Типологические особенности жанра фэнтези на примере романа Р. Асприна "Еще один великолепный миф"

История развития жанра фэнтези, причины его популярности и основные признаки. Характерные черты героического, эпического, игрового, исторического направлений фэнтези. Анализ романа Р. Асприна для выявления композиционно-стилистических особенностей жанра.

Рубрика Литература
Вид курсовая работа
Язык русский
Дата добавления 07.02.2012
Размер файла 52,4 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

1

Содержание

Введение

Раздел 1. Происхождение и основные особенности фэнтези как жанра фантастики

1.1 История формирования жанра

1.2 Особенности фэнтези. Проблема определения жанра

1.3 Разновидности жанра

1.4 Роберт Линн Асприн - представитель юмористического фэнтези

Раздел 2. Типологические черты жанра фэнтези в романе Р. Асприна «Еще один великолепный миф»

2.1 «Мифические истории» - литературный фэнтезийный сериал

2.2 Особенности жанра фэнтези на примере романа Р. Асприна «Еще один великолепный миф»

Выводы

Список использованной литературы

Введение

Феномен литературы фэнтези привлекает внимание читателей и исследователей с 60-х годов ХХ века. Жанр фэнтези прочно утвердился в современном литературном потоке. Но, несмотря на обилие художественных текстов и исследовательских работ до сих пор нет единого толкования этого жанра, не выработано критериев эстетической оценки фэнтезийных произведений. Нет единого мнения и по поводу того следует ли рассматривать фэнтези как поджанр фантастики, либо как самостоятельный жанр. Однако, не имея практически никаких научных обоснований, данное направление развивается довольно причудливо и практически непредсказуемо. Все попытки критиков хоть как-то ограничить его, создать рамки пока оказываются тщетными.

Обращение к фэнтези - довольно распространенное явление в современной литературе. К приемам фэнтези порою прибегают и писатели, работающие в других жанрах. Фэнтези - не только литературный жанр, но и художественное направление.

Мир фантазии изначально возникал как параллельный обыденному бытию человечества. Фэнтези, несомненно, имеет сказочно-мифологическую основу. Сказка - это самый старый жанр литературы. Сказки подарили миру фэнтези некую завуалированную назидательность. От мифа фэнтези унаследовал эпичность повествования и некоторую исходную трагичность. Кроме того квест (от англ. quest - поиск) как основная сюжетная линия жанра уходит корнями в древние мифы о культурных героях.

Существует разновидности данного жанра. Так наиболее ярким представителем юмористического фэнтези является современный американский писатель Р. Асприна. В его книгах возможно все - волшебники, драконы, магические кольца, оборотни и ведьмы, коридоры во времени и пространстве, т. е. весь арсенал волшебных сказок и древних легенд. В этом трансформированном мире неизменным является одно - человек, которого нравственная ситуация всегда побуждает к раскрытию лучших духовных качеств. Как и в старых сказках, добро побеждало, но одерживало верх именно как добро, без малейших уступок и компромиссов. Даже самая благородная цель здесь не оправдывала безнравственные средства. Основная задача фэнтези состояла в утверждении гармонии внутри человека, в победе над самим собой.

Авторы, работающие в этом жанре, создают миры, расположенные параллельно реальности или вообще никак с ней не связанные. Миры характерны гармонией человека с природой, разнообразием разумных существ, повсеместно присутствует волшебство. Фэнтези раскрывает философские и гуманистические идеи в доступной форме.

Актуальность нашего исследования обусловлена необходимостью рассмотрения творчества авторов фэнтези XX-XXI вв. с учетом современных тенденций типологии жанров в общей системе литературного творчества.

Целью нашего исследования является определение типологических особенностей жанра фэнтези на основе романа Р. Асприна „Ещё один великолепный миф”.

Достижение поставленной цели предусматривает решение следующих задач:

· определить содержание жанра фэнтези в современном литературоведении;

· систематизировать оценки творчества Р. Асприна в современном литературоведении;

· осмыслить типологию жанра фэнтези в творчестве Р. Асприна

· выявить композиционно-стилистические особенности жанра фэнтези в творчестве Р. Асприна.

Объект нашего исследования составляют романы Р. Асприна фэнтезийной юмористической серии „Миф”.

Предметом исследования является жанр фэнтези в творчестве Р. Асприна.

Методы исследования. Теоретико-методологическую основу работы составляют труды зарубежных и отечественных исследователей, посвящённые общим проблемам жанра фэнтези и исследованиям по вопросам жанра в творчестве Р. Асприна.

Научная новизна исследования заключается в том, что в работе сформированы особенности и детально проанализирован жанр фэнтези в творчестве Р. Асприна.

Практическая значимость исследования заключается в возможности использования материала при дальнейшем изучении жанра фэнтези, а также в работе литературоведческих студий и литературных факультативов в общеобразовательной школе и ВУЗе.

Раздел 1. Происхождение и основные особенности фэнтези как жанра фантастики

Фантастика как прием была известна искусству с незапамятных времен. Собственно, в той или иной мере она присуща любому виду искусства. В литературе же она прошла очень долгий путь: от первобытного мифа к волшебной сказке, от сказки и легенды - к литературе Средневековья, а затем и романтизма. Наконец, пришла очередь научной фантастики и фэнтези. Эти жанры развивались параллельно, подчас в чем-то соприкасаясь. И вот что любопытно: история этих жанров началась гораздо раньше, чем появились их определение и название. Да и определить их оказалось не так легко. И если с научной фантастикой все достаточно просто, то с фэнтези дело обстоит иначе. До сих пор нет единого толкования этого жанра.

