Выдающиеся химики-органики России

Размах научной, литературной и общественной деятельности первого русского химика М.В. Ломоносова. Фундаментальные научные открытия академика Т.Е. Ловица. Значение А.А. Воскресенского, А.П. Бородина, А.М. Бутлерова для развития русской химической науки.

Рубрика Химия
Вид курсовая работа
Язык русский
Дата добавления 06.09.2013
Размер файла 1,6 M

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Министерство сельского хозяйства РФ

ФГБОУ ВПО МГАВМиБ

Ветеринарно-биологический факультет

Кафедра химии имени профессоров С.И. Афонского, А.Г. Малахова

КУРСОВАЯ РАБОТА

По дисциплине: «Органическая химия»

Тема: «Выдающиеся химики-органики России»

Выполнил: студент 2 курса 3 группы

Ветеринарно-биологического факультета

Косенков Артем Михайлович

Научный руководитель : Заместитель зав. Кафедрой химии - кандидат химических наук, доцент Фролова Л. А.

Москва 2013 г.

Началом зарождения российской науки можно считать открытие 12 ноября 1725 года Российской Академии Наук в Санкт- Петербурге Первые мысли о ее учреждении возникли у Петра 1, он видел, что России много не достает в развитии наук и промышленности. В 1718 г. Петр I на одном из докладов сделал такую резолюцию: «Сделать академию, а ныне приискать из русских, кто учен и к тому склонность имеет, также начать переводить книги юриспруденции». Намерение Петра I учредить Академию особенно окрепло после избрания его членом Парижской Академии наук. В ответ на избрание Петр I писал: «Мы ничего больше не желаем, как чтоб через прилежность, которую мы будем прилагать, науки в лучший цвет привесть, себя, яко достойного вашей компании члена, показать».

Открытие Академии состоялось после смерти Петра I, при Екатерине 1.

Если принять во внимание, что ко времени открытия С.-Петербургской Академии Наук в России не было достаточно подготовленных ученых, могущих занять место академика, становится понятным, что штат адъюнктов и первых академиков формировался, главным образом, из иностранцев. Выбор и назначение первых академиков производились при ближайшем содействии и рекомендации одного из образованнейших людей того времени -- знаменитого философа, математика и физика Христиана Вольфа. В числе первых академиков мы видим таких выдающихся ученых, как знаменитый математик Даниил Бернулли и один из величайших математиков XVIII в. Леонард Эйлер. Однако большинство академической коллегии далеко не было на высоте тех задач, которые предстояло разрешить Академии Наук. Что касается химии, то в этом отношении дело в Академии обстояло особенно плохо. Достаточно сказать, что первым ученым, занявшим, по приглашению президента Академии Блюментроста, кафедру химии, был некто Бюргер -- доктор медицины. Как смотрел президент Академии на химию, видно из письма его к Бюргеру: «Если вас несколько затруднит химия, то можно ее откинуть, так как вы... будете в особенности прилежать к практической медицине». Впрочем, Бюргеру не пришлось воспользоваться необычайным советом президента. Бюргер прибыл в Петербург в марте 1726 г., а в июле того же года умер. Неудачны были также и преемники Бюргера. Кафедра химии по существу оставалась незамещенной до занятия ее первым русским ученым химиком и академиком Михаилом Васильевичем Ломоносовым. Вместе с тем следует сказать, что история развития химической науки в России начинается с Ломоносова.

Первый русский химик Михаил Васильевич Ломоносов родился в деревне Мишанинская, против уездного города Холмогоры, в 70 километрах от Архангельска, в семье крестьянина-помора Василия Дорофеевича Ломоносова. Мать Ломоносова--дочь дьякона соседнего села Матигор, Елена Ивановна, урожденная Сивкова. Василий Дорофеевич был зажиточным и предприимчивым помором. В книге «Путешествие академика Лепихина» (1804) имеется выписка из записи, сделанной неким Васили-ем Варфоломеевичем от 4 июля 1788 г.: «Василий Ломоносов промысел имел на море по Мурманскому берегу и в других приморских местах для ловли рыбы трески. Он всегда имел в том рыбном промысле счастье, а собою был простосоеестен и к сиротам податлив, а с соседями обходителен, только гра-моте не учен».

Достоверных сведений о детских и юношеских годах Ломоносова не сохранилось. Из той же выписки Василия Варфоломеевича видно, что уже с 10-летнего возраста Ломоносов вместе с отцом каждое лето и осень ездил на рыбную ловлю в Белое море; иногда на своем рыболовном суденышке они доходили до 70° с. ш.

Суровая природа Севера с величественным явлением северного сияния производила сильное впечатление на юношу, а постоянная борьба с грозной морской стихией выработала в нем черты, столь характерные для поморов: выносливость, наблюдательность, настойчивость и смелость. Грамоте Ломоносов, вероятно, научился у своего односельчанина Ивана Шубного.

Михаил Васильевич рано лишился матери. Отец его женился вторично. В 1724 г., когда Ломоносову было 13 лет, умерла и вторая жена Василия Дорофеевича; отец женился в третий раз. Вторая мачеха не взлюбила мальчика и делала все возможное для отвлечения его от книг и учения. Несомненно, этот семейный гнет и сильное влечение к знанию и наукам привели к тому, что Ломоносов в 19 лет покинул семью и отправился пешком в Москву, имея в кармане несколько рублей денег и паспорт. В Москве Ломоносову вскоре удалось поступить в Славяно-греко-латинскую академию при Заиконоспасском монастыре. Здесь Ломоносов основательно изучил латинский язык. Это обстоятельство было очень важно, так как в те времена латинский язык был международным научным языком. В 1735 г., когда Ломоносов был уже в последнем классе школы, его жизненный путь неожиданно круто изменился. В числе других лучших и способнейших учеников Заиконоспасской школы он был отправлен в Петербург и зачислен в университет при Академии Наук. Мечты Ломоносова осуществились. В университете он быстро обратил на себя внимание своими успехами в науках и вскоре был избран в число молодых людей, предназначенных к посылке за границу со специальной целью изучения горного дела. Так феерично изменялась судьба крестьянина-помора.

В конце сентября 1736 г. Ломоносов и два других студента -- Райзер и Виноградов -- были отправлены в Германию, сначала в Марбург, куда прибыли 3 ноября 1736 г., а позднее во Фрейбург (июль 1739 г.). Руководить занятиями студентов должен был знаменитый ученый-философ Христиан Вольф, почетный член Санкт-Петербургской Академии Наук.

