Вторая военная компания в Чечне в публикациях ведущих российских и зарубежных журналистов

Освещение локального конфликта в Чечне как проявление информационной войны в СМИ. Методы и приемы освещения чеченских событий в "Российской Газете". Вторая чеченская война глазами ведущих правозащитников. Биографии Анны Политковской и Андрея Бабицкого.

Рубрика Журналистика, издательское дело и СМИ
Вид дипломная работа
Язык русский
Дата добавления 13.04.2012
Размер файла 162,0 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Содержание

  • Введение
  • Глава 1. Освещение локального конфликта в чечне как проявление информационной войны в СМИ
  • 1.1 Публикации о чеченской войне в средствах массовой информации
  • 1.2 Методы и приемы освещения чеченских событий в "Российской Газете"
  • 1.3 Американская пресса и вторая чеченская война
  • Глава 2. Вторая чеченская война глазами ведущих правозащитников
  • 2.1 Правозащитнеческая деятельность Анны Политковской
  • 2.1.1 Краткая биография Анны Политковской
  • 2.1.2 События, связанные с правозащитнеческой деятельностью Анны Политковской
  • 2.1.3 Книга "Вторая Чеченская" Анны Политковской
  • 2.2 Правозащитнеческая деятельность Андрея Бабицкого
  • 2.2.1 Краткая биография Андрея Бабицкого
  • 2.2.2 События, связанные с правозащитнеческой деятельностью Андрея Бабицкого
  • 2.2.3 Из репортерского дневника Андрея Бабицкого12 августа 1999 года
  • Заключение
  • Библиографический список

Введение

Человечество перешагнуло 2 тысячелетие в своей истории. Закончился XX век. В истории современной цивилизации много важных событий, которые влияли на развитие экономики, культуры разных стран и народов. Народы мира пережили огромное количество войн больших и малых. Ушедший XX век начался с Англо-бурской войны, а в третье тысячелетие мы притащили с собой также вооружённый конфликт - в Чечне. В течение почти десятилетия в центре внимания жизни нашей страны находится это событие, которое стоило нашей стране огромного количества человеческих жизней, горя, слёз, безысходности, отчаяния.

Актуальность работы. События в Чечне находятся в центре внимания всего российского общества и международных организаций. Проблемы Чечни каждый день проходят через сердце каждого человека, так как в Чечне погибают тысячи наших земляков и сограждан. Эта проблема актуальна в наше время ещё и потому, что она касается каждого человека, живущего в Чечне, и в России в целом. Анализ использованной литературы показывает, что чеченские события находятся в центре внимания правительства страны, прессы, политиков. Во множестве источников рассматриваются различные аспекты чеченского кризиса: военный, социальный, экономический, религиозный и т.д.

К середине 1992 года население республики составляло 1.309.000 человек, из них городское население - 42,7%, сельское - 57,3%.

В 2001 году население Чеченской республики составляло 603.000 человек, из которых 458.000 - сельское население, 145.000 - городское.

Не нужно комментариев, эти цифры говорят сами за себя.

Еще в августе 1999 года, когда началась антитеррористическая операция в Дагестане, журналисты чувствовали себя свободно как на всей территории республики, так и в зоне боевых действий.

чечня информационная война правозащитник

Но так продолжалось лишь до того момента, как в эфир стала поступать информацию об ошибках военных и политического руководства, об обстрелах своих же позиций и о мародерстве.

Одни из ведущих правозащитников в чеченской войне, такие как Анна Политковская и Андрей Бабицкий ощутили на себе все тяжести правды - правды, которую они пытались донести до всего цивилизованного общества.

Глазами этих журналистом мы окунаемся в весь этот ужас чеченской войны, ее нелепость, жестокость и просто неописуемый цинизм.

О судьбе этих журналистов, а так же об их правозащитной деятельности, о трудностях с которыми они встречались, всего лишь из за того, что они пытались донести правду о чеченской войне, нами будет более подробно рассмотрено во второй части настоящей работы.

Не оставались в стороне от произвола российских властей и иностранные журналисты. Американская пресса пишет, что на территории Чечни находятся "фильтрационные лагеря, как называют их русские". В действительности же это "концентрационные лагеря", в которых содержатся, среди прочих, 10, 12 и 13-летние дети. Автор приводит пример, когда трупы 16 детей были найдены за пределами такого лагеря: "Их тела были истерзаны". Русские не разрешают международным организациям, прессе или представителям других правительств посещать фильтрационные лагеря для проведения инспекций. Речь идет о массовом уничтожении чеченского народа.

На вопрос об отдаленных последствиях чеченской войны для России, американская пресса пишет "Когда происходит что-то негативное, создается прецедент. Все в мире знают, что Россия нарушает права человека, но никто ничего не может сделать. Возможно, после уничтожения чеченского народа такая же участь постигнет и другие группы населения, и другие страны".

Таким образом, в виду особой актуальности настоящей проблемы, нами в работе поставлена цель - Проследить, как развивались события второй чеченской войны, глазами правозащитников - журналистов и провести четкую грань между официальными версиями российских властей и реальным положением дел на самой войне.

Для достижения поставленной цели необходимо решить ряд задач:

ѕ дать общий обзор публикаций о чеченской войне в СМИ;

ѕ Осветить методы и приемы освещения событий в Чечне посредством "Российской газеты";

ѕ Проанализировать позиции американской прессы касательно чеченской войны;

ѕ Рассмотреть реалии чеченской войны с точки зрения фактов, приводимых такими правозащитниками - журналистами как Анна Политковская и Андрей Бабицкий.

Основные методы: Изучение литературных источников, анализ, сравнение, выводы.

Объект исследования: Процесс развития чеченского кризиса в аспекте нарушений как российского так и международного законодательства.

Библиографическая база настоящего исследования состоит из: официальных версий руководителей российской власти, статей российских и зарубежных периодических изданий, а так же трудов непосредственных участников боевых действий в Чечне - Анны Политковской и Андрея Бабицкого.

Глава 1. Освещение локального конфликта в чечне как проявление информационной войны в СМИ

1.1 Публикации о чеченской войне в средствах массовой информации

"Восстановление конституционного порядка в Чечне" глубоко задело российское общество, сформировало у значительной его части резко негативное отношение к конкретным решениям власти. Все это стало поводом для самых разных по характеру попыток разобраться в роли участия в событиях - и их оценке общественным мнением - российских СМИ.

