Правовые основы легализации документов

Общая характеристика легализации документов как института международного частного права. История документирования и признания документов иностранных государств. Дипломатическая (консульская) легализация документов, требования, предъявляемые к документам.

Рубрика Государство и право
Вид курсовая работа
Язык русский
Дата добавления 16.05.2017
Размер файла 55,7 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Содержание

  • Введение
  • Глава 1. Общая характеристика легализации документов как института международного частного права
  • 1.1 История документирования и признания документов иностранных государств
  • 1.2 Развитие института легализации документов как составной части международного частного права
  • Глава 2. Правовые основы легализации документов
  • 2.1 Понятие легализации документов
  • 2.2 Дипломатическая (консульская) легализация документов
  • 2.3 Требования, предъявляемые к легализуемым документам
  • 2.4 Апостилляция
  • Заключение
  • Список использованной литературы и источников

Введение

С развитием международных хозяйственных связей, установлением деловых контактов с иностранными партнерами, с выездом российских граждан на работу, учебу, временное или постоянное жительство за границу заметно увеличивается и поток документов, направляемых российскими гражданами и юридическими лицами в различные государства и поступающих от субъектов международных хозяйственных связей из других государств в Российскую Федерацию.

К сожалению, правовой механизм признания, установления эквивалентности, нострификации, удостоверения подлинности и апостилляции документов иностранных государств разработан далеко не в полной мере и известен очень узкому кругу специалистов и исследователей. Этот факт подтверждает сложившаяся арбитражная практика по разрешению дел с участием иностранных лиц и действию международно-договорных норм процессуального характера.

Научно-исследовательские работы (научные статьи, монографии) по юриспруденции, анализирующих развитие легализационных правил в сфере международного документооборота, дипломатики, палеографии, практически отсутствуют. Этому можно найти соответствующее оправдание в форме критики периода "опубличивания" частного права, но данная критика не является предметом исследования, хотя и не исключает ее.

Предметом исследования служит правовое и смысловое единство института легализации, анализ общих и отличительных черт различных правоприменительных механизмов и режимов признания, удостоверения, засвидетельствования, подтверждения доказательственной силы иностранных документов.

Методологическую основу исследования составляют логический, исторический, компаративный, системно-правовой и сравнительно-правовой методы. Применение сравнительного метода исследования имеет свои характерные черты, которые определяются спецификой регулируемых международным частным правом отношений и "плюрализмом правовых систем".

Глава 1. Общая характеристика легализации документов как института международного частного права

1.1 История документирования и признания документов иностранных государств

В эпоху раннего Средневековья развитие торговли с иноземными купцами привело к появлению ранних зачатков правовых норм в этой сфере. В качестве примера ученые приводят договоры князя Олега с греками (911 г.) князя Игоря с греками (944 г.), "глосса Аккурсия" (1228 г.) и ряд других документов.

Древнерусская дипломатическая правовая мысль, нашедшая отражение в договорах с Византией (907, 911, 944 гг.), основывалась на нормах русского и византийского права, которые возводились в нормы права международного. Договоры о мире, дружбе и взаимной торговле обеспечивали русским послам, купцам и служившим в Византии наемникам личную безопасность, а также сохранность их челяди и имущества при жизни владельца и после его смерти. Последнее положение, как полагают, наиболее ранняя норма международного частного права Средневековья.

Российские историки, юристы международники (Ф.И. Кожевников, Д.Б. Левин, В.А. Рогов и др.) неоднократно обращались к исследованию первых договоров Руси с греками. В их работах рассматривались содержание и форма этих договоров как источников международного права, подчеркивался их прогрессивный характер. Эти договоры устанавливали более гуманный, чем в Европе, режим для иностранцев, отрицали право местного феодала обращать в свою собственность имущество умершего на его земле иностранца и ряд других важных положений.

Между тем, многие аспекты первых договоров Руси остаются еще до конца не выясненными. В "Повести временных лет" помещены четыре договора Руси с Византией, отнесенные летописцем к 907, 911, 944 и 971 гг. Подлинность двух последних договоров (944 и 971 гг.) не вызывает сомнений: события, в результате которых они были заключены, засвидетельствованы как древнерусскими, так и византийскими источниками. А вот два первых договора вызывают серьезные вопросы, которые, по сути, и ныне окончательно не решены.

В историографической литературе берется под сомнение подлинность договоров 907 и 911 гг. Высказывается, в частности, мысль о том, что оба договора, приписанные Олегу, представляют собой искусственную конструкцию, возникшую в результате переноса на более раннее время сведений о вполне реальном походе Игоря и его последствиях. При этом вопрос рассматривается в несколько ином временном аспекте, базируясь на комплексе исторического и сравнительно-правового методов исследования. Так, М.Ю. Брайчевский в конце 70-х гг. в отношении этих соглашений Руси с греками ставит вопросы, актуальность которых несомненна и в настоящее время. Тем более что тексты, дошедшие до нас в "Повести временных лет", являются первыми славянскими вариантами, написанными от имени Руси.

Речь идет о международном признании России (opinio juris), формальной стороне юридической силы таких соглашений, подлинности содержащихся в них сведений, форме (письменной и устной), реквизитах, языках, времени подписания, характере языческой клятвы, системе летоисчисления (константинопольская либо александрийская), аутентичности и идентичности экземпляров, их количестве и качестве, лицах, уполномоченных на подписание таких соглашений.