В результате трехлетнего пребывания за границей, в, Марбурге и Фрей-бурге, Ломоносов, под общим руководством такого выдающегося и широко образованного ученого, каким был Христиан Вольф, прошел едва ли не все важнейшие отделы точных естественных наук того времени и сделался европейски образованным молодым ученым.

Летом 1741 г. Ломоносов возвратился в Петербург. В течение долгого времени он никакой определенной должности в Академии не занимал. Из числа трех работ, представленных им в Академию в виде отчета о заграничной командировке, особого внимания заслуживает работа «Элементы математической химии». Уже самое заглавие труда, совершенно необычное для того времени, поражает даже современного читателя глубиной содержания.

Ознакомление Академической коллегии с отчетными трудами Ломоносова не оказало никакого влияния на его продвижение по службе. Он продолжал бедствовать. Дело дошло до того, что, будучи с января 1742 г. в звании адъюнкта физического класса, он вынужден был подать жалобу такого содержания: «Почти за целый год я, нижайший, жалования от Академии не получал, оттого пришел в крайнюю скудость. А ныне я нахожусь болен и не только лекарств, но и дневной пищи себе купить на что не имею и денег достать взаймы не могу». На это последовал такой ответ: «За неимением в казне денег выдать Ломоносову пять рублей». При таких условиях, казалось бы, не было никакой возможности заниматься науками. К тому же в Академии не было химической лаборатории, и это обстоятельство еще более затрудняло положение Ломоносова как специалиста по химии. И вот он с жаром принимается за хлопоты об устройстве в Академии первой русской химической лаборатории. Однако в его первом представлении об устройстве лаборатории было отказано. Напрасно он доказывал, что без лаборатории никаких экспериментов производить нельзя, а потому деньги, затраченные государством на его обучение, пропадут даром. Оскорбленный и раздраженный таким безразличным и бездушным отношением к организации химической лаборатории,-- а это он считал делом государственной важности,-- Ломоносов проникся ненавистью к канцелярии Академии и ее властителю Шумахеру.

С осени 1742 г. началась его борьба с Шумахером и немецким консервативным большинством Академической коллегии, борьба, на которую им было потрачено много сил и здоровья. «В Академии больше мне надобно авторитету,-- говорил Ломоносов,-- чтоб иностранные перевесу не имели». Обладая прямым и не знающим никаких компромиссов вспыльчивым характером, Ломоносов нередко позволял себе резкие выступления против своих врагов. По нравам того времени в этом не было собственно ничего особенно-го, но враги Ломоносова воспользовались слабостью Ломоносова и начали против него генеральную атаку. В начале февраля 1743 г., когда Ломоносов явился на заседание Академии, академики объявили ему, что они не желают его видеть в своей среде. 25 февраля Ломоносов вновь явился на заседание Академии и учинил большой скандал, ругал Шумахера и называл его вором, прочих господ академиков также бранил, не стесняясь в выражениях.

Борьба Ломоносова против академиков была в сущности протестом против рутины и косности, царивших в Академии. Результаты борьбы были для Ломоносова, однако, печальны. Специальная комиссия, разбиравшая дело Ломоносова, постановила арестовать Ломоносова и держать его под караулом. Домашний арест Ломоносова продолжался более семи месяцев (с 28 мая 1743 г. по 8 января 1744 г.).

В начале 1744 г. Сенат восстановил Ломоносова в его должности, а в июле 1745 г., по указу молодой царицы Елизаветы Петровны, Ломоносов, минуя Академию, был назначен профессором химии. 12 августа того же года Ломоносов первый раз присутствовал на заседании конференции как полноправный член Академии. Он вновь начинает свои хлопоты о постройке химической лаборатории, и на этот раз, поддержанный многими академиками, направляет свою просьбу в Сенат. 1 июля 1746 г. последовало, наконец, разрешение на постройку лаборатории. Однако прошло еще два года, прежде чем заветная мечта Ломоносова претворилась в действительность. В период с 1746 по 1748 г. Ломоносов написал важную работу -- «Теория упругой силы воздуха». В это же время он закончил перевод с латинского языка на русский труда своего бывшего руководителя Хр. Вольфа под названием «Вольфианская Експериментальная Физика». Издание труда Хр. Вольфа на русском языке имело огромное значение для распространения точных знаний в России. В знаменитом предисловии к этому переводу Ломоносов разъясняет, почему надо отдать решительное предпочтение картезианской философии (т. е. философии Декарта) перед философией Аристотеля:

«Мы кроме других его (т. е. Декарта) заслуг особливо за то благодарны, что он ученых людей ободрил против Аристотеля». «В новейшее время,-- говорит дальше Ломоносов,-- науки столько возросли, что не только за тысячу, но и за сто лет жившие едва могли того надеяться. Сие больше оттого происходит, что ныне ученые люди, а особливо испытатели натуральных вещей мало взирают на родившиеся в одной голове вымыслы и пустые речи, но больше утверждаются на достоверном искусстве... Мысленные рассуждения произведены бывают из надежных и много раз повторенных о п ы т о в».

Особо важная заслуга Ломоносова заключается также во введении новой научной терминологии. Такие общеизвестные термины и названия, как термометр, барометр, градус, атмосфера и т. п., впервые на русском языке начал употреблять Ломоносов. В том же предисловии к труду Вольфа Ломоносов по этому поводу пишет: «Сверх того, принужден я был искать слов для на-именования некоторых физических инструментов, действий и натуральных вещей, которые хотя сперва покажутся несколько странными, однако надеюсь, что они со временем через употребление знакомее будут»

В 1748 г., наконец, осуществилось заветное желание Ломоносова: началась постройка первой в России химической лаборатории. Хлопоты по ее устройству потребовали от Ломоносова большого напряжения всех его организаторских сил. Как только лаборатория была построена и частично оборудована, Ломоносов немедленно приступил к экспериментальным работам.

Его опыты и исследования, однако, не были оценены современниками и лишь более чем сто лет спустя вызвали величайшее восхищение и удивление всего ученого мира. Особого внимания заслуживают его замечательные опыты над окислением металлов при нагревании в запаянных сосудах. Взвешивая прибор до и после опыта на точных химических весах, Ломоносов приходит к выводу, что вес прибора после происшедшей химической реакции окисления металла не изменяется. Этими опытами Ломоносов опроверг объяснение аналогичных опытов знаменитого английского ученого Роберта Бойля. Роковая ошибка Р. Бойля заключалась в том, что он по окончании опыта вскрывал запаянный сосуд, в результате чего в реторту врывался воздух, вес прибора увеличивался, что и привело Р. Бойля к неправильному выводу о существовании особой весомой «материи огня». По этому поводу Ломоносов делает следующий важный вывод: «Оными опытами нашлось, что славного Роберта Бойла мнение ложно».