Чеченский кризис расколол СМИ. На одном берегу оказались те, кто поддерживает позицию власти, на другом - те, кто против нее возражает.

В настоящий момент информация из Чечни становится все более скудной и односторонней. Из противоречивых сообщений военных и других официальных лиц невозможно понять, что же там происходит: одержана победа над основными силами противника и осталось подавить лишь мелкие очаги сопротивления, или ситуация серьезна и угрожающа? За плотной информационной завесой и повседневная жизнь Чечни. Редкие сведения независимых наблюдателей рисуют картину чудовищного произвола на территории республики, фактически выведенной из-под действия каких бы то ни было законов. Наблюдатели-правозащитники, для которых объективность и беспристрастность - основополагающие принципы, фиксируют нарушения прав человека обеими противоборствующими сторонами, давая им соответствующую оценку.

С начала боевых действий в Чечне к правозащитным организациям поступают многочисленные жалобы местных жителей о грабежах, которые осуществляют военнослужащие. Об этом есть и публикации в СМИ. Фактически грабежи стали обычной повседневной практикой. Однако органы военной прокуратуры РФ упорно продолжают утверждать, что жалобы и сведения о грабежах со стороны военнослужащих бездоказательны.

На военные действия в Чечне, которые по всем критериям следует квалифицировать как вооруженный конфликт немеждународного характера, распространяются действия норм гуманитарного права, касающиеся внутренних вооруженных конфликтов.

Как заявил Правозащитный центр "Мемориал", грубейшие нарушения прав человека и норм гуманитарного права совершают обе стороны конфликта. Но действия федеральных сил - это действия законной федеральной власти Российской Федерации, которая, подписав целый ряд международных правовых документов, взяла на себя обязательства соблюдать права человека. Именно это обстоятельство придает нарушениям прав человека со стороны федеральных сил РФ особую тяжесть. Журналисты на чеченской войне. М., 1995.

С самого начала боевых действий на Северном Кавказе встал вопрос об их правовом статусе. Как известно, первая военная кампания в Чечне (1994-1996 гг.) не получила четкой правовой характеристики: она определялась с помощью таких эвфемизмов, как "восстановление конституционного порядка" или "разрешение конституционного кризиса".

Такая же правовая неопределенность имеет место и по отношению к проводимой в настоящее время военной акции. Для ее оправдания официальные органы чаще всего ссылаются на необходимость борьбы с терроризмом и именуют ее "антитеррористической операцией"; иногда говорят, что она является ответом на агрессию со стороны бандитских формирований или просто "чеченцев". Но это - декларативные заявления, а не правовое обоснование.

СМИ же стоят на разных позициях: патриотизма или пацифизма. Инструктивное письмо "О порядке освещения в СМИ событий вокруг чеченского конфликта и его информационное обеспечение" опирается на старые и действующие мифологемы, показывающие чересчур грубый патриотизм. Например:

"Показывать, что у российской державности в лице нелояльных чеченцев имеется неисправимый враг, выпестованный и поддерживаемый из-за рубежа и фашиствующими элементами из стран СНГ".

"Избирать уничижительную форму изложения при описании руководителей противника, выявляя всю их примитивность, озлобленность, жестокость и звериную сущность".

"Создавать информационные массивы, отмечающие мощь и дух российской армии, силу русского оружия. Раскрывать меркантильный интерес чеченских боевиков-бандитов и присущий им страх". Информационная война в Чечне. М., 1997.С. 89-91.

Профессиональный язык военных, претендующих на право толковать войну, нацелен на то, чтобы скрыть самый большой секрет войны: смерть. "Потери" - это то, что можно найти. "Зачищать" - делать чистым. "Живая сила" - это не люди. А "нелюди" - это та сторона. Они же отщепенцы, бандиты, отморозки, т.е. изгои, на которых никакие законы не распространяются, с которыми переговоры невозможны по определению, "не с кем там вести переговоры".

Набор "медиологем" войны оказался крайне скуден. При попытке составить такой словник сталкиваешься с тем, что он "исчерпывается тремя разделами: разделение на "добрых" (наших) и "злых" (ненаших); весьма неизощренные подмены всех слов, обозначающих смерть и физическое страдание; попытки прикрыть убийство людей правовой терминологией, подменить его восстановлением справедливости, в варварском понимании - местью". Малыхина Н. Дыры в цивилизационном слое // Индекс. Досье на цензуру. 2000. №10.С. 24.

Как-то по-своему осмыслив уроки первой чеченской войны, власть пытается внедрить в сознание людей представление, а точнее - идеологическое клише: журналист - прежде всего гражданин своей страны. И вот уже введено понятие: журналист не своей профессией занимается, а "участвует в информационной войне". Иначе говоря, власть приучает журналистов к представлению о том, что надо быть прежде всего защитником своей страны.

В начале 90-х гг. пресса воспринимала себя как "четвертую власть", т.е. как самостоятельный общественный институт. Это означало, что главные редакторы и журналисты чувствовали свою ответственность перед обществом и полагали, что пресса может и должна критиковать власть тогда, когда она допускает ошибки. С точки зрения прессы и той "демократической" печати, которая ранее, до данного локального конфликта, поддерживала президента, не говоря уже об оппозиционной печати, война в Чечне была "совершенно бездарной и бессмысленной авантюрой. Войны вообще редко бывают разумными. В чеченской войне толка было столько же, сколько в операции "Лиса в пустыне", а жертв значительно больше. Кроме того, следует помнить, что именно чеченская война дала козыри в руки сторонников расширения НАТО". Засурский И.И. Масс-медиа второй республики. М., 1999.С. 91.

Сейчас ситуация меняется. У солдат, в отличие от первых дней, когда не было понятия, почему, в кого нужно стрелять, зачем нужно стрелять, что это за война, появляется мотивация для ожесточенных военных действий: отомстить за товарищей, которые легли рядом, уничтожить ненавистных чеченцев. Аркадий Удальцов, главный редактор еженедельника "Литературная газета" по этому поводу сказал: "И прессе тут надо бы тонко поработать, потому что такая мотивация может действительно армию повернуть в античеченское русло, против нации как таковой… Пресса должна много еще сделать для того, чтобы в обществе наконец окончательно созрела мысль, что переход армии на профессиональные рельсы, как бы дороги они ни были, - это единственно правильный путь". Журналисты на чеченской войне. М., 1995.С. 186.