Обращение к фэнтези - довольно распространенное явление в современной литературе. К приемам фэнтези порою прибегают и писатели, работающие в других жанрах. Некоторые принципы фэнтези используют и постмодернисты [23, с. 20].

1.1 История формирования жанра

Практически все библиографические исследования сходятся, отмечая первую значительную фигуру, этакого отца-основателя. При этом он на сегодняшний день почти неизвестен широкой общественности. Это Эдвард Джон Мортон Дракс Планкетт, восемнадцатый барон Дансени - британский аристократ, отличавшийся живым воображением и склонностью к изысканной литературной игре. Не Толкиен, как пишут и считают многие исследователи, был первым писателем, создавшим несуществующий мир с его географией, мифологией и историей - а как раз Дансени (хотя и до него были такие писатели - но уж точно работавшие не в жанре фэнтези). Его цикл рассказов „Боги Пеганы” был как раз посвящен этому миру, корни которого уходят в ирландский эпос [8, с. 1].

Так сложилось, что общеизвестными отцами-основателями фэнтези считаются две группы авторов, которых по их происхождению можно разделить на американскую и британскую школы. Американскую группу составляют Роберт Ирвин Говард, Кларк Эштон Смит и Говард Филипп Лавкрафт. Самой значительной фигурой из них, безусловно, является Р. Говард. Создав образ знаменитого воителя, бесстрашного Конана-варвара, Говард стал основателем особого направления, т.н. героической фэнтези или фантастики „меча и волшебства” („sword & sorcery”). Впрочем, когда в 1936 г., Р. Говард, находясь в состоянии глубочайшей депрессии, вызванной смертью горячо любимой им матери, покончил с собой, ничто не предвещало его литературного долголетия. После смерти он был быстро забыт. Его второе рождение для фэнтези произошло в начале 50-х годов, благодаря деятельности замечательного американского писателя Лайонелла Спрэг Де Кампа. В 1951 году в руки Де Кампа (увлекавшегося в свое время приключениями Конана) попала часть архива Говарда, и он, обнаружив недописанную повесть о Конане, переработал ее, дописал, эта история так увлекла Де Кампа, что он, проведя активную розыскную работу, раскопал еще несколько неоконченных вещей Говарда, кроме того, он как в одиночестве, так и совместно со своими друзьями, Бьерном Нибергом и Лином Картером, написал ряд стилизованных под Говарда произведений - около двух десятков романов, повестей и рассказов.

В британский отряд основоположников фэнтези также входит трое писателей, тесно связанных дружескими и духовными узами. Это Клайв Стейплз Льюис, Чарльз Уильямс и Джон Рональд Руэл Толкиен. Льюис вошел в историю прежде всего как создатель детской фэнтези, написав знаменитый цикл „Хроники Нарнии”. Двигаясь в русле традиционной английской литературной сказки, он создал волшебный мир, в который попадают несколько детей из современной ему Англии, переживая ряд невероятных приключений. Романы Уильямса, насыщенные многочисленными философскими и религиозными мотивами, посвящены, как правило, борьбе людей за обладание некими магическими предметами, способными решить судьбу мира, будь то чаша Святого Грааля, корона царя Соломона или священные карты Таро. Но настоящей Библией фэнтези стал роман профессора англосаксонской литературы Оксфордского университета Толкиена „Властелин Колец”. Сага Толкиена - эпическое, созданное на основе кельтского и североевропейского фольклора повествование о столкновении сил Света и Тьмы, решающую роль в котором сыграл маленький, забавный человечек-хоббит, своеобразный символ „обычного” человека, несущего на плечах своих груз истории. Джон Толкиен, будучи автором многочисленных научных работ, в надежде на дополнительный заработок, отправил в издательство повесть „Хоббит”, сочиненную им для своих детей. Книга вышла в 1937 г. и имела немалый успех, причем не только у юношества. Пытаясь написать продолжение, Толкиен засел за работу, которая растянулась более чем на 10 лет. После выхода в свет 1-го издания „Властелина Колец” (1954 г.) выяснилось, что в мире достаточно вполне взрослых людей, которым просто необходима подобная литература, и все новые издания Толкиена, раскупаемые как горячие пирожки, подтверждали это [22, с. 3].

1.2 Особенности фэнтези. Проблема определения жанра

Фэнтези часто используется как обозначение массовой литературы и киноиндустрии конца XX - начала XXI века. В отечественном литературоведении этот феномен современной культуры находится на стадии осмысления. Жанр фэнтези в настоящее время вызывает множество споров, которые касаются истории жанра, жанрово-видовой и функциональной природы, жанровых модификаций (классификация), поэтики и др. Такая ситуация объясняется сравнительной молодостью жанра: литература фэнтези существует чуть более 100 лет, термин появился в 70-е годы XX в. за рубежом, в 80-е - в России. Фэнтезийный мир в ряде случаев становится заменой реальности. Причиной этого явления следует считать социальный заказ общества на принципиально новый тип литературы. Напряжённая обстановка в мире побуждала читателя искать положительное, оптимистичное начало в литературе. Желаемой „отдушины” не дала человеку ни научная фантастика с её холодными космическими просторами и чаще всего неутешительными прогнозами относительно будущего человечества, ни историческая проза, ни многие другие литературные жанры. Зато этой потребности вполне соответствовал жанр фэнтези, который позволял читателям отойти от жестокости действительности и погрузиться в мир, где добро всегда побеждает. Сам мир, где происходят описываемые события, остаётся величиной постоянной. Он находится где-то посередине между множеством реальностей. Мир волшебства перестаёт быть сказочным, он становится отражением реального мира, одной из параллельных вселенных.