Здесь уместно вспомнить, что совершенно такое же повторение опытов Р. Бойля через 17 лет после опытов Ломоносова было сделано гениальным французским химиком Лавуазье, причем, как известно, Лавуазье пришел в объяснении результатов опытов к тем же выводам, что и Ломоносов. Таким образом, приоритет в открытии закона сохранения вещества при химических превращениях принадлежит нашему гениальному соотечественнику М. В. Ломоносову.

Открытие Ломоносова осталось непризнанным его современниками -- как заграничными учеными, так и соотечественниками, Лавуазье же еще при жизни был признан как гениальный основатель нового направления в химии. Мысли о сохранении вещества при самых разнообразных процессах, происходивших в природе, Ломоносов впервые сформулировал еще в 1748г. в письме к Л. Эйлеру от 5 июля: «Все изменения, случающиеся в природе, происходят так, что если что-либо прибавится к чему-либо, то столько же отнимется от чего-то другого. Так, сколько к какому-нибудь телу присоединяется материи, столько же отнимается от другого. Столь глубокие истины, которые с такою ясностью сформулировал Ломоносов, не только не были поняты его современниками и коллегами по Академии, но вызвали известную оппозицию и злобу против ученого, который нашел в себе силы восстать против взглядов признанного во всем мире авторитета -- Р. Бойля. Лишь гениальный математик Л. Эйлер, кажется единственный из академиков, находившийся в то время в дружественных отношениях с Ломоносовым, правильно оценил значение великих трудов Ломоносова.

М. В. Ломоносов был ученым-энциклопедистом; читателя, подробно знакомящегося с трудами Ломоносова, поражает не только широта и глубина его мыслей и идей, но и, можно сказать, необъятный круг вопросов, который он вовлекал в орбиту своих научных исследований. Особенного внимания заслуживают мысли и рассуждения Ломоносова о взаимной связи таких отделов точного знания, как математика, механика, физика, химия.

М. В. Ломоносова по всей справедливости можно назвать не только первым русским физико-химиком, но и первым физико-химиком вообще. Уже вскоре по возвращении из-за границы Ломоносов представляет в Академию замечательный труд, носящий совершенно необычное название -- «Элементы математической химии», и тем самым как бы одним взмахом поднимает химию на недосягаемую высоту. Не надо забывать, что до Ломоносова химия не считалась даже наукой, а относилась скорее к категории искусств. Ломоносов впервые определяет химию как науку изменений, происходящих в составном теле, «поскольку оно составное». «Все изменения тел,-- пишет Ломоносов в «Элементах»,-- происходят при помощи движения... движения могут быть объяснены законами механики... кто хочет глубже проникнуть в исследование химических истин, тот должен необходимо изучать механику. И так как знание механики предполагает знание математики, то стремящийся к ближайшему изучению химии должен хорошо знать математику».

В своем докладе об организации химической лаборатории Ломоносов между прочим указывает на необходимость употреблять при химических исследованиях только чистые, без «постороннего примесу» вещества. И далее: «самородных» и сделанных материй исследовать пропорциональную тягость (т. е. удельный вес).. Сверх того к химическим опытам присовокуплять оптические, магнитные и электрические опыты, ибо,-- поясняет Ломоносов,-- я не токмо в разных авторах усмотрел, но и собственным искусством удостоверился, что химические эксперименты, будучи соединены с физическими, особливые действия показывают».

В 1752 г. Ломоносов еще определеннее обосновывает положения новой науки, которую он называет «истинной физической химией». Он определяет объем и методы новой науки и впервые в истории химии читает студентам университета курс физической химии. «Физическая химия,--учит своих слушателей Ломоносов,--есть наука, объясняющая на основании положений и опытов физических причину того, что происходит через химические операции в сложных телах».

Размах научной, литературной и общественной деятельности Ломоносова был так велик, что трудно даже перечислить те области, в которых он принимал большое и активное участие. Кроме физики и химии, Ломоносов отдавал немало сил геологии, минералогии, металлургии, метеорологии, астрономии, истории, географии, картографии, мореплаванию, языковедению и многим другим наукам.

Более всего поражает в этой титанической деятельности Ломоносова то, что какого бы предмета, какого бы вопроса он ни касался, он всегда схватывал самую глубину его, делая выводы и заключения, которые не только опережали современные ему науку и понятия на столетие и больше, но и были истинно пророческими.

Если великие труды Ломоносова по химии, физике и другим естественным наукам не были оценены его современниками, то все же его широкая научная и просветительная деятельность оказала огромное влияние на подготовку почвы для распространения в России научных знаний. Особая заслуга Ломоносова в этом направлении выразилась в его непосредственном участии при составлении проекта устава Московского университета, учрежденного в 1755 г.

Ярким признанием заслуг Ломоносова перед нашей родиной служит Указ Президиума Верховного Совета СССР от 7 мая 1940 г., гласящий: «В ознаменование 185-летнего юбилея Московского государственного университета присвоить университету имя его основателя М. В. Ломоносова».

Родился в Гёттингене. В 1768 г. вместе с отцом, астрономом Г. М. Ловицем, приехал в Россию. После трагической гибели отца во время Пугачёвского бунта воспитывался у математика Леонарда Эйлера. Был учеником в Главной аптеке в Петербурге (до 1780). Учился в Гёттингенском университете (1780--1782). В 1784--1797 гг. вновь в Главной аптеке в Петербурге, где и выполнил значительную часть своих исследований. С 1797 г. работал в домашней лаборатории, находясь официально на службе в Петербургской АН в качестве профессора химии.

Академик Т. Е. Ловиц принадлежит к числу выдающихся ученых-химиков конца XVIII столетия. В Академии он последовательно занимал звания и должности члена-корреспондента, адъюнкта и ординарного академика по кафедре химии (1793--1804). Его многочисленные труды, посвященные физической, неорганической, аналитической, органической, фармацевтической химии и химической технологии, получили в свое время широкую известность и нашли практическое применение в производстве и лаборатории. Научная деятельность Т. Е. Ловица в целом и особенно результаты его классических экспериментальных исследований вызвали искреннее восхищение у его современников и нашли множество последователей и подражателей.