Сегодня в вину многим журналистам ставится следующее: якобы война освещается с позиции чеченской стороны. Журналист должен быть объективен, он должен и у "врага" работать, если такой враг описуем в соответствующих рамках. Он же должен работать и у "своих", если под "своими" подразумевают российские войска. Как отметил Павел Гусев, "но если там не дают работать, а у чеченцев работать дают и, наоборот, способствуют этому, то здесь возникает вопрос: кто виноват в том, что российские журналисты не могут давать, по мнению властей, более объективную и более убедительную информацию со стороны российских войск". Журналисты на чеченской войне. М., 1995.С. 194.

Война в Чечне не закончена, а может, это и не единственная война, на которой придется работать журналистам. Сегодня те условия, при которых им приходится работать, способствуют тому, чтобы общество не осуществляло своего законного права на получение информации. В перспективе надо создать такой механизм, с помощью которого интересы общества и журналистов будут информационно защищены. Там же, С. 210.

Главным для всех журналистов стало "неприятие войны как средства решения политических проблем". О неготовности прессы можно говорить в той степени, в какой не было готово общественное мнение к этой ситуации. "Общественное мнение пережило шок, и пресса отразила этот шок". Там же, С. 210. Существует множество вопросов, на которые можно ответить, используя профессиональные нормы. Например, какой уровень насилия показывать на телеэкране? Как показывать жертвы конфликта? Как показывать трупы? С одной стороны, этого нельзя не демонстрировать, особенно когда это превращается в чудовищную проблему, с другой стороны, это ведет к некоторому "одеревенению" аудитории, когда публика становится настолько бесчувственной, что каждую новую долю насилия она воспринимает все спокойнее. Это, кстати, тяжелая проблема, и на сегодняшний день она не до конца разрешена.

К тому же, некоторые СМИ преподносят дело таким образом, что в Чечне полным ходом идет восстановление. "Все это миф, который раздувается с целью создать ожесточение по отношению к чеченцам, чеченскому образу внутреннего врага, который сейчас успешно создается в средствах массовой информации России, ожесточение, неприятие чеченцев, чеченского народа". Журналисты на чеченской войне. М., 1995.С. 248. В сознание россиян внедряется мысль, что разрыв России и Чечни неизбежен.

Многие общественные организации, как, например, общество "Мемориал", Комитет солдатских матерей, Фонд "Гласность", общество "Международное ненасилие" и другие, подписали обращение к мировой общественности, в котором выражали свое негативное отношение к военным действиям в Чечне. "Действия российских войск в Чечне превратились к настоящему моменту в бессмысленное и жестокое кровопролитие, равного которому еще не знала новейшая история нашей страны. Нет нужды излагать подробности - они широко освещаются средствами массовой информации во всем мире… Варварское насилие сопровождается массированной дезинформацией, грубой и откровенной ложью о событиях в Чечне, исходящей от высших должностных лиц государства…". Там же, С. 280.

"Российская газета", например, еще во время первой чеченской войны заявила о своей позиции и опубликовала открытое письмо коллектива редакции. Приведем выдержки из этого документа: "Да, мы скорбим, как и все нормальные люди, скорбим по погибшим на Северном Кавказе. И слезы матерей разрывают наши сердца. Газета не раз выступала и выступает с резкой критикой того, как была организована операция. Но мы не можем печатать так называемых правозащитников, которые призывают военных к дезертирству, призывают русских собирать деньги на оружие для чеченских боевиков, которые зовут натовские самолеты бомбить Москву. Считаем подобную защиту человеческих прав изуверством и патологией… А мы живем в России и умрем на Родине. Нам бежать некуда. Мы любим нашу Родину и не будем ее продавать… И, защищая все, что нам дорого, мы печатаем правду о сотнях тысяч изгнанных из Чечни россиян, о леденящих душу фактах изуверства, когда бандиты кастрируют раненых, насилуют детей. И это факты не только сегодняшнего дня, это - три года ужасов". О позиции "Российской газеты"//Российская газета. 1995. 21 янв.С. 1. Таким образом, "Российская газета" заявила, что она за права "человека", а не "бандита", считая неуместным, что большинство газет, теле - и радиоканалов "почему-то на стороне боевиков".

Чеченский кризис в очередной раз продемонстрировал российской общественности, что "четвертая власть" в нашей стране куда сильнее и даже могущественнее исполнительной, законодательной и судебной властей. Именно она вместо "объективного отражения общественного мнения взялась за решительное и массированное его формирование и в очередной раз доказала, что телевидение, радио и пресса - это самостоятельная политическая сила, диктующая стране не только концепцию государственного строительства, но и формы, методы его осуществления". Легенды и мифы второй древнейшей//Российская газета. 1995. 21 янв.С. 1.

Реакция населения на чеченский конфликт, особенности его отражения в средствах массовой информации стали предметом исследования, проведенного в 1995 г. Всероссийским институтом печати и массовой информации. Социологические исследования свидетельствовали о "провале информационно-пропагандистского освещения чеченских событий". Чечня на газетных полосах и в эфире//Журналист. 1995. №6.С. 32. Выделяется две причины этого провала. Во-первых, очевидное падение интереса населения к политическим проблемам вообще (57% москвичей ответили, что не следят вовсе или следят не очень внимательно за событиями в Чечне). Во-вторых, в СМИ не появилось заблаговременно аналитических материалов, раскрывающих сложную ситуацию в Чечне и необходимость разрешения возникшего конфликта. Следовательно, общественное мнение не было готово к такому повороту дела. Начало военной акции стало полной неожиданностью для большинства россиян.

Сергей Кара-Мурза провел анализ западной прессы на предмет того, что она пишет о Чечне, и сделал такие выводы: "Судя по масштабу всей кампании прессы, война в Чечне занимает в глобальной политике гораздо более важное место, чем мы думаем у себя дома. Видно, ее предполагают превратить в добивающий Россию удар… Чечне с первых же чисел декабря отводят по целой странице в ведущих газетах - вещь небывалая. Важный факт: демпресса и ТВ в Москве умалчивают о той роли, какую придает Чечне западная пропаганда". Кара-Мурза С. Форрестол и Фатима//Советская Россия. 1995. 14 февр.С. 3. Согласно утверждению публициста Кара-Мурзы, вся западная пресса безоговорочно занимает сторону Дудаева, газеты представляют Чечню ареной войны христиан против мусульман и к тому же, идеализируя Дудаева, пресса фальсифицирует факты. Говорится: "Дудаев победил на выборах 27 октября 1991 г., получив 90,1% голосов… но Москва не признала первых демократических выборов в Чечне". Там же.