Популярность жанра фэнтези неуклонно растёт, вызывая закономерный вопрос: чем же вызвано такое явление? Данная проблема должна вызвать интерес не только у литературоведов, но также у других специалистов: культурологов, психологов, социологов, литературных и кинокритиков, филологов, а также у любителей этого жанра. На этом этапе фэнтези представляет собой практически не исследованное пространство, требующее детальной разработки и глубокого изучения [2, с. 4].

Начнем с того, что этот жанр литературы даже не имеет четко устоявшегося названия. В самиздатовской критике встречаются такие названия как: „фэнтези”, „фентези”, „фентази”, „фэнтази” и, наконец, „fentasу”. Последний вариант недвусмысленно указывает, откуда явилось новое течение. Родство с коммерческими направлениями литературной „поп-индустрии” весьма ощутимо даёт себя знать. В подтверждение литературного „родства” фэнтези и НФ (научной фантастики) стоит привести следующую историческую параллель: в конце пятидесятых - начале шестидесятых годов самодеятельные литературоведы сломали немало копий в попытках определить, что же есть фантастика? Определения охватывали широчайший диапазон от: „Фантастика - это всё, что не документальная проза”, до „Фантастика - это плохие (непременно - плохие!) романы о звездолётах”. То же самое происходит сейчас с фэнтези. В литературных кругах часто звучат самые разнообразные, зачастую экстремистские определения: „Фэнтези - это всякий облечённый в словесную форму продукт творческой фантазии”, до „Фэнтези - это плохие романы о драконах”.

То есть, мы наблюдаем этап развития литературы, полностью повторяющий историю с появлением социальной фантастики.

Средневековый антураж, традиционный „квест” (то есть некая глобальная задача, которую героям предстоит разрешить и на которой, собственно, и строится сюжет произведения), стандартный набор героев, всё это пришло к нам вместе с Толкиеном и Желязны, прижилось на книжном рынке и предъявляет права на литературное направление словно на торговую марку. Традиции Гоголя и Булгакова оказываются забытыми, многие „любители жанра”, состыковавшись с его противниками, даже не считают эти произведения за фэнтези [19, с. 12].

Первые шаги фэнтези в нашей литературе совпали с расцветом того явления в искусстве, которое многие исследователи называют постмодернизмом. Фэнтези не могла не ощутить влияния постмодернизма и не оказать, в свою очередь, воздействия на него. Она многое восприняла из постмодернистской эстетики. Это и идея понимания мира как текста и текста как мира [10, с. 71], и замещение реальной действительности действительностью вымышленной, и мысль об отчуждении человека от жизни, и идея создания собственного мира из элементов культуры [15, с. 125], и многое другое.

В современном литературоведении всё чаще встречается определение фэнтези (от „фантазия”), представляющее собой целую литературу, где границы реального, фантастического и ирреального, мистического размыты. Определения жанра можно сгруппировать относительно нескольких тенденций. Чаще всего фэнтези определяют как особое направление фантастики [3, с. 8].

Но, прежде чем начать разговор о том, что же такое, в сущности, фэнтези, необходимо дать определение жанра вообще. В литературоведении и в искусствоведении существует много различных определений жанра. Приведем только два из них - те, что даются „Литературоведческим энциклопедическим словарем” и „Современным словарем-справочником по литературе”. Итак, жанр - „разновидность художественной литературы, определяемая комплексом (иногда минимальным) тех или иных признаков (элементов или качеств) содержания и формы” [18, с. 184]. По „Литературоведческому энциклопедическому словарю” жанр литературный - „исторически складывающийся тип литературного произведения... в теоретическом понятии о жанре обобщены черты, свойственные более или менее обширной группе произведений какой-либо эпохи, данной нации или мировой литературы вообще” [11, с. 106]. Как видно, эти два определения не противоречат друг другу, а в чем-то даже и дополняют. Следует отметить, что очень многие теоретики пытались дать универсальную классификацию жанровых признаков. Однако эти попытки не имели успеха, так как разные литературы и литературные направления предполагают разные жанровые принципы.

По классификации М.С. Кагана, к жанровым принципам относятся:

1) познавательный аспект (по сути, тематический),

2) объем (новелла, рассказ, роман),

3) оценочная сторона творчества (ода, элегия, комедия, трагедия),

4) степень участия фантазии,

5) прямой или косвенный смысл образности.

По М.Я. Полякову жанровые принципы - это

1) „эстетическая система” (трагическое, комическое и т. п.),

2) композиционная система,

3) тематическая система (охват действительности),

4) стилистическая система.

По Г.Н. Поспелову, все жанры создаются сочетанием той или иной проблематики, признаков объема и стихотворности либо прозаичности.

Мы видим, что единой классификации жанровых принципов и признаков нет. Каждая эпоха вносит свои поправки, каждая литература имеет свою специфику. Исходя из термина „фэнтези” кажется, что это разновидность научной фантастики. Однако, появление фантастики было вызвано промышленной революцией в XIX веке и первоначально, научная фантастика была жанром литературы, описывающим достижения науки и техники, перспективы их развития и т. д. Часто описывался (как правило, в виде утопии) мир будущего. Главным героем научной фантастики является эволюционирующий, развивающийся человек. Недаром возникновение собственно научной фантастики совпало с духовной революцией в западноевропейском обществе, вызванной выходом книги Ч.Дарвина „Происхождение видов путем естественного отбора”. Жанр научной фантастики более формализован, чем фэнтези. В нём, к примеру, отражена вселенная, в которой действуют определённые физические законы, а ведь на таких законах мы и выросли - мы уверены, что яблоко падает вниз, звезда излучает определённую энергию, имеются чёрные дыры. Когда же автор берётся за фэнтези, он должен от всего этого отказаться. Ему приходится, в буквальном смысле, изобретать велосипед [3, с. 20].