Из фундаментальных научных открытий Ловица прежде всего следует упомянуть об открытии им адсорбционной способности угля. К этому открытию он пришел работая с чистой виннокаменной кислотой, и его интересовал способ воспрепятствования побурению чистого раствора этой кислоты. В поисках нужного метода он пришел к углю, на эту мысль его натолкнуло то, что, как он сам пишет: «удерживая горючее столь сильно, уголь должен обладать способностью притягивать к себе горючее (из других тел) в большом количестве, если бы он пришел где-либо в соприкосновение с ним. Так как бурый цвет нашей жидкости вызывается горючим, образовавшимся вследствие частичного распада кислоты на составные части, причем освободившиеся маслянистые части оказываются теперь весьма слабо связанными с кислотой как посторонние по отношению к ней, я, далее, пришел к заключению, что это горючее должно весьма легко и полностью отделиться от чистой кислоты, как только оно войдет в соприкосновение с телом, обладающим большим сродством к нему и способным вступать с ним в соединение». Открытая способность угля так же пригодилась при изготовлении другого превосходного и полезного лечебного средства, а именно листовой виннокаменной соли. Любопытно, что это открытие, до сего дня находящее бесчисленное множество применений в лабораториях и в химической промышленности, было сделано им, исходя из теории флогистона.

Ловиц открыл также явление пересыщенных и переохлажденных растворов солей, впервые получил кристаллическую уксусную кислоту, абсолютный спирт, безводный эфир, кристаллический виноградный сахар и некоторые другие органические препараты.

Константин Сигизмундович Кирхгоф (1764--1833)

Русский химик. Родился в г. Тетерове (Мекленбург-Шверин, Германия). В 1792--1802 гг. помощник директора, затем директор Главной аптеки в Петербурге. Академик Петербургской АН (с 1812, член-корреспондент с 1807).

В области органической химии Кирхгоф сделал в 1811 г. Замечательное открытие: ему впервые удалось получить из крахмала сахар(глюкозу). В то время занимаясь опытами по производству фарфора он искал дешевый и доступный заменитель аравийской камеди. Перепробовав несколько различных веществ, Кирхгоф остановился на крахмале. Разбавив крахмал водой, добавив серной кислоты и нагрев эту смесь, он получил густую вязкую массу, похожую на камедь. На вкус это вещество обладало выраженным сладким вкусом. Из этого он сделал вывод, что часть крахмала перешла в сахар. Но как это произошло он не смог понять.

За свое открытие Кирхгоф был удостоен звания действительного члена Петербургской Академии наук, а само открытие очень скоро (буквально через год) получило повсеместное практическое признание. Сейчас известно, что в присутствии кислоты. как катализатора, происходит разрыв полимерных цепочек крахмала с присоединением молекулы воды к каждому звену, то есть гидролиз. Схематически этот процесс можно себе представить так. Сначала крахмал превращается в декстрины, затем из декстринов образуется сложный (двойной) сахар -- мальтоза, а уже в результате расщепления мальтозы получается две молекулы глюкозы.

Если процесс гидролиза не идет до конца, получают смесь всех трех продуктов -- декстринов, мальтозы, глюкозы. Эту смесь, растворенную в небольшом количестве воды, принято называть патокой, это и есть именно тот сахар из крахмала.

Несколько позднее, в 1814 г., Кирхгоф сделал другое, не менее важное открытие -- получение сахара (мальтозы) из крахмала под действием солода (диастаза). Обе открытые Кирхгофом реакции являются классическими.

Герман Иванович Гесс. (26 июля (7 августа) 1802, Женева -- 30 ноября (12 декабря) 1850, Санкт-Петербург)

Трехлетним ребенком был привезен отцом в Россию, где и проходили вся его научная деятельность.

По окончании Дерптского университета по медицинскому факультету Гесс всецело отдался химии и закончил свое химическое образование в Стокгольме, в лаборатории знаменитого химика Берцелиуса. В 1830 г. Гесс занял кафедру химии во вновь открывшемся Петербургском химикотехнологическом институте, а в 1834 г. был утвержден в звании ординарного академика.

Мировую известность Гесс получил за свои работы в области термохимии, и он по праву считается ее основателем.

Первая работа Гесса по термохимии «О выделении тепла в кратных от-ношениях» вышла в 1839 г. и была напечатана в «Анналах Либиха».

Знаменитая работа Гесса, где было сформулировано основное положение термохимии, была напечатана в «Анналах Поггендорфа» в 1840 г., т. е. за два года до опубликования; работ Р. Майера и Джоуля о механической теории теплоты.

«Количество тепла,-- писал в этой работе Гесс,-- развивающегося при каком-либо химическом процессе, всегда одно и то же, протекает ли данное химическое превращение сразу, или постепенно, через несколько стадий», т. е., другими словами, тепловой эффект реакции зависит только от начального и конечного состояния системы реагирующих веществ. Установленный Гессом «закон постоянства сумм тепла» дает возможность вычислить тепловые эффекты химических процессов, недоступных непосредственному измерению.

На рисунке приведено схематическое изображение некоторого обобщенного химического процесса превращения исходных веществ А1, А2… в продукты реакции В1, В2…, который может быть осуществлен различными путями в одну, две или три стадии, каждая из которых сопровождается тепловым эффектом ДHi. Согласно закону Гесса, тепловые эффекты всех этих реакций связаны следующим соотношением:

Второй, не менее важный закон термохимии был открыт и опубликован Гессом в 1842 г. Это -- закон термонейтральности, т. е. отсутствия теплового эффекта при реакциях обменного разложения солей. Явление это, как известно, нашло полное объяснение только после установления Аррениусом в 1887 г. теории электролитической диссоциации.

Из работ Гесса, относящихся к области органической химии, следует упомянуть об открытии им в продуктах окисления тростникового сахара кислоты, названной им сахарной. Результаты этой работы первоначально оспаривались Тауловым, учеником Ю. Либиха, но затем блестяще подтвердились исследованиями Гейнце.

Гесс занимался также вопросами методики преподавания химии. Его учебник «Основания чистой химии» (1831) выдержал семь изданий (последнее - в 1849 г.) Именно он служил основным учебником химии для всех высших учебных заведений России в течение нескольких десятилетий, вплоть до 60-х годов. По учебнику Гесса училось целое поколение отечественных химиков, в том числе Д. И. Менделеев и А. М. Бутлеров, им пользовались также Н. Н. Зинин и А. А. Воскресенский.