Анализ летописных текстов позволил на основе выявленных исторических ошибок, грубых нелепостей, небрежного редактирования установить время и цели фальсификации, которая впервые была осуществлена книжниками Ярослава Мудрого, а затем усугублена автором третьей редакции "Повести временных лет" - сыном Владимира Мономаха Мстиславом во благо прославления первых Рюриковичей. Из летописного повествования было устранено все, что могло послужить вящей славе Киевичей, в частности Дира и Аскольда. Практически исчезли, например, сведения о первой христианизации Руси при патриархе Фотии, зафиксированной византийскими источниками (Фотий, Константин Багрянородный и др.), арабскими авторами (Ибн-Хордадбег, ал-Масуди, ал-Марвази). По вопросу исторической интерпретации договоров 907 и 911 гг. существует множество литературы.

Для нас первостепенное значение имеют сообщения источников о юридически оформленных договорах Руси с греками, заключенных по окончании походов Аскольда, так как они являются и юридическим признанием Древней Руси.

В результате военных походов Аскольда на Византию появились два документа, в которых нашло юридически санкционированное отражение развитие отношений между империей и Русью. Первый из этих документов, датированный 907 г., на самом деле был заключен в 860 г., он не имел официального письменного текста и носил характер предварительного соглашения. В его содержании были отражены факты прекращения военных действий, уплаты греками контрибуции, обещание впредь выплачивать дань Руси и самая общая регламентация торговых и дипломатических взаимоотношений на перспективу.

В дальнейшем реализация достигнутых соглашений приводила к неизбежным недоразумениям, осложнениям и конфликтам, обусловленным существенными различиями в древнерусском и византийском праве и судопроизводстве. Один и тот же казус по-разному решался на Руси и в империи - отсюда чисто юридические сложности и противоречия. Конфликты, спровоцированные этими различиями, вызвали новый поход Аскольда на Византию.

Тем не менее, жизненные интересы обеих стран настоятельно требовали выработки общей юридической платформы для практического решения частных повседневных проблем. Такой платформой стал новый договор, заключенный с императором Василием I Македонии в 874 г. в результате "бескровного" похода Аскольда. Текст договора содержал более подробную и конкретную регламентацию как имущественных, так и уголовно-правовых отношений. К этому времени Русь была для греков уже не страшным и неведомым варварским народом, библейским Гогом и Магогом, карой господней за грехи и преступления, а привычным контрагентом, с которым стоило поддерживать активные дипломатические и торговые отношения. Данный договор имел завершенную письменную форму и помещен под 911 г. текстуально.

Общеизвестно, что подлинный документ отражает фактическое состояние дел.

Проблемой варягов, вопросами доказательственной силы исторических документов, их юридического признания занимались многие русские ученые, каждый вносил что-то свое, и все в чем-то ошибались. Теория обрастала фактами, усложнялась, развивалась и модернизировалась. На наш взгляд, рассмотренный эпизод из отечественной истории России характеризует особую роль института юридико-технического оформления документов, предназначенных для действия как в отечественном правовом пространстве, так и на территории иностранных государств.

Приведенный пример развития гражданского общества и государства наглядно иллюстрирует возникновение коллизий, которые вызывают неослабевающие дискуссии и в историографии, и в правоведении. Если во времена Древней Руси коллизии разрешались военными походами, например, Аскольда на Византию (860 и 874 гг.), то в Европе коллизии разрешались с помощью поединков, "божьего суда" или клятв (с дополнительными клятвами других лиц либо без них).

Примирительное право периода родового строя первоначально вообще не знало таких правовых возможностей. В этом обществе решение спорных вопросов осуществлялось только на основании причин возникновения конфликтных ситуаций и сводилось к компенсации нанесенного ущерба, например в форме наказания, штрафа или в виде материального возмещения.

Формирование права происходило в процессе разрешения отдельных конфликтных случаев, поэтому оно называется казуистическим (casus - случай), как и источник права, характеризующийся такого рода юридической техникой. Юридическая техника обладает еще одной особенностью - объективизмом. Даже в исключительно примитивных судебных процессах необходимо было установить, что именно произошло. И сделать это следовало до того, как вести речь о примирении противоборствующих сторон.

Во времена родового общества не было центральной власти, уполномоченной проверять доказательства и устанавливать, какие именно факты должны быть приняты за основу примирения. Поэтому религия и право были взаимосвязаны, что давало служителям культа возможность обращаться к божественным силам, решавшим, какая из сторон была права в своем утверждении о конкретном факте. Это можно было выяснить, например, назначив вполне легальный поединок, исход которого воспринимался как божественное указание на говорившего неправду и считался приговором.

Вторая возможность - это "суд божий", который заключался в испытании невиновного прикладыванием к его телу раскаленного железа, принятием яда и т. д. Кто выдерживал такое испытание без каких-либо следов на теле, тот доказывал с помощью стоявшей на его стороне божественной силы свою правоту.

Существовал и третий, более совершенный способ, в соответствии с которым одной из сторон предоставлялась возможность клятвенно подтвердить правдивость своих доводов. Такая клятва бралась с ответчика при отсутствии явно свидетельствовавших против него фактов. Сила доказательств оценивалась и подкреплялась клятвой, дававшейся другими лицами, число которых определялось в зависимости от типа конфликтной ситуации. И уже на основании этой клятвы определялась правдивость или, наоборот, лживость выдвинутых в клятве ответчика утверждений. Надежность доказательств зависела от того, насколько человек верил, что дав ложные показания, он окажется во власти злых сил.

Таким образом, казуистика и объективизм родового общества служат важными исходными точками развития права и юридической техники.