Война на Западе представляется этнической - русские против чеченцев, и имперской - огромная Россия против маленького народа горцев. Ни слова нет ни о национальном составе Чечни, ни о способе сосуществования народов на Кавказе. Кара-Мурза сделал вывод, что чеченская трагедия России, согласно западной прессе, - "хорошо разыгранный спектакль. Актеры - Ельцин и Дудаев, Шахрай и Ковалевы, Клинтон и Ле Карре - вроде бы не связаны друг с другом, каждый играет свою роль. Но следуют одной невидимой нам дирижерской палочке". Там же.

Чеченский конфликт внес существенные изменения в противостояние СМИ. Демократические издания, забыв о своих недавних противниках - газетах "Завтра", "Советская Россия", нашли новый объект для массированного "обстрела" - правительственную "Российскую газету", о позиции которой мы уже говорили. Она в отличие от других изданий, включая и патриотические, и коммунистические, поддержала действия президента и федеральных войск, направленные на разгром дудаевских боевиков. "Московский комсомолец" заявил, что вся нация безоговорочно осудила "чеченскую авантюру", одна лишь "Российская газета" противостоит всей нации. А.Н. Яковлев в интервью "Радио Свобода" "квалифицировал "Российскую газету" как профашистское издание и самую лживую газету в стране". Грабельников А.А. Русская журналистика на рубеже тысячелетий. Итоги и перспективы: Монография. М., 2000. С. 164.

Часть публикаций отечественных СМИ носила раньше откровенно провокационный характер. Например, журналист мог популярно объяснить призывникам, как уклониться от воинской службы с минимальной ответственностью за содеянное. Также можно вспомнить телерепортажи НТВ о том, как хорошо российским солдатам в плену у дудаевских боевиков: их здесь не бьют, кормят горячей пищей, разрешают писать письма матерям, чтобы те приехали и забрали домой своих сыновей. Там же

Когда же центральная власть в лице Президента РФ решила в конце концов приостановить распад страны и направила в "независимую" Чечню войска, верные до этой поры демократические СМИ вдруг в одночасье стали оппозиционными. Они решились на такие действия, на какие не пошли бы самые "одиозные с точки зрения официальных властей оппозиционные коммунистические и патриотические издания". Там же, С. 176. Телевидение - НТВ, РТР увеличили показ количества митингов в поддержку Чечни, даже если их участники составляли несколько десятков человек. Выступление на одном из митингов В. Новодворской, которая призывала москвичей собирать деньги на вооружение чеченских ополченцев и которая утверждала, что дезертирство - святой долг каждого уважающего себя гражданина России, информационная программа на канале "2х2" показывала каждый час в течение всего дня. Там же,

Корреспондент "Российской газеты", комментируя эти передачи, не мог скрыть своего возмущения: "Говорить что угодно и где угодно - личное дело и право любого гражданина России. В том числе и госпожи Новодворской. Она уже немало повеселила соотечественников в последние годы. Но выбирать в качестве информации призывы к дезертирству из Российской армии и сбору средств на вооружение боевиков, а затем многократно тиражировать эти призывы по всем телевизионным каналам - это уже, на мой взгляд, преступление, которое называется изменой Родине". Грабельников А.А. Русская журналистика на рубеже тысячелетий. Итоги и перспективы: Монография. М., 2000.С. 176. Как пишет А. Грабельников, журналист "Российской газеты" не знает, что такое перепрограммирование, что означает заставить информационную систему-жертву (в данном случае - телевизионную аудиторию)"смотреть на мир чужими глазами", глазами информационной системы-агрессора, стать похожей на нее. Это хорошо видно на примере освещения военного конфликта в Чечне: в среднем чеченская тематика занимала в программах НТВ от 10 до 18 мин. в одном информационном выпуске (в "Вестях" - 3-7 мин.). Анализ публикаций "Московского комсомольца" и "Известий" показал, что лишь в одном из четырех материалов упоминалась или раскрывалась точка зрения федерального командования на происходящие события. Остальные материалы носили прочеченский характер, героизируя боевиков, преувеличивая их возможности. Опросы общественного мнения, проводимые НТВ, возможно, с целью проверки эффективности данного способа перепрограммирования, подтверждали, что для среднестатистического гражданина, регулярно смотрящего телевизор, отношение к собственной армии изменяется в худшую сторону, а цели боевиков становятся "ближе и понятнее". Там же, С. 177.

Известный политолог Алексей Кива, всегда защищавший действия российской демократической интеллигенции, вынужден был признать, что она в значительной своей массе изменяет своему прямому долгу говорить народу правду, стоять на страже закона, порядка, прав и свобод граждан. "Как бы ради того, чтобы насолить Правительству РФ, она берет сторону Дудаева, искажает саму суть чеченской проблемы, совершает грубые подмены. Интересы группировки Дудаева выдаются за интересы чеченского народа". Там же, С. 178.

Вместо поддержки и защиты собственной армии шла постоянная ее дискредитация. СМИ старались целенаправленно разрушать веками сложившееся доброе отношение русского человека к русскому ратнику, солдату, офицеру. Все репортажи были наполнены трупами российских бойцов, разбитой техникой, но почти не было потерь со стороны дудаевских боевиков. Те немногие издания, которые поддерживали действия правительства, подвергались в демократических СМИ травле и осмеянию. В их числе "Российская газета", которую критиковали за то, что она печатает материалы, выдержанные в официальном русле. В ответ на критику "Российская газета" опубликовала открытое письмо коллектива редакции, выдержки из которого мы уже приводили.