Свой учебник он постарался сделать максимально понятным и доступным для понимания студентами. Одной из целей которые он преследовал при написании, это не только издать наиболее современный учебник , но и заинтересовать учащихся. Об этом свидетельствует замечание напечатанное в начале учебника: «Я старался описывать избранные предметы так, чтобы учащиеся могли понимать их без помощи преподавателя. Неорганическую Химию я старался сделать сколько возможно полною не относительно отдельных фактов, но относительно основных понятий в науке. Что же касается до Органической Химии, то теперь все в том согласны, что она в настоящем состоянии науки, несмотря на быстрые ее успехи, не может быть изложена удовлетворительным образом. Поэтому я извлек из этой части науки только то, что с некоторою достоверностью известно. Если кому из читателей изложение это покажется слишком коротким, но предмет любопытным, то я достиг своей цели».

Александр Абрамович Воскресенский. (25 ноября 1809, Торжок -- 21 января 1880 года, Петербург)

В Петербурге в конце 30-х годов успехи органической химии связаны с именем А. А. Воскресенского (1809--1880), «дедушки русской химии», как называл его Д. И. Менделеев.

Александр Абрамович Воскресенский родился в 1809 г. в г. Торжке, Тверской губернии, в семье дьякона. Он блестяще окончил семинарию и в числе немногих семинаристов поступил в Петербурге в Главный педагогический институт -- оригинальное высшее учебное заведение, давшее России немало выдающихся ученых. (Д. И. Менделеева, Н. И. Пирогова). По окончании института с золотой медалью Воскресенский вместе с другими талантливыми русскими молодыми людьми, в том числе с будущей знаменитостью -- Н. И. Пироговым, был отправлен для завершения образования за границу.

Здесь он изучал химию в лабораториях выдающихся химиков того времени -- Митчерлиха, Розе и Магнуса в Берлине и Ю. Либиха в Гиссене. Д. И. Менделеев свидетельствует, как он лично слышал от Ю. Либиха, что «среди всей массы его учеников он считал А. А. Воскресенского наиболее талантливым».

По возвращении в 1838 г. из-за границы Воскресенский начинает широкую научную и педагогическую деятельность, состоя профессором во многих высших, учебных заведениях Петербурга, в том числе в Главном педагогическом институте. Среди славных имен -- учеников А. А. Воскресенского -- можно назвать Д. И. Менделеева, Н. Н. Бекетова, Н. Н. Соколова, Н . А. Меншуткина, П. П. Алексеева, А. Р. Шуляченко и др.

Еще во время пребывания в лаборатории Ю. Либиха Воскресенский начинает ряд работ по органической химии, доставивших ему широкую известность. К ним прежде всего можно отнести установление элементарного состава нафталина и определение состава хинной кислоты.

Воскресенский точно установил формулу хинона, в то время как знаменитый Ф. Велер на основании своих анализов сделал неверные выводы, что и было впоследствии показано французским химиком Лораном.

Воскресенский открыл и установил состав нового, сходного с теином или кофеином алкалоида, содержащегося в какао. Он назвал его теобромином. Им были подробно исследованы состав и свойства донецких каменных углей и впервые показано, что в России имеются свои каменные угли, нисколько не уступающие, а в некоторых отношениях и превосходящие лучшие зарубежные угли.

Чрезмерно загруженный огромной педагогической работой чуть ли не в десятке учебных заведений Петербурга, Воскресенский вскоре сокращает объем своей научной деятельности, к великому огорчению и удивлению Ю. Либиха.

Значение А.А. Воскресенского для развития русской химической науки определяется прежде всего его преподаванием химии и привлечением русской молодежи в ряды адептов химической науки. По этому поводу Д. И. Менделеев с обычной для него яркостью и образностью пишет: «Воскресенскому и Зинину, его сверстнику, принадлежит честь быть зачинателями самостоятельного русского направления в химии... Принадлежа к числу учеников В., я живо помню ту обаятельность безыскусственной простоты изложения и то постоянное наталкивание на пользу самостоятельной разработки научных данных, какими А. А. Воскресенский вербовал много свежих сил в область химии. Другие говорили часто о великих трудностях научного дела, а у Воскресенского мы в лаборатории чаще всего слышали его любимую поговорку: «Не боги горшки обжигают и кирпичи делают», а потому в лабораториях, которыми заведовал Воскресенский, не боялись приложить руки к делу науки, а старались лепить и обжигать кирпичи, из которых слагается здание химических знаний».

Умер А. А. Воскресенский в 1880 г. в Петербурге.

Фрицше Юлий Федорович (1808 - 1871)

В одно время с А. А. Воскресенским протекала в Петербурге научная деятельность другого выдающегося органика, академика Ю.Ф. Фрицше -- одного из последних представителей русских академиков-иностранцев. Юлий Федорович Фрицше не занимался педагогической работой и, состоя в Академии Наук последовательно в звании адъюнкта, экстраординарного и ординарного академика (1852), посвятил себя исключительно науке. Им было сделано много важных открытий в области органической химии, не объединенных, впрочем, какой-либо общей идеей.

К наиболее известным можно причислить работы, связанные с выяснением строения мурексида как аммонийного производного пурпуровой кислоты, получение из природной краски индиго антраниловой кислоты, а из последней -- анилина (название это, введенное в науку Фрицше, сохранилось до сих пор) , Мурексид

Получение антраниловой кислоты из фталивого ангидрида

открытие фотохимического превращения антрацена в параантрацен.

Особенно обширное применение в лабораториях получила найденная им реакция пикриновой кислоты со многими ароматическими углеводородами (а позднее и с гетероциклическими соединениями) с образованием хорошо кристаллизующихся молекулярных соединений.

Многочисленные, но не связанные, как сказано выше, какой-либо общей идеей научные открытия Ю. Ф. Фрицше не оказали большого влияния на развитие органической химии.

Бейльштейн, Фёдор Фёдорович. (17 февраля 1838, Санкт-Петербург -- 18 октября 1906, там же)

Федор Федорович Бейльштейн родился в 1838 г. в Петербурге. По окончании средней школы он учился и работал за границей (1853--1855), в Гейдельберге у Бунзена и у Кекуле, в Мюнхене у Либиха, в Геттингене у Велера.

В 1858/59 г. Бейльштейн работал в Париже в лаборатории Вюрца. В 1865 г. он получил приглашение занять кафедру в Петербургском технологическом институте и с 1867 по 1896 г. он -- профессор в этом институте. В 1886 г. Бейльштейн был избран в Академию Наук, вместо умершего Н. Н. Зинина.

Бейльштейн успешно и плодотворно работал в области химии ароматических соединений, в особенности в области замещенных бензола. Почва для обоснования данной Кекуле теории бензольного ядра в (значительной степени была подготовлена экспериментальными работами Бейльштейна. Значительную роль в деле всеобщего признания химиками теории бензольного ядра Кекуле имели экспериментальные работы Бейльштейна в области существования изомера бензойной кислоты, так называемой салиловой кислоты Кольбе, существование которой не укладывалось в рамки теории Кекуле. Бейльштейн блестяще доказал, что «салиловая» кислота Бензойная кислота

Кольбе не что иное, как загрязненная бензойная кислота.