Итак, мы выделили следующие жанровые признаки фэнтези:

1) мир несуществующий, обладающий свойствами, невозможными в нашей реальности;

2) магия и фольклорные персонажи как необходимый элемент. В качестве примера подойдет едва ли не любое произведение фэнтези;

3) авантюрный сюжет (как правило - поиск, странствие, война и т. п.);

4) средневековый антураж, хотя здесь возможны варианты: Древний мир (Г.Л. Олди, „Герой должен быть один”, где действие происходит в Древней Греции), современность (С. Лукьяненко „Ночной дозор”) или будущее (Кристофер Сташефф, „Чародей поневоле”);

5) скрытое противопоставление технологии и волшебства в пользу последнего;

6) на первый план выдвигаются герои, их поступки и переживания, волшебное и сказочное играет вспомогательную, но далеко не второстепенную роль;

7) противостояние добра и зла как основной сюжетообразующий стержень, для фэнтези обязательна борьба добра и зла - ибо она, как и сказка, структурирована этически [4, с. 161]. Конечно, фэнтези отличается от сказки. Зло и добро в ней равнозначны, а в сказке добро побеждает без потерь;

8) наличие потустороннего мира и его проявлений;

9) полная свобода автора: он может повернуть сюжет самым неожиданным образом, поскольку волшебный мир фэнтези предполагает, что в нем возможно все. Этот последний признак - один из наиболее важных, определяющих. Он четко отграничивает фэнтези и научную фантастику, потому что научная фантастика описывает вероятное, и автор стеснен определенными рамками. Он вынужден дать объяснение невероятному, обосновать научно или псевдонаучно (что чаще всего и происходит).

Конечно, фэнтези имеет и много общего с другими жанрами фантастической литературы. Иногда довольно трудно отличить ее от альтернативной истории, от исторического романа или от романа ужасов. Ряд исследователей склоняется к определению фэнтези как разновидности литературной сказки. Волшебной сказкой называл свою эпопею „Властелин колец” Дж.Р.Р. Толкиен. Правда, в годы, когда она создавалась, термина „фэнтези” ещё не существовало. Однако фэнтези не является сказкой в обычном понимании этого слова. В первую очередь, это относится к природе quest, а (англ. „путь”, „поиск”), уходящего корнями в древние мифы о культурных героях, которые наделены иррациональным даром, сакральными знаниями, которые борются с чудовищами, добывают чудесные предметы. Но совершают они всё это не ради личных целей, как сказочные герои, а для установления природного равновесия между Хаосом и Космосом. Ещё одна тенденция - определение фэнтези через миф. Это вполне закономерно, поскольку фантастическая литература всегда имеет мифологическую основу. В отличие от мифологических романов XX в., мифологизм фэнтези - это не приём (метафора или архетип), а сознательное стремление автора создать фантастическую мифологию по аналогии с древними системами. В основе фэнтези модель мира, обнаруживающая такие свойства мифологического мышления, как персонализация добра и зла, очеловечивание природных явлений. Фэнтези всегда - либо переработанная каноническая система мифов, либо оригинальная авторская мифопоэтическая концепция, важнейший признак которой - создание вторичного мира (целостной картины мира и человека).

В описательных концепциях фэнтези, в совокупности, определён ряд признаков жанра, среди которых на первый план выходят: фантастическая картина мира, сказочно-мифологическая основа и жанровый синтез. Исследователи находят в фэнтези элементы героического эпоса, легенды, рыцарского романа, литературной сказки, романтической повести, готического романа, оккультно-мистической литературы символистов, постмодернистского романа и др. (вероятно, для каждого конкретного произведения свои). Можно заметить, что все перечисленные жанры и направления, так или иначе связаны с мифом. Таким образом, в современном литературоведении на данный момент не существует даже общепринятого определения жанра фэнтези. Практически все, кто пишет о фэнтези, пытается дать собственное определение этому понятию. Большую путаницу вызывает отсутствие общепринятой терминологии, определения жанра и его классификации. Ведутся споры по поводу того, кто был первооткрывателем жанра, где лежат его истоки. Фэнтези унаследовала многое и от мифов, и от волшебной сказки. Поэтому согласимся с мнением тех исследователей, которые трактуют фэнтези как вид фантастической литературы, основанный на использовании мифологических и сказочных мотивов [3, с. 32].

Понятие „фэнтези” рассматривают то широко, то узко, относя, таким образом, к фэнтези самые различные произведения. Так, Т. Чернышева называет фэнтези „адетерминированной моделью действительности, повествованием сказочного типа со многими посылками”, игровой фантастикой [23, с. 62]. Один из известных „фантастических” критиков, В. Гончаров, так говорит об этом жанре: фэнтези, „в отличие от материалистической научной фантастики, описывает мироздание с позиций объективного идеализма” [6, с. 58]. Г. Гуревич относит фэнтези к „ненаучной фантастике”, в противовес научной, объединяя, таким образом, в одном определении различные жанры и направления [6, с. 59].

Некоторые исследователи склонны рассматривать фэнтези очень широко. Например, Г. Нефагина полагает, что, если автор использовал хотя бы один из многочисленных приемов фэнтези, то данное произведение можно смело относить к фэнтези. Так, она причисляет к фэнтези романы В. Пелевина „Омон-Ра”, „Чапаев и Пустота”, „Жизнь насекомых”. Подобной точки зрения придерживается Е. Ковтун [9, с. 110]. Т. Чернышева в книге „Природа фантастики”, говоря об определении фантастики вообще (то есть фантастической литературы), отмечает, что это безнадежное дело, потому что невозможно найти достаточное большинство тех, кто согласился бы с каким-либо одним определением [23, с. 43]. Практически каждый писатель под фантастикой понимает что-то свое, и то же самое можно сказать о фэнтези. Например, известный американский писатель-фантаст Роджер Желязны вспоминал, что всякий раз, когда он слышал или читал новое определение фантастики, писал рассказ, который опровергал это определение и тем не менее являлся фантастическим. Т. Чернышева справедливо замечает, что „фантастика не противопоказана никакому литературному методу, она может „поступить на службу” и к романтизму, и к реализму, и к модернизму” [23, с. 21].