В заявлении руководителей демократических СМИ ("Московский комсомолец", "Новая газета", "Общая газета" и др.) говорится: "Мы прекрасно понимаем, что не дело средств массовой информации организовывать акции гражданского протеста. Но все обычные способы вразумления власти, которыми располагали СМИ, уже использованы. О варварстве и бесперспективности этой войны сказано и написано все, что можно, а конвейер человекоубийства работает как ни в чем не бывало". Только так мы можем остановить войну: Заявление руководителей СМИ//Власть, зеркало или служанка? Энциклопедия жизни современной российской журналистики: В 2-х т.М., 1998.Т. 2.С. 241.

Итак, мы пришли к выводу, что существовали различные точки зрения на военные действия в Чечне: кто-то их оправдывает, кто-то осуждает. СМИ также разделились на два лагеря: демократически настроенная пресса сообщает о подробностях чеченской бездарной кампании, о многочисленных жертвах среди военнослужащих; в правительственных изданиях (в частности, в "Российской газете") представлен образ Президента РФ как национального лидера.

1.2 Методы и приемы освещения чеченских событий в "Российской Газете"

Манипулятивные возможности средств массовой информации заключены в необходимости интерпретировать факты, комментировать их. Здесь все определяет уровень социальной ответственности журналиста: в какой контекст он вмонтирует факты, каким словами опишет их, что подчеркнет, о чем умолчит, как оценит. Целью исследования являлось выявить приемы и методики воздействия на общественное мнение при освещении военных действий в Чечне на примере материалов "Российской газеты".

Для укоренения социальных мифов технология манипулирования предполагает использование богатейшего арсенала конкретных методов воздействия на сознание людей. Основным материалом, с помощью которого СМИ осуществляют манипулирование, является информация, а точнее, управление ею. Информацию можно отредактировать, добавив собственные домыслы и комментарии ("…сколько бы Дудаев не разглагольствовал о том, что чеченский народ будет биться до конца, здравые люди оценивают это как блеф") или интерпретировать в выгодном для манипулятора свете ("Вот от какой напасти избавили федеральные войска сопредельные с Чечней республики…").

Манипулятивный арсенал СМИ достаточно широк: преднамеренное искажение реального положения вещей путем замалчивания одних фактов и выпячивания других, пробуждение у аудитории негативных эмоций с помощью словесных образов и т.д. Все эти приемы различаются по силе воздействия и содержанию, но их объединяет одно: все они направлены на создание определенного эмоционального настроя и психологических установок у аудитории. О действии некоторых из них речь пойдет ниже.

Использование стереотипов. Под стереотипом понимается восприятие людьми какого-либо социального объекта в упрощенном схематизированном виде. Представляется вполне естественным относить людей к определенным "социальным типам". Со временем эта картинка становится в сознании человека фиксированной и не поддается проверке опытом. Поэтому, когда СМИ апеллируют к таким понятиям, как "чеченские полевые командиры", "бандформирования", они имеют в виду не конкретного человека, а тот образ, который сложился в связи с этим понятием в сознании масс, и на который у людей уже выработалась определенная реакция.

Замена имен, или наклеивание ярлыков. Они создаются и вводятся в употребление с вполне определенной целью. Опасность их в том, что, входя в широкий обиход благодаря прежде всего, СМИ, они приживаются надолго, становятся привычными, повседневными словами, порой замещая, вытесняя другие - смежные, но менее агрессивные понятия. Так, используя понятия "джихад", "борьба с империей", "борцы за веру", СМИ предпринимают попытку программирования массового сознания, в котором со временем укореняется точка зрения, что в Чечне идет "религиозная война".

Повтор информации. Считается, что если повторять сообщение с достаточной частотой, оно в свое время будет принято аудиторией и укрепится в массовом сознании. Вариантом техники "повтора" является употребление лозунгов и ключевых слов типа "война есть война", "партизанской войны быть не должно".

Утверждение. Особенность данного приема заключается в том, что СМИ часто предпочитают спору голые утверждения в поддержку своего тезиса, ограничивая тем самым плюрализм мнений и представляя только одну, наиболее выгодную для них самих, сторону медали. Примером такого приема может служить фраза: "Жить-то дальше вместе, в одной стране. И этот факт нужно принять за аксиому".

Осмеяние представляется наиболее интересным для изучения и часто используемым в СМИ методом информационно-психологического воздействия на массовое сознание. Суть этого метода заключается в высмеивании как конкретных лиц, так и взглядов, идей. Многие материалы отличаются использованием форм данного метода: "появляются в последнее время данные, что бандиты отказываются от проведения диверсионно-террористических акций по прежним расценкам. Мало, видите ли, платят"; "Полевые командиры, похоже, не все полученные деньги пускали на нужды священной войны, а по забывчивости или по старой привычке переводили на личные зарубежные счета"; "Это о каких же контрактах идет речь и почему о вере и идеалах борьбы за независимость не говорится ни слова?"

Категоризация - природное стремление человека к максимальному упрощению поступающей извне информации и сведение ее к уже существующим в сознании категориям. Используя эту особенность человеческого сознания, СМИ оказывают сильное воздействие на общественное мнение путем максимального упрощения передаваемой информации и сведения ее к категориям "плохо" или "хорошо". Существуют, как минимум, две прямо противоположные техники, используемые СМИ в рамках категоризации (названия нижеописанных приемов являются условными):

ѕ техника "создания негативных ассоциаций", задачей которого является активизировать в памяти человека какой-либо отрицательный образ. В данном случае - это образ чеченской милиции: "В милиции работали люди с судимостью. О какой-либо законности и говорить не приходилось. Все делалось на личных контактах или за деньги".

ѕ техника "создания контрассоциаций" с целью ассоциировать что-либо или кого-либо со сложившимся в сознании положительным образом: российские сотрудники МВД, напротив, "стали наводить относительный порядок. Создают хотя бы элементарные пожарные части на нефтепромыслах. Трудно представить, но еще месяц назад их просто не было".

Убеждение как метод воздействия на сознание личности, ориентированный на критическое суждение, преобладание доказательств, аргументированности суждений. Для убеждения СМИ используют следующие техники:

ѕ технику привлечения "лидеров мнений", т.е. компетентных людей в какой-либо области. Так, в материале "А жизнь продолжается…" прокурор Надтеречного района Магомед Салигов дает оценку, что "партизанской войны быть не должно" и что "жизнь понемногу восстанавливается";

ѕ апелляцию к конкретным фактам и документации. Данная техника основана на особенности человека, заключающейся в том, что простой обыватель склонен больше верить конкретным цифрам и бумажкам с печатью, нежели "голым" словам. Публикация "Дырявые" доллары от Хаттаба" "Российская газета". 2001. №96. - яркий пример использования этой техники. Слова автора подтверждаются доказательством: "примечательный документ оказался в распоряжении редакции совсем недавно. Он представляет собой записку-памятку, возможно, подготовленную для доклада или обсуждения на заседании полевых командиров", далее цитируются пункты записки.