В более поздний период императорского правления (IV в. и. э.) появилось бесчисленное множество разнообразных правовых норм для оценки доказательств, которые значительно ограничивали свободу действий судей. Такое положение, если судить по широко представленным в эллинских летописных источниках примерам, привело к тому, что судьи при оценке доказательств гораздо больше обращали внимания на письменные документы, чем на устные заявления свидетелей. Допрос свидетелей и исследование письменных и других свидетельств представляли собой единственный способ получения доказательств по гражданским делам, а судебное разбирательство посредством боевой схватки или "божьего суда" по таким делам было упразднено.

Большое значение для упрочения позиций ученых-правоведов, а также и самого правоведения, имели меры, принятые римским императором Августом (63 г. до н. э. - 14 г. н. э.), которые давали наиболее авторитетным юристам право проведения судебных экспертиз. В чисто практическом смысле это означало, что заключения, в том числе и письменные доказательства, только этих юристов имели законную силу и предъявлялись на суде.

Таким образом, исторически институт признания документов "заморских земель" возник как элемент "примирительного", казуистического и формулярного права, т. е. на основе разрешения конфликта по различным правовым притязаниям, который может быть выяснен или уточнен по статуту территорий (земель, городов-мегаполисов) либо мирному договору (первоначально - на основании устных договоренностей). В дальнейшем он развивался когнитивно, ментально и производно от статутов и решений судов, отражающих волю законодателя (государства) как высшего источника права, перерастая в транснациональный правовой институт.

Дипломатика - вспомогательная историческая наука, имеющая своей задачей определение степени достоверности исторических документов и получившая название от главного вида документов - диплома. Дипломом (от лат. diploma) у римлян был всякий документ за подписью и печатью высших сановников или императора. Особенно часто он использовался в рекомендательных письмах лиц, ездивших по государственным делам и получавших на основании этих писем в поселениях все необходимое. В дальнейшем (XVII в.) под дипломом стали понимать официальные исторические документы или акты.

1.2 Развитие института легализации документов как составной части международного частного права

Роль международного частного права как связующего правового комплекса в регулировании "усложненных" полисистемных общественных отношений значительна и в общем механизме правового воздействия на современные реалии различных трансграничных правовых явлений. Следует заметить, что сложности в определении вопросов природы международного гражданского процесса, содержательной части рассматриваемого института, отнесении его к той или иной отрасли права, системе права обусловлены общетеоретическими проблемами российской правовой доктрины.

Отнесение международного гражданского процесса к национальному гражданско-процессуальному праву и включение его в отрасль правоведения международного частного права - следствие советской (российской) господствующей доктрины. В трудах создателей этой концепции превалирует тезис, определяющий гражданский (административный) процесс как публично-правовую форму юридического отношения. Однако эта деятельность осуществляется и с целью защиты прав частных лиц.

Так, в ряде государств процессуальные отношения и соответственно нормы, регулирующие их, включались в международное частное право и ранее. Достаточно обратиться к кн. IV "Международный процесс" действующего в ряде государств Кодекса международного частного права 1928 г. В то же время международно-правовые принципы воплощаются в национальных нормах с учетом правовых традиций, специфики законотворческой и правоприменительной деятельности и иных особенностей конкретной национальной системы права. По нашему мнению, решению рассматриваемого вопроса могли бы помочь средства сравнительного правоведения, которому международное частное право обязано своим происхождением.

Исходя из новых правовых реалий, современное международное частное право следует понимать как совокупность норм, регулирующих гражданско-правовые отношения (в широком смысле слова) с международным элементом, совокупность, в которую входят коллизионно-правовые, материально-правовые и процессуальные нормы.

Как пишет Л.П. Ануфриева, в настоящих условиях частное международное право состоит из следующих видов норм:

1) коллизионные нормы, унифицированные международным договором;

2) национально-правовые коллизионные нормы (автономно созданные национальным правом государств);

3) материально-правовые нормы, унифицированные международным договором;

4) национально-правовые нормы прямого действия, т. е. материально-правовые предписания, созданные в рамках национального правопорядка;

5) нормы так называемого международного гражданского процесса (как унифицированные, так и национальные).

При этом специфика международного частного права заключается в том, что оно оперирует множеством иностранных норм, которые не входят жестко в его состав как в других отраслях внутригосударственного права, а система соответствующих норм обладает изменчивостью.

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации каждый вправе в соответствии с международным договором Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод граждан, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Логически верным и оправданным представляется тезис о перенесении процессуальных действий с национального правового пространства в европейское, а именно, Европейский суд по правам человека (далее - ЕСПЧ), причем связь и взаимодействие процессов начинаются с момента обращения в ЕСПЧ, но после того, как внутригосударственный гражданский процесс завершен. Суд ЕСПЧ расширяет пределы своей компетенции, вторгаясь в сферу национального процессуального права, автономность которого считалась до этого почти аксиомой, так как национальный суд должен принимать во внимание требование единообразного применения права сообществ и обеспечивать защиту фиксированных интересов сообществ.

Присоединение России в 1996 г. к Совету Европы (СЕ), вступление во Всемирную торговую организацию (ВТО) инициирует осуществление правовой реформы в стране, включая интеграцию в европейское политико-правовое и мировое экономическое пространство. Соответственно, это потребует разработки общенациональной программы совершенствования российского законодательства с учетом опыта и стандартов СЕ, ВТО, включая правоприменительную практику, а также принятия мер по постепенному обеспечению гармонизации отечественного законодательства с законодательством Европейских сообществ (ЕС).

Осуществление этих программ и мер с учетом Парижской хартии новой Европы 1990 г., Европейской конвенции защиты прав человека и основных свобод 1950 г., протоколов к ней и других основополагающих документов СЕ будет способствовать действительно демократическому реформированию страны, защите прав человека и гражданина.