Переходя непосредственно к фэнтези, Чернышева пишет: „НФ (научная фантастика) изображает возможное - возможные в будущем перемены, открытия, возможные в галактике миры и цивилизации, в то время как fantasy изображает нечто заведомо невозможное” [23, с. 35], во всяком случае, в нашем мире (эта оговорка не случайна, так как в свете постмодернистского восприятия мира все, что создано воображением автора, существует, ибо мир есть текст). Исследовательница М. Галина отмечает, что „точно определить, что такое фэнтези, а что такое научная фантастика, сложно. Условно говоря, научная фантастика основывается на ныне существующей (иногда чуточку подправленной, как, скажем, в случае сверхсветовых космических путешествий) научной парадигме, а фэнтези привлекает дополнительные условия, в частности магию” [4, с. 161].

1.3 Разновидности жанра

Собственно в жанре фэнтези существуют несколько основных направлений, часто, впрочем, перемешивающиеся между собой. Первое из них - героическое фэнтези, или так называемые „романы меча и колдовства”. Это самое старое направление и его первоисточниками можно назвать греческие мифы. Признанные мастера героического фэнтези - писатели Роберт Говард и Майкл Муркок [13, с. 51].

Героическое фэнтези описывает приключения отдельных героев, физически сильных и опытных воинов, решающих свои задачи при помощи силы и ловкости. Эти герои, как правило, не изображаются носителями добра и благородства - среди них могут быть пираты, воры, наёмники и просто бродяги. В отличие от эпического поджанра, проблемы героя обычно локальны и касаются лично героя и его друзей, либо отдельной местности, поэтому в героическом фэнтези распространена форма повести и короткого рассказа. Если не считать мифов о Геракле и книг о Тарзане, то первым представителем этого поджанра является сага Роберта Говарда о Конане из Киммерии. Успех этой серии породил множество подражаний (Фриц Лейбер, Ларри Нивен) и прямых продолжений (Леон Спрэг де Камп, Лин Картер, Стив Перри, Пол Андерсон). Более самобытное развитие жанр получил в произведениях Майкла Муркока о Вечном Воителе.

Эпическое фэнтези. Отцом-основателем эпического фэнтези можно по праву считать великого английского писателя и ученого Джона Рональда Руэла Толкиена. Его эпопея „Властелин Колец” и „Сильмариллион”, прогремевшая в 50-е - 60-е годы в Великобритании и Соединенных Штатах, представляет из себя не столько книгу фэнтези, сколько труд в области креативной мифологии [13, с. 53]. Многие из использованных Толкиеном сюжетных ходов и элементов мира стали архетипичными, став основой для активного подражания (Терри Брукс, Деннис МакКирнан, Гельмут Пеш, Кристофер Паолини).

В произведениях, написанных в стиле эпического фэнтези, обычно описывается продолжительная борьба героев с врагом, стоящем на стороне зла и обладающем сверхъестественными силами. События таких произведений затрагивают весь описываемый фантастический мир, где происходят масштабные войны, а в задачу героев входит спасение мира или, как минимум, значительной его части. Центральной нитью сюжета обычно является „квест”, миссия главного героя и его друзей, который может продолжаться на протяжении многих томов. Поскольку герои занимают в конфликте определённую сторону условного добра, борющегося со злом, часто (хотя и не обязательно) герои чётко делятся на положительных и отрицательных. В более поздний период жанр эпического фэнтези значительно отошёл от борьбы добра и зла, породив близкую к историческому роману, жёсткую и натуралистичную разновидность, иногда выделяемую в отдельный поджанр „постмодернистское фэнтези” (Джордж Реймонд Ричард Мартин, Анджей Сапковский, отчасти Стивен Эриксон). Эпическое фэнтези является самым распространённым видом литературной фэнтези.

Тёмное фэнтези (англ. Dark fantasy - буквально „тёмное” или „мрачное” фэнтези) - поджанр, находящийся на стыке между готикой и фэнтези. Главное отличие от готики в том, что действие происходит в фантастическом мире, напоминающем Средневековье. Тёмная сторона магии - Dагк fantasy. Каков, например, канон эпика? Имеется некий мир, живущий нормальной жизнью. Но вот объявляется Вселенское зло, вот в тёмном фэнтези зло уже находится у власти, и его проявления воспринимаются обывателями как должное. Классический пример литературы в жанре тёмного фэнтези - цикл „Чёрный отряд” американского писателя Глена Кука.

Игровое фэнтези вдохновлено ролевыми играми и действие его происходит во вселенной, созданной редакторами для настольных и компьютерных игр, иногда является новеллизацией их сюжета. Произведения игрового фэнтези могут иметь любые признаки других поджанров, но главной особенностью поджанра является концентрация внимания на квесте группы героев, стилизованной под партию из ролевых игр. Среди самых заметных произведений этого рода - цикл Dгаgonlаnсе Маргарет Уэйс и Трейси Хикмена, игровые вселенные Warhammer и Маgic, а также романы по многоавторской D&D-вселенной Forgotten Realms, в частности, Роберта Сальваторе.