Очень важны и интересны и в теоретическом и в практическом отношении работы Бейльштейна о действии хлора на толуол. Им было показано, что в зависимости от условий хлор может замещать водород ядра или боковой метальной группы.

Бейльштейн является также одним из пионеров в изучении кавказской нефти. При активном содействии своего сотрудника А. А. Курбатова, он впервые показал, что наша кавказская нефть существеннно отличается от американской: она содержит преимущественно гидрогенизированные ароматические углеводороды, в то время как американская в основной массе состоит из парафинов.

Тетралин Декалин

Гидрогенизированные ароматические углеводороды

Наконец Бейльштейн известен химикам всего мира как автор знаменитого руководства по органической химии, изданного на немецком языке. Первое издание этого беспримерного в истории химии труда вышло в 1881--1883 гг.

Николай Александрович Меншуткин. (12 октября 1842, Санкт-Петербург -- 23 января 1907, там же)

Большое значение в развитии органической химии в России имеет обширная и плодотворная деятельность Н. А. Меншуткина.

Николай Александрович Меншуткин родился в Петербурге в 1842 г.

Среднее образование он получил в Петербурге, в Училище св. Петра. В 1858г. он поступил на естественное отделение физико-математического факультета Петербургского университета, который окончил в 1862 г. со степенью кандидата. Особое влияние на направление его будущей научной деятельности оказал его учитель -- Н. Н. Соколов. В 1863 г. Н. А. Меншуткин отправилсяза границу, где работал в лабораториях А. Штреккера в Тюбингене, А. Вюрца в Париже и Г. Кольбе в Лейпциге.

В 1866 г. он защитил при Петербургском университете магистерскую диссертацию «О водороде фосфористой кислоты, не способном к металлическому замещению при обыкновенных условиях для кислот». Эта работа имеет важное значение в том отношении, что в ней впервые были применены органические производные фосфористой кислоты для решения вопроса об ее строении. Хотя автор диссертации сделал не оправдавшиеся в дальнейшем выводы о трехгидроксильной природе фосфористой кислоты, но его метод применения органических соединений для решения вопросов о строении неорганических соединений был едва ли не первым в истории химии. Фосфористая кислота

С того же, 1866, года Н. А. Меншуткин начинает преподавание в Петербургском университете. В 1869 г. он защитил докторскую диссертацию «Синтез и свойства уреидов», в которой определенно сказывается влияние А. Штреккера. С 1869 г. Н. А. Меншуткин состоял профессором Петербургского университета; с 1885 г. он -- заведующий кафедрой органической химии.

Нельзя не отметить его выдающейся деятельности в роли преподавателя и профессора. Им впервые введены в университете систематические практические занятия по качественному и количественному анализу. Его учебник аналитической химии выдержал более семи изданий и переведен на немецкий и английский языки.

Чрезвычайно важные работы были произведены им по вопросу о влиянии строения спиртов и органических кислот на образование сложных эфиров. Фундаментальным выводом из этих исследований, продолжавшихся в течение почти 30 лет, надо считать установление влияния строения спиртов и кислот на скорость и предел эфирообразования, а также влияния растворителей на скорость образования эфиров.

Реакция этерификации

В дальнейшем Н. А. Меншуткин расширил круг своих исследований этого рода, введя изучение реакции образования и обратной реакции разложения амидов кислот и т. п. О значении этих работ известный физико-химик В. Оствальд отозвался так: «Ему мы обязаны основанием стехиометрии химической динамики».

Получение амида изомасляной кислоты

Нельзя не отметить, что Н. А. Меншуткин, кажется первый из русских химиков, заинтересовался историей развития химической науки. Ему принадлежит известный в свое время труд в этой области -- «Очерк развития химических воззрений». Тем непонятнее увлечение Н. А. Меншуткина идеями Лорана и Жерара, а также Кольбе, в ту пору развития органической химии, когда на смену им пришла теория химического строения. А. М. Бутлеров должен был вести, необходимую для расширения круга последователей теории химического строения и для окончательного укрепления позиций этой теории, полемику и борьбу со взглядами Н. А. Меншуткина, что особенно ярко выражено в брошюре А. М. Бутлерова «Химическое строение и теория замещения».

Наряду с Менделеевым, Меншуткин был одним из наиболее активных участников в деле основания «Русского химического общества». В течение 39 лет, с самого основания «Журнала Русского физико-химического общества», он состоял его бессменным редактором.

Александр Парфирьевич Бородин. ( 31 октября 1834 - 27 февраля 1887)

А. П. Бородин родился 31 октября 1834 г. в Петербурге. Он получил прекрасное домашнее образование. Уже в раннем возрасте он хорошо владел французским, немецким и английским языками, увлекался естественными науками, ботаникой и зоологией, но особенно его привлекала химия.

В 1850 г. А. П. Бородин блестяще выдержал приемные испытания при Медико-хирургической академии и, несмотря на свои молодые годы (ему едва минуло 16 лет), был принят в число вольнослушателей Академии. Его больше всего привлекали занятия по химии под руководством Н. Н. Зинина. В 1856 г. Бородин окончил Академию с отличием и вскоре был назначен ординатором в военно-сухопутный госпиталь. Однако он вскоре бросил профессию врача и начал серьезно заниматься химией в лаборатории Н. Н. Зинина. В 1859 г. Бородин был командирован за границу, где работал по химии в Гейдельберге у Эрленмейера и в Пизе (Италия), в лаборатории Лукка и Тассинари.

По возвращении из-за границы Бородин был избран (8 декабря 1862 г.) адъюнкт-профессором, а через два года (в апреле 1864 г.) -- ординарным профессором Медико-хирургической академии, где он занял кафедру своего учителя Н. Н. Зинина. Первые три научные работы его были выполнены на темы Н. Н. Зинина. Большое значение имела его первая самостоятельная работа, касающаяся оригинального метода получения бромзамещенных жирных кислот действием брома на серебряные соли кислот (1861). Еще больше значение имел открытый им метод получения фторангидридов органических кислот. Первый представитель фторангидридов -- фтористыйбензоил был получен при действии бифторида калия на хлористый Фтористый бензол бензоил (1862).