"Во всех тех случаях, когда норма права Сообществ наделяет правами и налагает обязанности на всех субъектов права, она подлежит полному и неограниченному применению. Ограничение по кругу субъектов, обладающих процессуальной правоспособностью, зависит от того, кому данная норма адресована. Если адресатом является только государство-член, возможно рассмотрение спора только "вертикального" характера, сторонами в котором выступают, с одной стороны, государство (в расширительной трактовке публичные юридические лица) и, с другой, частные физические и юридические лица.

Наделение правами частных лиц открывает дорогу рассмотрению споров о предполагаемом нарушении права Сообществ горизонтального характера, сторонами в котором могут выступать частные лица".

В Федеральном законе "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" от 30 марта 1998 г. содержится заявление о признании Российской Федерацией юрисдикции ЕСПЧ: "Российская Федерация в соответствии со ст. 46 Конвенции признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации".

Следовательно, компетенция российских судебных органов по защите гражданских прав и компетенция ЕСПЧ по рассмотрению жалоб на нарушение имущественных прав становятся взаимосвязанными.

По мнению Е.К. Матвеева, "к сфере международного частного права относятся нормы, регламентирующие вопросы международного гражданского процесса", а с методической точки зрения "вопросы международного гражданского процесса удобнее исследовать (и преподавать) в комплексе с коллизионными нормами".

Общеизвестно, что регулирование международных отношений частноправового характера осуществляется путем взаимодействия коллизионной нормы с материально-правовыми предписаниями.

Коллизионный правоприменительный процесс во многом отличается от применения норм материального национального права. "Он более сложен, ибо отражает взаимодействие различных правовых систем, имеющих значительные особенности, и включает две отчетливо обособленные и различные по своим правовым компонентам стадии.

На первой стадии необходимо выяснить, применяется ли коллизионная норма вообще, какая именно и к праву какой страны она отсылает. Здесь возникают следующие правовые вопросы: взаимность, квалификация, обход закона, обратная отсылка и отсылка к праву третьей страны. Но этим дело не исчерпывается и правоприменительный процесс продолжается. После того как перечисленные вопросы выяснены и решены, наступает вторая стадия - применение права, к которому отсылает коллизионная норма. Точнее, эта стадия является уже применением не самой коллизионной нормы, а норм материального права - национального или иностранного. При этом возникают уже иные правовые вопросы: публичный порядок и установление содержания иностранного права".

Могут возникать и дополнительные правовые вопросы, отражающие специфику этой области права, например, об оценке доказательств, полученных за рубежом.

Однако все стадии правоприменения осуществляются в рамках международного частного права, ибо отражают особенности его предмета и методов регулирования. Вопрос же об оценке доказательств не укладывается в традиционное понимание предмета и методов регулирования в самостоятельной отрасли международного частного права.

Международное взаимодействие осуществляется при регулировании различных по своей природе социальных отношений. Так, право, применимое к правоотношению, являющемуся предметом гражданского либо торгового иска, определяет лицо, на котором лежит бремя доказывания, причем форма доказательства регулируется законом, действующим в месте, где доказательства предъявляются. Это означает, что коллизионная норма права лица (А), на котором лежит бремя доказывания, может отослать решение вопроса о форме письменного доказательства к праву (В), где доказательства предъявляются. Соответственно документ должен быть удостоверен и содержать реквизиты, которые необходимы для его признания в месте, где он предъявляется, т. е. исполнительная сила документа регулируется местным законом.

Следовательно, в классический двухэтапный правоприменительный процесс коллизионной нормы внедряется процессуальная норма, с помощью которой осуществляется защита интересов лица частного права, т. е. процессуальная форма действительности иностранного (судебного, административного) доказательства (судебного, административного, корпоративного) определяется правом страны, где оно предъявляется.

Функциональное назначение коллизионной нормы состоит в своеобразном обеспечении выбора компетентного права, которое будет регулировать гражданское правоотношение, осложненное иностранным элементом. Однако налицо выбор права страны, которое будет регулировать и гражданско-процессуальное правоотношение, осложненное иностранным элементом.

На коллизионном аспекте судебных доказательств и сложности проблем международного гражданского процесса останавливались авторы "Курса международного частного права" еще в 70-х гг. По их мнению, проблемы международного гражданского процесса относятся к гражданскому процессу как отрасли права, регулирующей деятельность органов юстиции по гражданским делам, и к международному частному праву как к отрасли правоведения, поскольку эти проблемы тесно связаны с вопросами регулирования гражданских, семейных и трудовых отношений, содержащих иностранный элемент и возникающих в условиях международной жизни.

В главе, посвященной этому вопросу, исследуется проблема пределов действия одного из основных принципов международного частного права: разрешение процессуальных вопросов по закону суда при определении порядка доказывания по делу, содержащему иностранный элемент. Англо-американские суды применяют только свое право, невзирая на наличие в деле иностранного элемента. По вопросам допустимости доказательств иностранное право не применяется. В континентальных странах Европы право, относящееся к доказыванию фактов при наличии в деле иностранного элемента, не единообразно, что в определенной мере обусловлено неодинаковостью материально-правовых и процессуальных категорий.

Французская доктрина, основанная на плюрализме методов регулирования в международном частном праве, нашедшая свое отражение в работах А. Батиффоля, подчиняет доказательственную силу документа месту его совершения, основываясь на гипотезе принципиальной связи между формой сделки и процессуальным эффектом соответствующего документа.

