрицательным образом на сельском хозяйстве края. Например, в 90-х гг. XIX в. интендантство снижало цены на хлеб, но этот опыт оказался неудачным. Размеры запашки сразу же стали уменьшаться, а крестьяне начали бросать земледелие и искать другие источники существования, так как занятие сельским хозяйством становилось невыгодным.

Отсюда следует, что вовсе не страсть к наживе, а экономическая необходимость вынуждала дальневосточного крестьянина засевать большие земельные участки.

В заключение следует сказать, что благодаря успехам русско-украинской колонизации в течение 1883-- 1905 гг. Приамурье и Приморье были в значительной мере освоены. Русские переселенцы, выражаясь их языком, сделали этот край Россией.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Дальний Восток в 1906-1917 гг.

Рассмотрим теперь последний, наиболее интенсивный период в заселении и хозяйственном освоении Приамурья и Приморья накануне Великой Октябрьской социалистической революции -- с 1906 по 1917 г. Необходимость освещения этого периода в отдельной главе объясняется целым рядом специфических особенностей. Как известно, период с 1906 по 1917 г. был периодом так называемой столыпинской политики, когда правительство сознательно поощряло переселение безземельных и малоземельных крестьян на окраины государства. При помощи переселения указанных категорий крестьянства помещики России стремились ослабить накал классовой борьбы в центральных губерниях и расширить землевладение кулаков.

В условиях новой переселенческой политики на Дальний Восток хлынула сельская беднота. Как показывают официальные источники, для обзаведения хозяйством на новом месте переселенец должен был иметь минимум 715 руб. Между тем, например, из 402 переселенческих семей, осевших в Приморье в 1911 г., только 21 семья располагала суммой от 500 до 1000. руб., тогда как 211 семей имели от 50 до 200 руб., а у 65 семей вообще не было никаких средств1.

Из обследованных в 1912 г. 5973 новоселов Приморской области совсем не имели на родине посева 1291 переселенец, имели его до 1 десятины -- 1525 и от 1 до 2 десятин -- 1219 переселенцев. Из 5643 новоселов не имели до переселения лошадей 2357, имели по одной лошади 1324. Из 6042 новоселов совсем без денег прибыло 1346, привези до 25 руб. -- 770 и от 25 до 100 руб. -- 13592. Таким образом, более половины переселенцев не имели возможности обзавестись на новых местах собственным хозяйством. Значительная часть их возвращалась обратно, остальные пополняли огромную армию батраков. И это несмотря на то, что по новым правилам о переселении, утвержденным в 1908 г., предельная норма ссуды была доведена в районах Дальнего Востока до 200 руб., а в остальных местах -- до 165. В 1912 г. на территории Дальнего Востока она была повышена до 400 руб., а в других районах --* до 250. При заселении Дальнего Востока правительство преследовало не только экономические, но и стратегические цели. Однако й этих денег многим переселенцам не хватало.

Административно-территориальные границы рассматриваемого нами региона (Амурской и Приморской областей) в 1906--1917 гг. претерпели значительные изменения. Границы Амурской области за указанный период (как и вообще за весь период с 1858 по 1917 г.). не изменились, однако здесь в 1907 г. был образован новый город Зея Пристань1, а в 1912 г. -- Алексеевск2. Зато в Приморской области произошли существенные перемены. В 1909 г. из ее состава была выделена Камчатка с Командорскими островами, образовавшая самостоятельную Камчатскую область. В нее вошли Петропавловский, Охотский, Гижигинский и Анадырский уезды, а также Командорские острова3.

В 1914 г. из состава Приморской области был выделен Удский (бывший Николаевский) уезд, который включили в состав Сахалинской области4; Удский уезд мы рассматриваем в составе Приморской области, поэтому за 1914--1917 гг. исключаем сведения о численности населения этого уезда из данных Сахалинской области и присоединяем их к сведениям по Приморской области. 17 июня 1909 г. произошло разделение Южно-Уссурийского округа на три новых уезда: Иманский (из северной части Южно-Уссурийского округа), Никольско-Уссурийский и Ольгинский. Фактически же первым днем существования этих уездов считается 1 января 1910 г.1. Для удобства сопоставления мы не вводим эти три уезда в наш очерк и продолжаем условно и в последующие 8 лет (1910--1917 гг.) рассматривать один неизменный Южно-Уссурийский уезд (округ).