Интересны исследования А. П. Бородина в области реакций уплотнения альдегидов (1863--1873): он получил уплотнением уксусного альдегида алдоль (одновременно с А. Вюрцем и независимо от него). От дальнейших исследований в этом направлении он отказался, предоставив развитие этой интереснейшей области химии знаменитому А. Вюрцу.

Как общественный деятель А. П. Бородин принимал живейшее участие в развитии высшего женского образования в России. Он был одним из учредителей женских врачебных курсов, где преподавал химию и состоял бессменным казначеем общества вспомоществования слушательницам курсов. Говоря о выдающейся личности А. П. Бородина и его влиянии на развитие русской культуры, нельзя пройти мимо его музыкальной деятельности. А. П. Бородин -- гениальный композитор, и его музыкальные произведения, опера «Князь Игорь», симфонии и струнные квартеты,-- шедевры мировой музыкальной литературы.

А. П. Бородин скончался 27 февраля 1887 г., в самом расцвете своей научной и музыкальной деятельности

Лион Николаевич Шишков. (1830--1908)

Особое место в истории развития органической химии в России принадлежит Л. Н. Шишкову. Он первый из русских химиков занимался исследованием взрывчатых веществ, этого интереснейшего и в те времена совершенно не исследованного отдела органической химии.

Леон Николаевич Шишков родился в 1830 г. в Данковском уезде, Рязанской губернии. После блестящего окончания в 1848 г. Михайловского артиллерийского училища в Петербурге, Шишков поступил в Михайловскую артиллерийскую академию, где сильно увлекся химией и обратил на себя внимание своими первыми научными работами.

По окончании в 1851 г. Академии, Л. Н. Шишков, 21 года от роду, назначается штатным преподавателем химии в Артиллерийской академии и Артиллерийском училище. В 1856 г. он был командирован с научной целью в Германию, где работал у знаменитого Р. Бунзена. Вместе с Бунзеном он выполнил труднейшее для того времени исследование о горении черных порохов, причем им были произведены анализы всех продуктов горения и впервые вычислена температура горения черного пороха. Совместно с Р. Бунзеном он дал также теорию горения пороха. Классическая работа Р. Бунзена и Л. Н. Шишкова появилась в печати в 1857 г. Работа эта сразу обратила на себя внимание химиков и была переведена с немецкого на другие европейские языки. Так, в 1859 г. эта работа была напечатана на французском языке под названием: «Химическая теория горения порохов» Р. Бунзена и Л. Шишкова», Париж, 1859).

Еще до заграничной командировки Л. Н. Шишков, не имея ни руководства, ни даже консультации, приступил с 1855 г. к изучению труднейшего вопроса о строении гремучей и фульминовой кислот (гремучего серебра (AgCNO ) и ртути (Hg(CNO)2)).

Продолжая эти работы за границей, Шишков представил в 1857 г. Свое исследование о строении гремучей кислоты в Парижскую Академию наук, чем привлек и себе внимание ученого мира. Это -- первая русская химическая работа, доложенная в Парижской Академии наук.

В дальнейшем Л. Н. Шишков при исследовании продуктов разложения гремучей и фульминовой кислот открывает новые простейшие нитропроизводные метана -- тринитрометан, или, иначе, нитроформ, и тетранитрометан.

Но формула строения гремучей кислоты, данная Шишковым, оказалась неправильной. Он представлял строение гремучей кислоты как соединение динитроэтилена с синильной кислотой. Замечу, что формула Кекуле, который рассматривал ее как ацетонитрил, была, однако, еще дальше от истинной.

Выяснение строения гремучей кислоты потребовало огромного напряжения сил химиков; ее формула была установлена лишь спустя 50 лет после работ Шишкова.

Значение научной деятельности и самой личности Шишкова в деле развития органической химии в России определяется не только его замечательными Тетранитрометан для того времени работами, но и его обширными связями с русскими и со многими выдающимися западноевропейскими химиками -- Р. Бунзеном, А. Байером, Ю. Либихом, Ж. Дюма, А. Вюрцем и многими другими. Из русских химиков Л. Н. Шишков был в научной переписке и в дружеских отношениях с Д. И. Менделеевым, А. Н. Энгельгардтом, Ф. Ф. Бейльштейном и другими. Своими обширными научными связями с иностранными химиками Шишков способствовал сближению выдающихся русских химиков с западноевропейскими. Так, по его предложению, А. М. Бутлеров во время своей первой поездки за границу был избран членом Парижского химического общества.

По возвращении из-за границы Шишков с 1860 по 1865 г. состоял профессором Михайловской артиллерийской академии. Деятельность его в Академии была чрезвычайно обширна и плодотворна. Ему Академия обязана устройством в 1860 г. новой химической лаборатории, которую А.М. Бутлеров считал лучшей в России. Вместе с Н. Н. Зининым, Д. И. Менделеевым, Н. Н. Соколовым, Н. А. Меншуткиным и А. Н. Энгельгардтом, Л. Н. Шишков принимал самое активное участие в деятельности молодого Русского химического общества. Подобно Зинину, он пользовался среди химиков, особенно среди молодежи, высоким авторитетом, что, несомненно, способствовало развитию химической науки в нашей стране.

В 1865 г. Л. Н. Шишков, в самом расцвете своих творческих сил, круто изменил характер своей деятельности. Он вышел в отставку и, подобно А. Н. Энгельгардту, увлекся рационализацией сельского хозяйства. Он устроил у себя в имении химическую лабораторию, где предполагал продолжать свои научные исследования, однако из этого ничего не вышло. Работы, выполненные им в собственной лаборатории, ни в какое сравнение не идут с его первыми блестящими исследованиями. Его последнее официальное выступление в Русском химическом обществе состоялось в день торжественного празднования 25-летнего1 юбилея Общества. Великий патриот, как и все наши большие ученые, Л. Н. Шишков в своей речи сказал между прочим: «Оглядываясь назад, на протекшее время, нельзя не порадоваться тем поистине громадным успехам, которые сделала химия в нашем отечестве. Мы с удовлетворенным патриотическим чувством можем теперь взирать на труды наших прочих европейских собратий, и этому мы обязаны нашим передовым ученым, умевшим собрать около себя и вдохновить к труду столько молодых сил».

Казанская школа химии

Почти одновременно с оживлением химической жизни в Петербурге, в Казани зарождается новый химический центр, которому в недалеком будущем суждено было сыграть выдающуюся роль в деле развития как русской, так и мировой химической науки. Он был основан в 1804 году. В 1835 году преподавание химии было поручено молодому кандидату наук, питомцу Казанского университета--Н. Н. Зинину, а в 1837 г. на кафедру химии был приглашен К. К. Клаус. С этих событий начинается рассвет Казанского университета.