Историческое фэнтези. Этот поджанр тесно связан с альтернативной историей. Действие обычно происходит в прошлом, на фоне известных исторических мест, событий или эпох, но с добавлением таких элементов фэнтези, как магия или мифологические существа. Серия Гарри Тертлдава о Погибшем Легионе и книги Мэри Стюарт по мотивам Артурианского эпоса считаются наиболее известными образцами жанра. В последние годы в историческом фэнтези отметился и Анджей Сапковский.

Юмористическое фэнтези и пародии. Книги этого жанра в основном юмористические по содержанию и тону. В них часто высмеиваются штампы фэнтези. Также распространены пародии на произведения классиков жанра. Названия пародий узнаваемы, это переделанные названия основных произведений. Юмористичность происходящего, как, например, у Терри Пратчетта, не мешает зачастую философским мыслям, сравнимым с Р. Желязны [3, с. 19].

1.4 Роберт Линн Асприн - представитель юмористического фэнтези

Конечно, как и в любом другом жанре, в fantasy развивается юмористический аспект, эксплуатирующий широкие возможности стереотипов и рамок жанра.

В общем-то, в фэнтези есть над чем смеяться и что пародировать. Но чисто пародийные произведения вроде „Тошнит от Колец” не снискали особой славы и популярности, в отличие от забавных авторских миров [8, с. 31].

Первым автором юмористического фэнтези был Спрэг де Камп, который, оказывается, не только магов с помощью Конана умел в окрошку крошить, но еще и надо всем этим смеяться. „Дипломированный чародей”, написанный в соавторстве с Ф. Преттом, и „Башня гоблинов” обессмертили имя Спрэг де Кампа.

Так же в жанре юмористического фэнтези работали Пирс Энтони, в 70-х годах написавший фантастический цикл „Ксанф”, над которым рыдала от смеха вся Америка, гранд этого направления - Терри Пратчетт, известный по 20 с лишним томам „Плоского мира”. К юмористическому фэнтези можно отнести и произведение братьев Аркадия и Бориса Стругацких - „Понедельник начинается в субботу”. Еще одним столпом юмора в фэнтези стал Роберт Асприн со своей серией „Миф”. На его творчестве мы остановимся подробнее.

Роберт Линн Асприн родился в Сент-Джонсе, в штате Мичиган в 1946 году. Он рос в университетском городке Энн-Эрбор, в окружении музеев и библиотек, учился в Мичиганском университете, затем служил в армии во время вьетнамской войны. Работал бухгалтером в фирме, сотрудником отдела микрофильмов Ун-та шт. Мичиган; с 1978 г. - профессиональный писатель [26, с. 1]. На творчество Асприна сильно повлияли двадцать лет, проведенные в бухгалтерии американской фирмы Xerox.

Первые романы автора, которые он писал по вечерам после работы - научно-фантастические „Холодные финансовые войны” (The Cold Cash War), расширенная версия раннего рассказа с тем же названием, был издан в 1977 году и „Боевая элита империи” (The Bug Wars), прошли практически незамеченными ни критикой, ни читателями.

Успех пришёл к автору с первым романом фэнтезийной юмористической серии „Миф”, цикл забавных приключений Скива и Ааза. „Мифический цикл” (англ. Myth Adventures - мифические приключения, омофонично misadventures - несчастные случаи) - яркий образец юмористической и увлекательной фэнтези.(из док в послед) В ней рассказывалось о демоне, который лишился своих сил, и его неумелом ученике-человеке, об их путешествиях в различных мирах в поисках богатства и славы. Серия „Мифы” полна юмора.

Довольно быстро написав шесть романов цикла, Роберт Асприн подписал контракт на следующие шесть, и, по его признанию, с огромным трудом написал ещё четыре, но в 1993 году был втянут в затянувшуюся холодную финансовую войну с налоговой инспекцией, из-за чего очень надолго оставил работу над книгами серии. В 2001 году Асприн с большим трудом вернулся к приключениям любимых героев, написав книгу „Миффия невыполнима”, а год спустя выполнил-таки условия контракта (к этому времени, кстати, перекупленного другим издательством) и написал завершающую книгу двенадцатикнижья „Что-то мифическое”. На этом, впрочем, сериал не закончился, последующие произведения серии Асприн пишет в соавторстве с Джоди Линн Най.

Знаменитый писатель-фантаст Роберт Линн Асприн скончался в США на 62-м году жизни. Асприн умер утром 22 мая 2008 в собственном доме в Новом Орлеане, сообщает официальный сайт писателя (http://www.mythadventures.net/).

Раздел 2. Типологические черты жанра фэнтези в романе Р. Асприна «Еще один великолепный миф»

2.1 «Мифические истории» - литературный фэнтезийный сериал

жанр фэнтези роман асприн

Формирование культуры литературы массового характера форсировало рождение не единичных текстов, а произведений „серийного” типа. Такое произведение и вышло из под пера Р. Асприна. Начиная с 70-х гг. ХХ в. по своему замыслу он решил изменить представления читателей всего мира о юмористическом фэнтези, и написал роман „Еще один великолепный миф”, легший в основу большого сериала, условно подразделяемого на три сезона.

В этой группе текстов автор выдержал все требования к написанию произведений такого рода. Во-первых следует обратить внимание на периодичность появления книг.

Роман „Еще один великолепный миф”, начало „первого сезона”, привлек к автору внимание читателей. Забавные приключения мага Скива-пентюха и его наставника потерявшего волшебную силу демона Ааза наполнены отнюдь не ехидством и пародией, а иронией и, пожалуй, сатирой.

В общем, после коммерческого успеха „Еще одного МИФа”, автор поспешил продолжить серию. Так появились „МИФотолкования”, „МИФоуказания”, „Удача или МИФ”, „МИФические личности” и, наконец, „Маленький МИФозаклад”. На этом „первый сезон” книжного сериала был завершен.