В 1906--1917 гг. Амурская и Приморская области по-прежнему заселялись и осваивались за счет крестьян, переселившихся сюда из Европейской России. Казаки шли теперь лишь на земли Амурской области, однако их численность (11792 чел. об. п.) и удельный вес по отношению к общему числу жителей, осевших на Дальнем Востоке (259 470 чел. об. п.), были невелики (4,54%). Удельный вес переселенцев из соседней Сибири несколько повышается по сравнению с 1883--1905 гг. в основном за счет Амурской области. Действительно, в 1906--1917 гг. в пределы Амурской области из Сибири переселилось 8007 чел. об. п. (8,71% всех переселенцев), в то время как в 1883--1905 гг. сибиряков насчитывалось 2933 чел. об. п. (4,34%). В Приморскую же область в 1906--1916 гг. из Сибири прибыло всего 178 чел. об. п. (в 1883--1905 гг. -- 870 чел. об. п.). И все же благодаря Амурской области удельный вес сибирских переселенцев на Дальнем Востоке заметно увеличился: с 2,28 до 3,15%.

В 1906--1917 гг. крестьянство по-прежнему осваивает главным образом Амурскую область и Южно-Уссурийский округ Приморской области, однако параллельно с этим возрастает число переселенцев, оседавших в Хабаровском и даже северном Удском уездах. Впрочем, количество новоселов, обжившихся в Удском уезде, оставалось крайне незначительным. Темпы переселенческого движения на Дальний Восток в 1906-- 1917 гг. также отличались значительной неравномерностью. Как и ранее, большая часть переселенцев оседала в Южно-Уссурийском и Хабаровском уездах Приморской области: 167 547 чел. об. п., или 64,57% всех переселенцев, а в Амурской -- 91 923 чел. об. п., или 35,43%.


Подобные документы

  • Судьба первопроходца у русского народа, открывающего и обживающего новые земли. Народный герой Ермак Тимофеевич - покоритель Сибири. Описание жизни Ермака, путь его экспедиции. Значение присоединения Сибири. Факторы успешности экспедиции Ермака.

    презентация [4,1 M], добавлен 21.11.2016

  • Русское освоение Сибири при Алексее Михайловиче. Анализ походов землепроходцев и мореходов под командованием Семена Ивановича Дежнева, Василия Даниловича Пояркова, Ерофея Павловича Хабарова. Заселение и освоение Сибири и Дальнего Востока русскими.

    реферат [14,9 K], добавлен 28.12.2016

  • Интенсивное восстановление и развитие хозяйства Дальнего Востока в 20-40-ые годы. Дальний Восток в годы Великой Отечественной войны и послевоенные годы. Программа государства по развитию экономики Дальнего Востока и ее осуществление в период до 1991 г.

    реферат [21,4 K], добавлен 22.06.2010

  • История русской колонизации. Освоение Сибири в XVI веке. Причины организации экспедиции в Сибирь. Экспедиция Ермака и присоединение Сибири. Освоение территорий Дальнего Востока. Экспедиция В.Д. Пояркова и Е.П. Хабарова, С.И. Дежнева и В.В. Атласова.

    курсовая работа [93,9 K], добавлен 28.11.2010

  • История строительства Байкало-Амурской магистрали. Выработка концепции долговременного развития Дальнего Востока в рамках единой государственной региональной политики. Геополитическая ситуация и прогнозы на будущее. Основные проблемы современного БАМа.

    контрольная работа [47,5 K], добавлен 10.11.2010

  • Государственное управление Сибирью в XVII веке. Хозяйственное освоения сибирских просторов. Структура управления в первой половине XVIII веке. Перестройка управления во второй половине XVIII века. Злоупотребления сибирских воевод. Крестьянский мир.

    реферат [25,4 K], добавлен 13.12.2008

  • Первые годы жизни землепроходца. Первая поездка в "закаменную страну". Путешествия Ерофея Павловича Хабарова на Амур. Начало вторичного заселения русскими Приамурья. Включение приамурских земель в состав России. Роль Е.П. Хабарова в изучении Приамурья.

    реферат [35,2 K], добавлен 22.01.2017

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.