Николай Николаевич Зинин. (1812--1880)

Выдающаяся научная и научно-общественная деятельность Н. Н. Зинина заслуживает подробного рассмотрения.

Николай Николаевич Зинин родился 25 августа 1812 г. в Закавказье, в уездном городе Шуше, быв. Елизаветпольской губернии, близ персидской границы. Он в раннем возрасте лишился родителей и вскоре был перевезен в

Саратов к дяде, где и получил среднее образование в гимназии. После блестящего окончания гимназии дядя Зинина предполагал отдать племянника в Петербургский институт путей сообщения. Внезапная смерть дяди помешала осуществить это намерение. Стесненный в средствах, Н. Н. Зинин должен был переехать в Казань, где и поступил в 1830 г. в университет на математическое отделение физико-математического, или, как тогда называли, философского, факультета.

Зинин блестяще окончил университет в 1833 г. со степенью кандидата и золотой медалью за представленное им сочинение на тему «О пертурбацияхэллиптического движения планет». Выдающиеся способности Н. Н. Зинина обратили на себя внимание коллегии профессоров и ректора университета Н. Н. Лобачевского. Зинин был оставлен при университете (и уже в ноябре того же, 1833, года ему было поручено сначала репетиторство по физике, а с марта 1834 г.-- преподавание аналитической механики, гидростатики и гидравлики. Преподавание перечисленных наук молодым ученым, едва достигшим 22 лет, было весьма успешно, о чем свидетельствует вынесенная Н. Н. Зинину Советом университета благодарность.

В 1835 г. научный путь Н. Н. Зинина круто изменился: вместо математических наук Н. Н. Зинину было поручено преподавание химии. Причины такой перемены не совсем ясны. Возможно, что одной из главных причин было неудовлетворительное состояние преподавания химии. Еще до своего официального назначения на кафедру химии Зинин подал прошение о допущении его к экзаменам на степень магистра физико-математических наук. В апреле 1835 г. он приступил уже к магистерским испытаниям и блестяще сдал их.

Достойно удивления, как мог он, будучи так занят преподаванием многих, математических дисциплин, в такой короткий срок подготовиться к испытаниям, которые, как о том свидетельствуют официальные протоколы, производились с большой строгостью.

В течение года Зинин написал диссертацию на степень магистра естественных наук на заданную Советом факультета тему: «О явлениях химического сродства и о превосходстве теории Берцелиуса о постоянных химических пропорциях перед химическою статикой Бертолетта» и в октябре 1836 г. успешно защитил ее. В следующем, 1837, году Зинин был утвержден адъюнктом химии и вскоре командирован на два года с научной целью за границу.

Свои научные занятия за границей Зинин начал в Берлине, где изучал математику и слушал курсы по химии у известных химиков того времени -- Митчерлиха и Розе. Из Берлина Зинин направился в Гиссен к знаменитому Ю. Либиху.

Н. Н. Зинин не думал долго задерживаться в Гиссене, но, познакомившись с Либихом и его лабораторией, изменил свои планы и в течение целого года с необычайным увлечением и успехом работал под руководством самого Либиха.

Здесь Зинин выполнил свои первые экспериментальные работы на классические Бензойный альдегид либиховские темы по изучению производных так называемого горькоминдального масла, или, иначе, бензойного альдегида. Он хорошо ознакомился также с системой преподавания химии Либихом и усвоил тот строгий и свободный дух научного исследования, который заслуженно доставил Ю. Либиху и руководимой им лаборатории всемирную славу.

В конце своей командировки Зинин недолго работал в Париже у Пелуза и посетил также виднейшие лаборатории и заводы Англии, Голландии и Бельгии.

В 1840 г. Н. Н. Зинин вернулся в Россию. Но он поехал не в Казань, а в Петербург для защиты докторской диссертации. 30 января 1841 г. он блестяще защитил при Петербургском университете докторскую диссертацию «О соединениях бензоила и об открытых новых телах, относящихся к бензоиловому роду».

В Казань Зинин вернулся весной 1841 г. и вскоре был утвержден экстраординарным профессором, но не по кафедре химии, которая к тому времени была замещена К. К. Клаусом, а по кафедре химической технологии. Фактически, однако, Зинин с самого начала своей профессорской деятельности делил с Клаусом труд преподавания чистой химии, в том числе аналитической и органической.


Подобные документы

  • Биография, этапы научной деятельности, творчество и великие открытия М.В. Ломоносова. Детство, жизнь заграницей, труды в Академии наук. Молекулярно-кинетическая теория тепла, другие научные труды. Закон постоянства массы. Роль ученого в мировой науке.

    реферат [37,7 K], добавлен 31.05.2008

  • Происхождение термина "химия". Основные периоды развития химической науки. Типы наивысшего развития алхимии. Период зарождения научной химии. Открытие основных законов химии. Системный подход в химии. Современный период развития химической науки.

    реферат [30,3 K], добавлен 11.03.2009

  • Зарождение химии в Древнем Египте. Учение Аристотеля об атомах как идейная основа эпохи алхимии. Развитие химии на Руси. Вклад Ломоносова, Бутлерова и Менделеева в развитие этой науки. Периодический закон химических элементов как стройная научная теория.

    презентация [1,8 M], добавлен 04.10.2013

  • Дитинство та юність О.М. Бутлерова - видатного хіміка-експериментатора, автора теорії хімічної будови. Навчання в університеті та сімейне життя Олександра Михайловича. Основні положення теорії будови хімічних сполук. Внесок Бутлерова у розвиток хімії.

    презентация [3,3 M], добавлен 26.09.2012

  • Процесс зарождения и формирования химии как науки. Химические элементы древности. Главные тайны "трансмутации". От алхимии к научной химии. Теория горения Лавуазье. Развитие корпускулярной теории. Революция в химии. Победа атомно-молекулярного учения.

    реферат [36,8 K], добавлен 20.05.2014

  • Значение химической промышленности для технического прогресса и удовлетворения потребностей населения. Направления развития химической техники и технологии. Проблемы жизнеобеспечения и химическая промышленность. Качество и себестоимость продукции.

    лекция [53,8 K], добавлен 05.04.2009

  • Изучение стереохимических особенностей течения химических реакций К. Альдером. Осуществление синтеза аллилметилфенилкарбинола через магнийорганическое соединение А. Ерминингельдовичем. Открытия в области химии Ф. Арндта, А. Байера, Эжена Бамбергера.

    реферат [76,7 K], добавлен 05.08.2013

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.