Журналистские комментарии также могут являться возможным источником манипуляции. Существует ряд техник, используемых журналистами для формирования надлежащего общественного мнения. Например, используя технику восхваления, журналист открыто выражает положительное мнение о том или ином явлении: "Россия помешала осуществить страшные планы тех, кого за рубежом до сих пор продолжают называть "борцами за свободу". Принижение - техника, параллельная восхвалению. В данном случае репортер осуждает моральные характеристики индивида или группы. "Российская газета" как правительственный орган, естественно, ведет атаку на кого-либо из лидеров чеченцев: "Например, почему не торопится Руслан Гелаев со своей бандой покинуть Панкисское ущелье в Грузии и отправиться на подмогу боевикам Хаттаба и Басаева?" Также репортер атакует не индивида, а его окружение: "Чеченские боевики аккуратно и в срок получают "зарплату" за проведение "священной войны за веру".

В итоге применения всех этих и многих других методов и конкретных приемов СМИ создается, конструируется с помощью образов новая реальность, знаки и символы которой легко узнаваемы, поскольку заимствованы из действительности, а сама она в то же время характеризуется собственной самостоятельной системой идей, комплексом взглядов, набором стереотипов, образным рядом.

"Российская газета", являясь правительственной газетой, отождествляет свою позицию с центральной властью. Издание является рупором государственных, национальных интересов. Основная роль газеты при освещении локального конфликта в Чечне - реализация идей патриотического характера.

С одной стороны, "Российская газета", публикуя информацию о высоком моральном духе солдат, сплоченности союзников, высокой боеготовности армии, воздействует на общественное мнение, чтобы подавить страх и панику, повысить уровень доверия к правительству; с другой стороны, это необходимо и для того, чтобы воздействовать на противника, который так или иначе тоже получает эту информацию. Предполагается, что она способствует понижению его боевого духа, уменьшает желание сражаться, вызывает неуверенность в своих силах и целесообразности своих действий. По существу, военная сила может не соответствовать распространенной точке зрения о ней, но если противник принимает ее на веру и отказывается сражаться, то война оказывается выигранной информационно, а не традиционным путем, когда побеждает физически более сильный противник.

Важным достижением для правительства стало вынесение конфликта за рамки религиозной тематики, в иное информационное поле, где атаки на них могли быть более оправданными. Для этого в последнее время боевиков перестают трактовать как религиозных фанатиков, борцов за веру, поскольку такой образ мог вызывать симпатию у определенных кругов населения. Позиционировать войну как столкновение светского строя и религиозных группировок опасно. Поэтому их стали представлять как наемников, отрабатывающих деньги международных террористов, для которых религия - только прикрытие.

С другой стороны, с помощью "Российской газеты" правительство попыталось изменить масштаб конфликта в общественном сознании, как своих граждан, так и мирового сообщества. Теперь его предлагалось трактовать не как войну, полномасштабные военные действия, а как локальную операцию по уничтожению банд-формирований, которую вполне способны осуществить ответственные службы без помощи извне.

Иметь поддержку общественного мнения для правительства во время любого конфликта, пожалуй, не менее важно, чем реальные победы на поле боя. Противник обладает достаточными средствами для того, чтобы дестабилизировать обстановку. Насаждение происламских идей, спланированные акты гражданского неповиновения могут привести к перелому в общественном мнении, а в итоге все это может привести к массовым беспорядкам и потере властью доверия и влияния. Всего этого противник вполне может добиться, используя как основное оружие методы информационно-психологического воздействия. Поэтому правительство вынуждено организовывать эффективную контрпропаганду. "Российская газета" старательно избегает негатива в своих публикациях, критикуя коллег, которые отказываются это делать.

1.3 Американская пресса и вторая чеченская война

В статье "Взгляд на то, как Кремль докатился до Чеченской войны", опубликованной в газете "Нью-Йорк Таймс" Michael R. Gordon. A look at How the Kremlin Slid into the Chechen War. // New York Times. - February 1, 2000. , события трактуются со слов экс-премьера российского правительства Степашина. Он рассказывает корреспонденту, что решение Путина о захвате всей территории Чечни представляет собой существенно расширенный вариант плана, направленного против похищения людей в Северо-Кавказском регионе. Оказывается, что стратегия в отношении Чечни начала разрабатываться еще в марте 1999 года, когда Степашин был министром внутренних дел. После назначения его премьером подготовка к чеченской операции была продолжена. Первоначально задача ставилась так: закрыть границы с Чечней и создать вокруг республики буферную зону. Однако в июле план был расширен. Речь уже шла о контроле над третьей частью чеченской территории - до левого берега Терека; предполагался также захват силами спецназа лидеров боевиков, но ни о какой армейской операции к югу от Терека речи не было.

"Идея состояла в том, чтобы провести спецоперации по уничтожению бандитов, используя тактику израильтян", - так звучит прямая речь Степашина. Возможно, предполагает автор, события развивались бы по этому сценарию, если бы Степашин оставался на посту премьера. Однако Ельцин предпочел Путина. "Он хотел более жесткого премьера", - констатирует Степашин.

Вскоре после назначения на пост премьер-министра Владимир Путин созвал совещание по чеченской проблеме, на которое пригласил своих предшественников - Черномырдина, Кириенко, Примакова и Степашина. Уже шли бои в Дагестане, и это накладывало свой отпечаток на ситуацию. Тем не менее, экс-премьеры настаивали на ограниченном характере операции в Чечне, выражая беспокойство за судьбы тысяч мирных граждан и призывая свести к минимуму потери среди российских солдат. Однако военное руководство и представители других силовых структур имели на этот счет свое мнение, считая, что в результате ограниченной операции инициатива окажется в руках боевиков и боевые действия затянутся. "Они хотели взять реванш за поражение в прошлой Чеченской войне и за все те унижения, которые Россия претерпела после этого, - отмечает Степашин. - Мы же предлагали, чтобы федеральные войска дошли до Терека, заняли ключевые позиции вдоль границы с Дагестаном и Ингушетией и затем прекратили боевые действия".