В российском арбитражном судопроизводстве этот вопрос подчинен российскому праву: иностранные нормы о преимущественной силе письменного документа в отношении других средств доказывания в принципе применяться не могут.

Указанные правила носят процессуальный характер и подлежат применению при наличии в деле иностранного элемента, исключая постановку коллизионного вопроса. Однако существуют исключения в тех случаях, когда данное правило по связи с определенным материальным правом приобретает материально-правовой характер. Так, письменный документ, выступающий в качестве доказательства, может выполнять функцию необходимой формы сделки, предписанной российским или иностранным законодательством. В таком случае в отношении последствий несоблюдения письменной формы сделки, даже если они носят процессуальный характер, может быть поставлен коллизионный вопрос.

В российском гражданском процессе по вопросу допустимости доказательств иностранное право не применяется. Например, существуют конвенционные нормы, которые не требуют, чтобы договор заключался или подтверждался в письменной форме или подчинялся этому требованию в отношении формы. Наличие договора может доказываться любыми средствами, включая свидетельские показания.

Но право на защиту может возникнуть у иностранного лица в силу действия именно этих предписаний. Во Франции вопрос о допустимости относят к вопросам формы сделки, т. е. доказывание существования сделки подчиняется месту ее совершения. Это означает, что для сферы торгового бизнеса (ст. 109 ФГК) установлено правило, по которому коммерческий суд вправе по своему усмотрению допустить свидетельские показания по любому спору из договора купли-продажи.

"Многие годы коллизионные нормы рассматривались преимущественно в рамках международного частного права, гражданского и торгового права в целях регулирования противоречий между нормами права иностранных государств. Коллизионные нормы встречались в конституционном и административном праве, им посвящены главы и статьи законов о судах и судопроизводстве".

Общеизвестно, что правосудие - это деятельность, осуществляемая в строго определенной процессуальной форме, и одним из непременных ее требований является то, что суд может основывать свое решение только на фактах, которые были доказаны в процессе, т. е. были установлены в судебном заседании с помощью судебных доказательств.

Принцип непосредственности гражданского процессуального права (ст. 146, 151, 152, 162 ГПК РСФСР) выражает требование, определяющее обязанность уполномоченных органов государства и должностных лиц получать доказательства из первоисточника, лично исследовать и использовать их при обосновании выводов по делу.

Но действие национальных гражданских процессуальных норм при рассмотрении гражданского дела ограничено в пространстве, т. е. действует процессуальный закон по месту совершения соответствующего процессуального действия.

При применении к гражданским отношениям иностранного права суд, арбитражный суд, третейский суд или административный орган действует на основании норм, включенных в национальную правовую систему (ст. 1186 ГК РФ).

Этот аспект, на наш взгляд, характеризуется общей тенденцией к интенсификации международного взаимодействия судебных, несудебных форм защиты гражданских прав и охраняемых законом интересов права различных стран, а также тем, что материальными являются и юридико-оценочные нормы, устанавливающие правила применения коллизионных норм и признаки юридических коллизий, юридические приоритеты (например, и. 2 ст. 3 ГК РФ), обязательное юридическое соответствие, способы принятия решения в коллизионных ситуациях. При этом нарушение или неправильное применение материальной либо процессуальной нормы иностранного закона (как и отсылающей к нему коллизионной нормы) служит основанием для отмены или изменения решения в кассационном порядке или в порядке надзора (ст. 270, 288, 304 АПК РФ).

Отсылка к иностранному праву предполагает отсылку только к нормам материального права или к праву иностранных государств в целом (т. е. и коллизионному, и процессуальному). Если же отсылку понимать как непосредственно отсылающую к коллизионному праву иностранного государства, тогда могут возникнуть проблемы обратной отсылки, трансмиссии, ordre public и др.

Оценивая значение отсылки к процессуальному праву иностранного государства, например, к праву и практике ЕСПЧ, регламенту ЕСПЧ, следует учитывать специфику правовых последствий, которые возникают как результат правоприменения.

Таким образом, можно констатировать, что национальные судебные учреждения должны сообразовывать свою практику с положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и следовать ее требованиям. При этом субъектами этого права являются не только государства-члены, но и частные лица, находящиеся под юрисдикцией государств - участников Конвенции, которые могут обращаться в ЕСПЧ при соблюдении конвенционных условий, но независимо от согласия государства.

Глава 2. Правовые основы легализации документов

2.1 Понятие легализации документов

Термин "легальность" возник как одно из основных понятий философской этики И. Канта, вытекающей из его концепции автономии морали. Первоначально он означал соответствие поведения внешнему закону в противоположность моральности - поведению, соответствующему внутреннему закону нравственности.

Исторически институт легализации развивался как элемент науки дипломатики, истоки возникновения которой лежат в сочинениях Конринга 1672 г., впервые систематизировавшего правила определения подлинности документов.

С развитием международных отношений возникла необходимость в создании специального ведомства, которое бы занималось внешнеполитическими делами, включая установление дипломатических отношений как основной формы поддержания официальных отношений между государствами в соответствии с нормами международного права и практикой международного общения, признание де-факто или де-юре того или иного государства и его правительства со стороны других государства, признание субъективных прав, основанных на иностранных законах, и т. д.

В процессе формирования и развития этих отношений складывались дипломатические приемы функционирования межгосударственных контактов, которые опосредовались заключением различных договоров и обменом соответствующей документированной информацией. При этом одним из наиболее важных и распространенных видов связи между государствами по доставке официальной корреспонденции, документов и предметов, предназначенных для служебного пользования, стала дипломатическая почта, в отношении которой установлен специальный режим.