Появление „второго сезона” произошло по одной простой причине. Вплоть до 1984-85 годов Роберт Асприн вынужден был заканчивать каждую историю в рамках одного романа. Этого требовали условия договора: издатели, несмотря на популярность „Мифа”, не были уверены, что весь сериал окажется успешным. Но вот неожиданно автору предложили контракт сразу на шесть книг! И Р. Асприн согласился. Он был уверен, что писать по одному роману в полгода не сложно. Более того, он хотел создать одну большую книгу в шести частях. И это у него почти получилось - он уложился в пять томов. Но - обо всем по порядку.

В последующие пару лет были выпущены романы „Корпорация М.И.Ф. - связующее звено” и „Мифонаименования и Извержения”.

Но на этом Роберт Асприн вынужден был остановиться. Ему несколько лет не удавалось написать достойного продолжения. Но вот в 1990 вышел новый „мифический” роман - „Корпорация М.И.Ф. в действии”. Но, хоть он и был хуже предыдущих книг, не оставил читателей равнодушными. Перед автором же встала новая проблема - сочинить очередной сиквел. Но как это сделать, когда идей почти не осталось? В 1994 был опубликован „Сладостный Миф, или Мифтерия жизни”.

Роберту Асприну оставалось породить две части, дабы завершить сериал. Прошло еще семь лет перед тем, как был выпущен откровенно слабый роман о коровах-вампирах „Миффия невыполнима”, находящийся хронологически между „Мифоуказаниями” и „Удачей или Миф” и фактически относящийся к „первому сезону”. Однако, фанаты простили своему кумиру неудачу. Через год после „Миффия невыполнима” был издан „Снова корпорация М.И.Ф., или Нечто омифигенное”,

В 2003 году было закончено новое произведение о Скиве, которое Роберт Асприн написал в соавторстве с Дж. Линн Най, известной по неплохому юмористическому „студенческому” циклу „Мифология”. Благодаря таланту и забавным выдумкам Дж. Л. Най сериал возродился.

Первый же роман соавторов, носящий название „Мифальянсы”, который хуже сольных работ Асприна, неплохо разошелся. Посему издателями был дан зелёный свет последующим приключениями Скива и его друзей, которые условно можно назвать необязательным к прочтению „третьим сезоном”.

Во-вторых, он сохранил единство системы персонажей, что значительно повлияло на связанность текстов. Автору хватило задора создать роскошным главным героям, Скиву и Аазу столь же колоритных друзей. Среди них прекрасная Тананда, крутые ребята из Синдиката - Гвидо и Нинцио, необъятная колдунья-механик Маша и маленький и, как кажется на первый взгляд, глупенький дракончик Глип. Главные герои в „Мифах” Роберта Асприна

Скив - Основной персонаж. Представьте себе подростка, физическое развитие которого существенно обгоняет умственное, а энергия заметно превосходит мудрость. Несмотря на то, что Скив постоянно ощущает неуверенность и тревогу, его отличают верность дружбе и чрезмерно развитое чувство ответственности.

Ааз, Аазмандий - наставник и партнер Скива, второй по значению персонаж серии. Демон из измерения Извр, поэтому его зовут либо Изверг, либо Извращенец - в зависимости от того, кого вы спросите.

Тананда - Троллина. Для краткости все зовут ее Тандой. Тананда стала одним из главных персонажей цикла, возникая почти в каждом томе. Эта убийца и мелкая чародейка с зелеными волосами, ужасно сексапильна. К немалому огорчению Скива, Тананда заняла по отношению к нему позицию „старшей сестры”.

Корреш - Тролль, также, как и его сестра Тананда. Во время работы выступает под псевдонимом Большой Грызь, а его манеры и лексикон при этом существенно деградируют. (Образованным и умеющим красиво изъясняться троллям работу практически не предлагают.) Обладает очень большими клыками и глазами разной величины.

Иштван - Ренегат-чародей. Желает получить мировое господство и для достижения этой цели истребляет конкурентов, которые пользуются энергией магических силовых полей.

Квигли появляется в качестве истребителя демонов в „Еще одном великолепном мифе”.

Глип - детеныш голубого дракона, приобретенный Скивом на Базаре-на-Деве.

Брокхерст - Бес, выступающий время от времени в роли наемного убийцы.

Фрумпель - девил, изгнанный с Девы и живущий в настоящее время в Пенте.

Банни - входит в Корпорацию М.И.Ф., выступая в основном в качестве личной помощницы Скива. Исключительно привлекательная особа.

Большой Джули - командующий и главный стратег самой большой и сильной армии, когда-либо воевавшей на просторах Пента.

Вик - юный (примерно того же возраста, что и Скив) вампир с Лимбо.

Гаркин - первый, кто обучал Скива искусству магии.

Дон Брюс - крестный отец организованной преступности в измерении Пент.

Гвидо и Нунцио - телохранители Скива.

Маша впервые встречаем ее в книге „Мифоуказания”, когда она работала магом города Вейгас на измерении Валетта. В четвертой книге „Удача, или миф” берет продолжительный отпуск, чтобы стать ученицей Скива. Привлекает всеобщее внимание. Маша чрезвычайно велика во все стороны, что, впрочем, не мешает ей красить волосы в оранжевый цвет, губы - в зеленый и носить бикини из шкуры леопарда. А те украшения, которые она на себя навешивает, легко сломают хребет среднего мула. Относится к категории магов так называемого „механистического типа”, использующих различные приборы и приспособления. Доброта сердца Маши значительно превосходит ее поистине необъятные физические размеры.