Путин, по словам Степашина, внимательно выслушал соображения бывших премьеров, но окончательного решения не принял.

Потом, как пишет автор статьи, "прогремели таинственные взрывы" в Москве и Волгодонске, которые унесли 300 человеческих жизней. Хотя виновники не были найдены и чеченцы отрицали свою причастность к этим терактам, российское правительство обвинило во всем боевиков. (В статье они называются повстанцами). Выражая свое сомнение в их ответственности за случившееся, автор сообщает, что по мнению некоторых экспертов "взрывы были осуществлены ренегатами из числа российских военных и спецслужб, чтобы заставить общественность высказаться за широкомасштабные военные действия". Степашин отвергает это предположение, но допускает, что именно общественное негодование, а также первоначальные успехи военных подтолкнули Путина к решению об установлении контроля над всей территорией Чечни.

"Они были слишком оптимистичны, - говорит Степашин о расчетах военных на скорую победу; он полагает, что установить контроль над горными районами Чечни будет непросто и отказывается назвать какие - либо сроки: - Это все равно, что спрашивать президента Турции, когда будет решена курдская проблема".

Статья "Как Кремль докатился до Чеченской войны" складывается из, казалось бы, известных фактов, ответы Степашина чрезвычайно сдержанны, и для российского читателя в ней нет ничего такого, о чем бы в той или иной мере не было известно из отечественной прессы. Однако автор ориентируется на читателя с отличным от российского менталитетом и иным понятием государственности.

Авторская ремарка: "Прошло уже четыре месяца с начала чеченской операции, однако большая часть сведений о том, как о ней принималось решение в Кремле, все еще окутана завесой секретности", - не произведет на россиянина никакого впечатления, поскольку для него это дело привычное. Американца же она заставит задуматься о том, что в России отсутствуют или бездействуют демократические и парламентские институты, закрыта информация, и решения Кремля принимаются закулисно, под давлением "гангстеров-олигархов" Steve Forbs.russian Roulette. // Forbes. - February 7, 2000. и других темных сил.

Более того, американский читатель будет шокирован, не понимая, каким образом "это решение принесло Путину огромную популярность и сделало его главным претендентом на победу на предстоящих президентских выборах", если существует мнение "некоторых экспертов", что взрывы в Москве и Волгодонске были осуществлены "ренегатами" из спецслужб. Почему же не проведены журналистские расследования и парламентские слушания по этому поводу? И, наконец, почему в Чечне проводится армейская операция? Разве Чечня не входит в состав Российской Федерации? Если да, то операция должна быть полицейской, а если армейская, значит, в России идет гражданская война? Ответом на эти вопросы станет новая доза страха благополучного читателя американских газет перед темной, непредсказуемой и уж, конечно, недоброй стихией, какой подается ему Россия: "Империя зла распалась, но зло осталось".

Окончательно увериться в этом ему поможет статья Пола Хлебникова "Пожар в России", опубликованная в журнале "Форбс" Paul Klebnikov. Conflagration in Russia. // Forbes. - November 1, 1999. и представляющая взгляд на ту же проблему, но с другой стороны. "Российские политики вновь оказались виновниками кровопролития", - этой фразой начинается "Пожар в России". О причинах случившегося автор беседует с президентом Чечни Асланом Масхадовым. Представляя его, Пол Хлебников отмечает, что избранный президентом в результате всенародного голосования в 1997 году, Масхадов пытался вернуть республику в цивилизованный мир и старался избежать войны с Россией. Российское же правительство всегда относилось к нему, как к безвластному ничтожеству, поскольку он не сумел распространить свою власть на исламских боевиков. "Эти люди, отрастившие длинные бороды и проповедующие Джихад, контролируются и финансируются кем - то в Москве, включая олигархов, окружающих Ельцина", - утверждает Масхадов и называет имя главного из них - Бориса Березовского.

Березовский - это отдельная песня журнала "Форбс". После публикации скандально известной статьи "Крестный отец Кремля?" олигарх подал на "Форбс" в суд, но сделал это столь замысловатым образом, что до разбирательства дело не дошло и не могло дойти по определению, зато иск был использован, как информационный повод в масштабах российских СМИ.

У Масхадова собственный взгляд на проблему похищения людей. Он рассказывает, что на протяжении нескольких последних лет Березовский переправлял огромные суммы денег чеченским террористам, выкупая у них заложников. Естественно, эти деньги шли на финансирование исламских боевиков, которые воюют теперь с Россией. Саму же войну Масхадов характеризует как предприятие, выгодное только Кремлю: по его мнению, именно Кремль заинтересован в дестабилизации обстановки в стране и хаосе, позволяющим перенести выборы президента, в результате которых окружение Ельцина рискует потерять власть.

"На протяжении нескольких месяцев Кремль оборонялся, - пишет далее автор статьи. - В расследования по отмыванию денег, открытые в США и Швейцарии, оказались вовлечены российские мафиози, ведущие бизнесмены и даже члены президентской семьи. Клан Ельцина, похоже, уже не надеется на победу в парламентских и президентских выборах, которые должны пройти в декабре и июне. А если сторонники Ельцина проиграют, у Березовского не останется никого, кто мог бы защитить его от следственных органов". Следуя внутренней логике, автор обращает внимание на недавнее заявление Лебедя газете "Фигаро". Он сказал тогда, что за недавними взрывами жилых домов в Москве и Волгодонске стоят отчаянные попытки клептократов удержаться у власти. Когда французский корреспондент спросил у него: "Правда ли, что российское правительство организовало теракты против своих же граждан?" - Лебедь ответил утвердительно. "Я почти уверен в этом, - сказал он. - Хитроумная цель заключается в распространении массового террора и полной дестабилизации обстановки, чтобы в один прекрасный момент можно было объявить: "Если вы подойдете к избирательным урнам, то взорветесь". После публикации этих заявлений, бесстрастно отмечает автор статьи, помощники Лебедя поспешили выступить с опровержением, утверждая, что его неправильно поняли.