В целях определения подлинности таких документов, исходящих от надлежащих ведомств государства, использовались приемы (некоторые из них актуальны и по сей день), на основе которых возник транснациональный правовой институт - институт легализации иностранных официальных документов. Характерной тенденцией развития этого института в настоящее время является расширение и диверсификация взаимоотношений как между самими государствами, так и между индивидами и организациями различных стран и, как следствие, появление неофициальных (частных) письменных документов, опосредующих такие взаимоотношения.

Анализируя историю возникновения международных договоров по межгосударственному обмену документированной информацией, можно найти некоторые элементы, характеризующие исследуемый институт.

Так, еще в 1930 г. состоялся обмен нотами между Народным комиссариатом по иностранным делам Союза Советских Социалистических и Посольством Великобритании об исполнении судебных поручений по гражданским делам на условиях взаимности.

В 1936 г. между Союзом Советских Социалистических Республик и Францией было заключено Соглашение о передаче судебных и нотариальных документов и выполнении судебных поручений по гражданским и торговым делам[60]. При этом было оговорено, что такие документы, предназначенные лицам, проживающим на территории договаривающихся государств, а также судебные поручения по гражданским и торговым делам, подлежащие выполнению на этой территории и исходящие от властей договаривающихся государств, будут передаваться через дипломатические миссии, находящиеся на территории договаривающихся государств, которые обеспечат их передачу компетентным властям.

Судебные и нотариальные документы должны были иметь препроводительные письма, адресованные властям, от которых исходит просьба, составленные на официальном языке власти, к которой обращена просьба, и содержать указание власти, от которой исходит передаваемый документ, наименование и качество сторон, адрес получателя и род документа, о котором идет речь.

Доказательством вручения служили либо датированная и подписанная получателем расписка, либо удостоверение властей договаривающейся стороны, к которой обращена просьба, устанавливающая факт и форму вручения. легализация документирование консульский

По особой просьбе дипломатических миссий власть, к которой обращена просьба, должна была принять меры к вручению документа надлежащим местным должностным лицом либо в форме, предписанной законом страны, к которой обращена просьба, либо в особой форме, если просьба не противоречила законодательству страны, к которой обращена просьба. В последнем случае документ должен был сопровождаться переводом на официальный язык государства, к которому обращена просьба. Этот перевод заверялся дипломатическим или консульским агентом стороны договора, обратившейся с просьбой, либо присяжным или официальным переводчиком стороны, к которой обращена просьба.

Причем предусматривалась особая форма судебного поручения, которая не должна была противоречить законодательству государства, к которому обращена просьба. Это означает, что применялась согласованная процессуальная форма иностранного государства.

Каждая из обеих договаривающихся сторон имела право осуществлять непосредственно через своих дипломатических и консульских агентов и без применения мер принуждения вручение судебных документов и нотариальных актов собственным гражданам, находящимся на территории договаривающихся государств.

Таким образом, в Соглашении нашло отражение разграничение официального документооборота на судебный (судебные поручения по гражданским и торговым делам) и нотариальный (документы, акты), а также разграничение по субъектному составу сторон, испрашивающих информацию, т. е. на компетентные органы публичной власти и частных лиц, проживающих на территории договаривающихся государств.

В дальнейшем аналогичные признаки легли в основу принятия конвенционных норм по оказанию правовой помощи, включая процедуру предоставления информации в связи с судебным разбирательством, обмен информацией из судебных материалов и обмен внесудебных документов. К числу таких норм относятся и нормы Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов 1961 г. До принятия этого международного договора универсального определения понятия легализации в межгосударственном информационном обмене и документообороте не было.

Нормативный массив трансграничного института увеличился, когда были приняты следующие договорные нормы: Конвенция относительно подписания и уведомления за рубежом судебных и внесудебных актов по гражданским и коммерческим делам 1965 г.; Конвенция о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам 1970 г.; Европейское соглашение о передаче заявлений о правовой помощи 1977 г.; Европейская конвенция о вручении за рубежом документов по административным вопросам 1977 г. и другие.

В каждом из государств, участвующих в цивилизованном международном общении, т. е. в соответствии с нормами международного права и практикой такого общения, определение легализации осуществлялось на уровне взглядов и концепций о сущности и назначении понятия в праве. Значительную роль в этом играли научные труды юристов-международников, дипломатов.

Национальные нормы, регламентирующие общие положения правового легализационного режима содержатся в кодифицированных актах, законах и ведомственных должностных инструкциях.

Легальное определение понятия "консульская легализация" в советском праве дается в Консульском уставе СССР, а также в ведомственной Инструкции о консульской легализации, утвержденной Министерством иностранных дел СССР в 1984 г. Однако последний документ не был доведен до сведения заинтересованных лиц, что способствовало возникновению проблем доступа ученых, специалистов, преподавателей и граждан к правовой информации международного характера, включая механизм реализации процедуры легализации.

Сущность консульской легализации заключалась в установлении засвидетельствования подлинности подписей на документах и актах и соответствия их законам страны пребывания. Консул легализует документы и акты, составленные при участии властей консульского округа или исходящие от этих властей.

Появление универсального юридически значимого термина в национальных правовых системах различных государств различно во времени, что, как правило, связано либо с преобразованием политической системы государства, либо с государственной формой правления, либо с развитием правовой системы соответствующей страны.

Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов, вступила в силу в Российской Федерации 31 мая 1992 г. в соответствии с постановлением Верховного Совета СССР от 17 апреля 1991 г. "О присоединении СССР к Гаагской конвенции 1961 г.". Затем, в 1992 г., Министерство иностранных дел Российской Федерации специальной нотой уведомило через глав дипломатических представительств правительства соответствующих государств о том, что Российская Федерация как сторона в международном договоре будет продолжать осуществлять права и выполнять обязательства, вытекающие из договоров, заключенных СССР.

На наш взгляд, именно таким образом представляется эволюция понятия "легализация", которая, проделав сложный путь от "божьего суда", рыцарских поединков, клятвенных заверений и свидетельствований, пришла к принятию согласительной конвенционной нормы.

Под легализацией, в смысле упомянутой Конвенции, подразумевается только формальная процедура, используемая дипломатическими или консульскими агентами страны, на территории которой документ должен быть представлен, для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшее документ, и в надлежащем случае подлинности печати или штампа, которыми скреплен этот документ.

С появлением в российской правовой системе универсального понятия "легализация" возникли и его различные интерпретации, как доктринальные, так и судебные, которые будут рассмотрены в дальнейшем.

В энциклопедии международных контрактных отношений под легализацией понимается подтверждение подлинности имеющихся на документах подписей компетентных должностных лиц.

В российском законодательстве содержится норма, определяющая легализацию как процесс установления и засвидетельствования подлинности личных документов, предназначенных для вывоза или пересылки (в почтовых отправлениях) за границу, где такая легализация требуется. Порядок истребования и легализации личных документов устанавливается Министерством иностранных дел РФ и Министерством юстиции РФ по согласованию с заинтересованными министерствами и ведомствами.

В данном исследовании парадигма термина "легализация" (от лат. legalis - законный) означает правомерную деятельность управомоченных органов публичной власти государства, направленную на установление, свидетельствование, подтверждение подлинности имеющихся на документах печатей и подписей компетентных должностных лиц и их соответствия требованиям закона страны их происхождения.

В межгосударственном информационном обмене наибольшее распространение имеют документы простой письменной формы на бумаге, которая на протяжении многих столетий является наиболее распространенным материальным носителем, используемым для передачи и хранения информации.

Общеупотребительная лексика и фразеология в правоведении играет значительную роль. Обратимся к академическому толковому словарю русского языка, в соответствии с которым под документом в широком смысле понимаются:

1) деловые бумаги, служащие доказательством чего-либо, подтверждающие право на что-либо;

2) письменное удостоверение, подтверждающее личность предъявителя;

3) письменный акт, грамоту, рисунок, какое-либо произведение и т. п., имеющие значение исторического свидетельства, показания.

Под актом понимаются:

1) единичное проявление какой-либо деятельности, действий;

2) указ, постановление государственного, общественного значения;

3) документ, протокол, запись о каком-либо юридическом факте (акт о передаче имущества).

Таким образом, с точки зрения традиционного документооборота можно выделить основные юридические функции бумажного документа: информационную и доказательственную (т. е. возможность использовать его в качестве допустимого доказательства).

Таким образом, под легализацией, в исследуемом аспекте, понимается деятельность управомоченных органов публичной власти государства, направленная на установление, свидетельствование, подтверждение подлинности имеющихся на документах печатей и подписей компетентных должностных лиц и соответствия требованиям закона страны их происхождения.

2.2 Дипломатическая (консульская) легализация документов

В соответствии со ст. 55 Консульского устава Союза ССР, в консульских учреждениях функция по легализации документов и актов возлагается на консулов РФ.

Консул (англ, consul) - должностное лицо, назначенное в качестве постоянного представителя в каком-либо городе или районе другого государства для защиты юридических и экономических интересов своего государства и его граждан, выдачи паспортов и виз, ведения актов гражданского состояния, осуществления нотариальных функций, легализации документов и т. п.

Консульские должностные лица - любые лица, включая главу консульского учреждения, которым поручено выполнение консульских функций (генеральный консул, консул, вице-консул, консульский агент и секретарь консульского учреждения), а также лица, прикомандированные к консульским учреждениям для подготовки к службе в консульских учреждениях (стажер).

Государство, назначающее консула, снабжает его консульским патентом, удостоверяющим его личность и круг полномочий.

В настоящее время консульская практика знает два вида консульских учреждений: консульские отделы дипломатических представительств и самостоятельные (отдельные) консульские учреждения.

К самостоятельным консульским учреждениям относятся:

- генеральные консульства;

- консульства;

- вице-консульства;

- консульские агентства.

Консульские учреждения осуществляют свои функции в пределах консульских округов, которые представляют собой согласованные с государством пребывания районы территории этой страны.

Функции по консульской легализации выполняют:

- за границей - консульские учреждения Российской Федерации;

- в Российской Федерации - консульские учреждения Министерства иностранных дел Российской Федерации и дипломатические агентства МИД Российской Федерации.

Консульская легализация заключается в подтверждении соответствия документов законодательству государства их происхождения и представляет собой засвидетельствование подлинности подписи должностного лица, его статуса и в надлежащих случаях печати уполномоченного государственного органа на документах и актах с целью использования их в другом государстве.

Консульская легализация подтверждает правомочность документов в международном общении.

Легализация производится в форме удостоверительной надписи консула на документах. Допускается принятие документов судебными органами без легализации, если это специально оговорено в законодательстве или в конкретных международных соглашениях.

Примером может служить Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г. или Соглашение о международной регистрации знаков 1991 г.

Согласно должностным инструкциям, консул Российской Федерации в государстве пребывания делает на документе специальную надпись, которая удостоверяет подлинность подписи должностного лица иностранного государства. Консульская легализация заключается не только в засвидетельствовании подлинности подписи, но и в удостоверении соответствия документов и актов законам государства пребывания.