Приводя заявление Лебедя корреспонденту газеты "Фигаро", автор ставит перед собой совершенно определенную задачу - разобраться в том, какую роль сыграла российская верхушка в развязывании войны. Действующие лица с чеченской стороны ему известны - это Шамиль Басаев, прославившийся в Буденновске, и Хаттаб - исламский фундаменталист, связанный с саудовским террористом Усамой Бен Ладеном. Но какова же роль "ельцинской клики и ее финансового вдохновителя Бориса Березовского"? Читателям журнала "Форбс" он уже знаком, отмечает автор. Журнал изучал деятельность двух швейцарских компаний, которые подозреваются в перекачивании из российской государственной авиакомпании десятков миллионов долларов. В результате в офисах этих компаний были проведены обыски, а их банковские счета - заморожены.

Продолжая расследование, автор приводит бизнес-биографию Березовского, отмечая в ней явно криминальные моменты, и останавливается на том времени (1996 год), когда Березовский был назначен заместителем председателя Совета Безопасности, курирующим Чечню. "Чечня, - пишет автор, - страна с разрушенной экономикой. Основная прибыль идет от преступного бизнеса похищения людей. В течение двух лет более 500 человек были похищены с целью получения выкупа, среди них и несколько представителей российского президента. Жертвами оказались не только россияне. Похищались также сотрудники Красного креста, журналисты, инженеры и религиозные миссионеры. Заложники превратились в некий вид валюты: они продавились одним боевиком другому, как пачка сигарет в разрушенном бомбардировками городе".

Эту проблему, по словам автора статьи, принялся активно решать Березовский. Причем, с помощью денег, хотя позиция международного сообщества заключается в том, что платить выкуп нельзя ни в коем случае, поскольку это только поощряет похищения. Березовский же - после того, как в 1997 году чеченские бандиты похитили трех журналистов крупнейших российских телекомпаний, а он выкупил их - созвал пресс-конференцию, на которой озвучил даже сумму выкупа - 2 миллиона долларов. Автор статьи пишет, что известны, по крайней мере, шесть случаев, когда Березовский требовал предоставления ему денежных средств для ведения переговоров по освобождению заложников. По словам Масхадова, только в прошлом году Березовский лично передал миллион долларов лидеру чеченских боевиков Басаеву. "В недавнем интервью газете "Фигаро", - отмечает автор, - Березовский признал этот факт: "Я давал ему деньги для восстановления республики", - и добавил при этом, что его деньги не "пошли на финансирование войны с Россией". Естественно, автор задает вопрос: "Зачем Березовский передал такие деньги? Почему Березовский, если он действительно хотел помочь восстановлению Чечни, отдал их наиболее фанатичному лидеру чеченских боевиков?" Аслана Масхадова, судя по всему, удовлетворяет его: "Ельцинский режим представляет собой бандитское государство, коррумпированное снизу доверху. Им управляет небольшая группа политических руководителей и близких к ним бизнесменов. Они грабят государство и агрессивно встают на защиту своих интересов".

В заключение автор вспоминает, как один из корреспондентов "Форбс" спросил Чубайса, почему российские дела так плохи. Чубайс ответил: "У нас был выбор между криминальным переходом к рыночной экономике и гражданской войной". "В конечном счете, Россия может получить и то, и другое", - резюмирует автор.

Если начать разбираться с конца, то угроза гражданской войны, о которой заявляет Чубайс, это не более чем информационный жупел, массированно использованный в свое время российскими СМИ с целью оправдать и навязать населению новую, не отвечающую его интересам, социальную систему и предотвратить возможное сопротивление. Если технология информационного давления на общество времен начала реформ была заимствована у западных СМИ, то сам прием построения фразеологического тупика был чисто российским - из двух зол выбирай меньшее. И россияне привычно выбирают, не задумываясь о том, что именно криминальный переход к рыночной экономике мог явиться причиной гражданской войны; логика здесь отступает перед мощью финансово-тоталитарной информационной системы. Сама же постановка проблемы - из двух зол меньшее - сработана настолько топорно, что может быть принята только темным, униженным до состояния апатии населением неблагополучной страны. Развитое общество с действующим аппаратом контроля над властью невозможно поставить перед выбором между криминалом и гражданской войной. Отсюда и разница между российскими и западными информационными технологиями. Что и демонстрирует автор статьи, изящно, с подтекстом резюмируя высказывание Чубайса: "В результате Россия может получить и то, и другое".


Подобные документы

  • Методы и приемы освещения военных и этнополитических конфликтов в средствах массовой информации. Основные отличия информационной войны от обыкновенной. Политическая направленность и отдельные подходы освещения Первой чеченской войны в российских СМИ.

    дипломная работа [134,8 K], добавлен 14.06.2017

  • Анна Степановна Политковская как известная российская журналистка и правозащитница, уделявшая особое внимание конфликту в Чечне. Журналистская деятельность Политковской. Критика действующей власти. Убийство журналистки и официальные версии расследования.

    реферат [26,0 K], добавлен 21.01.2013

  • Специфика освещения гражданской войны в Сирии в современной российской периодической печати. Ведущие предметно-тематические линии материалов о войне на страницах издания. Анализ образов героев публикаций. Заголовочные комплексы материалов о конфликте.

    курсовая работа [132,2 K], добавлен 17.06.2015

  • Сущность, структура и функции семьи как социального института. Анализ ведущих российских периодических изданий разного формата с целью определения объективности и полноты освещения проблем современной семьи. Исследование прессы с помощью контент-анализа.

    дипломная работа [737,1 K], добавлен 08.06.2011

  • Типологические особенности современной российской телекритики. Критика СМИ как одна из форм медийного образования населения. Проблемно-постановочный, комментирующий, рецензирующий тип телекритики. Телекритика ведущих на страницах российских газет.

    курсовая работа [27,2 K], добавлен 20.10.2010

  • Разница между первой и второй Чеченскими кампаниями для российских СМИ. Инфо-война, начавшаяся одновременно с началом традиционных военных действий. Хитрости для ведения новой войны. Политика РФ в отношении информации, предоставляемой боевиками.

    статья [13,4 K], добавлен 28.04.2015

  • Информационно-психологическая война: виды и цели информационного противоборства. Значение коммуникационных технологий в общественных конфликтах. Определение и сфера деятельности информационной войны. Составные части, последствия информационной войны.

    курсовая работа [35,2 K], добавлен 28.01.2010

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.