Легализации не подлежат документы и акты, которые:

а) противоречат основам публичного порядка Российской Федерации;

б) могут по своему содержанию нанести вред интересам Российского государства;

в) оформлены с нарушением инструкций, регламентирующих оформление документов, предназначенных для использования за границей;

г) содержат сведения, порочащие честь и достоинство граждан.

Не могут быть легализованы также подлинники и копии следующих документов: российских паспортов, профсоюзных билетов, трудовых книжек, военных билетов, удостоверений личности, пенсионных книжек, характеристик, водительских прав, документов о принадлежности к вероисповеданию, о судимости после установления советской власти или реабилитации, о дореволюционных денежных вкладах, о дореволюционных имущественных отношениях, о владении имуществом на праве собственности после установления советской власти, если такое имущество не может быть в настоящее время предметом собственности отдельных лиц.

Для осуществления легализации документов и актов консул должен иметь образцы подписей и печатей должностных лиц исполнительной власти консульского округа, уполномоченных удостоверять документы и акты, исходящие от организаций и учреждений государства пребывания.

Если у консула возникает сомнение в том, действительно ли представленные к легализации документы и акты соответствуют законам государства пребывания, он обращается за официальным разъяснением к властям консульского округа.

В случаях, когда в порядке истребования документов из РФ консулу поступили документы и акты, составленные в РФ, но не легализованные в Министерстве иностранных дел РФ, в дипломатических агентствах МИД РФ, а по законам государства пребывания требуется легализация таких документов и актов, консул легализует их и передает заинтересованным лицам, организациям и учреждениям.

Если от отдельных граждан, организаций, учреждений поступили на легализацию документы и акты, составленные на территории России, но не легализованные в Министерстве иностранных дел РФ, дипломатических агентствах МИД РФ, консул должен направить их в соответствующее ведомство или уполномоченный орган республики, являющейся субъектом Российской Федерации, для определения подлинности. При получении положительного ответа консул легализует такие документы и акты в общем порядке.

В необходимых случаях консул может легализовать документы и акты, предназначенные для действия на территории третьего государства.

Иностранные документы, предназначенные для использования на территории Российской Федерации, могут быть легализованы на территории того государства, где эти документы выданы, или же непосредственно в России.

Для того чтобы такой документ или акт был действительным на территории третьего государства, его нужно также легализовать в консульстве этого государства, находящемся в государстве пребывания консула РФ. Например, во время пребывания судна в иностранном порту капитан должен иметь в виду, что все находящиеся на судне члены экипажа и пассажиры попадают под действие законов прибрежного государства, компетентные органы которого вправе применять свою юрисдикцию.

В тех случаях, когда между Россией и прибрежным государством заключено соглашение, предусматривающее неприменение при определенных правонарушениях, совершенных на борту судна, юрисдикции прибрежного государства, капитан или лицо, им уполномоченное, должны получить сведения о практике данного прибрежного государства у консула РФ, а затем принимать решение об осуществлении своих функций. Взаимоотношения капитана судна, других членов экипажа судна и консульских учреждений РФ определяются Консульским уставом РФ (ст. 68 КТМ РФ).

Если по ходу выполнения функций возникла необходимость обратиться за содействием к властям иностранного государства по месту нахождения судна, капитан сообщает об этом ближайшему консулу РФ. Указания российского консула относительно взаимодействия с иностранными властями при производстве таких действий являются для капитана обязательными. Приобщение к материалам документов, не снабженных консульской легализацией, допускается в случаях, когда таковая по каким-либо уважительным причинам не могла иметь место.

В соответствии с положением ст. 22 Консульского устава жалобы на действия консульских должностных лиц и сотрудников консульских учреждений по вопросам легализации документов и актов рассматриваются в порядке подчиненности.


Подобные документы

  • Виды доказательств в арбитражном процессе. Отличительная черта письменного доказательства. Легализация иностранных официальных документов. Основные требования, предъявляемые к электронным документам. Вызов свидетелей по инициативе арбитражного суда.

    презентация [193,3 K], добавлен 20.10.2013

  • Критерии оценки информационного содержания документов. Требования к систематизации документов и формированию дел. Группировка в дела отдельных категорий документов. Последовательность расположения документов в деле. Размещение документов в хранилищах.

    курсовая работа [74,3 K], добавлен 21.02.2015

  • Понятие, виды подделок документов и история возникновения подделки документов в России. Способы подделки документов и их признаки. Особенности и технологии различных способов распознания подделки документов. Методики защиты документов от подделки.

    контрольная работа [20,8 K], добавлен 10.06.2010

  • Понятие и структура легализации (отмывания) преступных доходов, правовые основы предупреждения легализации, причины ее распространения. Применяемые меры по предупреждению (профилактике) легализации денежных средств и имущества, добытых преступным путем.

    курсовая работа [130,8 K], добавлен 24.09.2019

  • Виды подделок документов. Возникновение подделки документов в России. Признаки способов подделки документов как самостоятельного преступления или совершения другого преступления. Способы распознания подделки документов. Защита документов от подделки.

    реферат [36,9 K], добавлен 09.06.2014

  • Понятие и общая характеристика преступлений против порядка управления в российском законодательстве. Уголовно-правовая характеристика способов подделки, изготовления или сбыта поддельных документов. Единые правила оформления официальных документов.

    дипломная работа [80,1 K], добавлен 26.12.2010

  • Документ и его виды. Подделка и использование заведомо подложных документов. Правила и методы следственного осмотра, изъятия и предварительного исследования документов. Изъятие документа как вещественного доказательства. Анализ документов следователем.

    курсовая работа [39,5 K], добавлен 28.01.2008

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.