Вся эта разномастная компания раз за разом попадает в передряги, из которых ей каким-то чудом удается выпутываться. Причём, чаще всего они волею судьбы в погоне за наживой вынуждены отправляться бродить по странным, загадочным, а иногда и очень смешным иным измерениям.

Постоянным же местом обитания Скива и его подозрительных дружков становится Базар-на-Деве. Это место, где можно купить и продать все, что угодно! Ибо там живут не кто-нибудь, а невероятно хитрые торговцы, кои не допустят, чтобы клиент ушел от них с пустыми руками.

В-третьих, Р. Асприн удачно сохранил и сюжетную линию ромаов. Тема каждого произведения представляет собой завершенное повествование о том или ином приключении. Например, рассматриваемый нами роман повествует о том, как Скив и Ааз спасали все измерения от попытки чародея Иштвана захватить их. И им это удаётся.

„Корпорация М.И.Ф. - связующее звено” и „Мифонаименования и Извержения” - начало долгого рассказа о новых приключениях полюбившихся читателям героев, которые ныне стали именовать себя Молодыми Искоренителями Фатальностей. Скив, взрослея, становится сильной личностью, способной отвечать за свои поступки. Также ему предстоит поближе познакомиться с властолюбивой Цикутой, королевой Поссилтума. Она желает не только основать великую империю, но и, дабы упрочнить свой статус, заставить жениться на себе ученика Ааза.

Но, в тоже время, можно уловить и стремление к открытому финалу, как например в романе „Сладостный миф, или мифтерия жизни”, опубликованном в 1994 г. Его открытый финал породил вопрос, ответ на который с нетерпением ждали поклонники: кто стрелял в дракончика Глипа?

Через год после „Миффии невыполнима” был издан „Снова корпорация М.И.Ф., или Нечто омифигенное”, получившийся не веселым, а грустным. Впрочем, чего еще было ждать? Ведь это - финал! История Скива и его друзей завершилась! Ну а загадка, связанная с дракончиком Глипом, была пустышкой! Но тут неожиданно выяснилось, что это - еще только начало.

Таким образом, „Мифические истории”, завоевавшие более двадцати лет назад культовый статус, все еще живы. Томики продолжают выходить с завидной регулярностью („Миффическая идентичность”, „Мифонебылицы” и т. д.). Кроме того, ходят слухи, что ныне готовится их экранизация [14, с. 2].

Кроме главных героев на протяжении всех книг серии не меняется и желание героев обладать материальными ценностями. Ведомые страстью к приключениям и наживе, Скив и Ааз покидают свой дом (в данном случае его можно отождествлять с измерением, в котором прибывают герои). Сначала - это убогое и отставшее измерение Пент, затем - базар-на-Деве, где можно купить и продать всё, что угодно. Враждебное измерение - мир вампиров, которого боятся даже торговцы-деволы: „- Что находится в этом измерении? - Наш дом? - предположил мой учитель” [2, с. 7].

Путешествуя из романа в роман, из измерения в измерение Скив и Ааз попадают в самые разнообразные переделки, выпутаться из которых им помогают их друзья, а иногда и недруги. Их краткая характеристика дана выше.

Таким образом, учитывая все особенности романов Р. Асприна мы можем говорить об их сюжетно-композиционном единстве и о целесообразности их комплексного рассмотрения. Тем не менее, учитывая логическую завершенность каждого отдельного романа, для подробного рассмотрения был выбран первый роман серии, как образец особенностей творчества Р. Асприна, особенностей жанра фэнтези в его творчестве.

2.2 Особенности жанра фэнтези на примере романа Р. Асприна «Еще один великолепный миф»

Для исследования романа Р. Асприна „Ещё один великолепный миф”, как примера юмористического фэнтези, за основу была взята классификация жанровых признаков фэнтези (которые включают духовно-содержательные, эстетические принципы, тематику и стиль), предложенная С.В. Шамякиной [23].

Первое, что характерно не только для исследуемого романа, но и для большинства фэнтезийных произведений - создание „Вторичного мира”, в нашем случае этот „вторичный мир” трактуется как параллельное измерение. Причем в исследуемом романе он противопоставляется не первичному миру объективной действительности, а такому же созданному автором вторичному миру, который по все признакам наиболее соотносится с „нашим” реальным миром. Писатель для своих измерений создает культурно-исторически-географический фон. Для него характерны заимствованные из реальных мифологических систем персонажи, например единороги, демоны, бесы: „Чтобы продемонстрировать тебе ценность контроля, я сейчас вызову демона, существо из другого мира” [1, с. 5]. В этом случае явно видно, что персонаж из созданного авторским воображением мира, сознает свою реальность, как действительную, противопоставляя её другому миру - „существо из другого мира” [1, с. 5].

Если обратиться к другой цитате, то там увидим: „Что? А, девол. Он не с Девы, он с Бесера. Бес. Разве Гаркин ничему тебя не научил? ” [1, с. 9]. Здесь персонаж наглядно представляет многомирие.

„Это впечатление подкреплялось везшим его массивным единорогом, нагруженным доспехами и оружием” [1, с. 21]. Интересным является действительное противопоставление мира героев такому потустороннему миру, который и мы считаем „потусторонним”, поскольку он наделен реальными характеристиками и населены такими персонажами, которых мы знаем.

Отдельно следует рассмотреть мир персонажей, которых можно охарактеризовать как полностью вымышленных:

„Однажды в лесу я оказался лицом к лицу со змеекошкой. В другой раз я столкнулся с паукомедведем” [1, с. 6]. Следует отметить, что привычных нам названий фауны в романе вообще нет.

„ - А из какого измерения происходишь ты? - С Извра.- Тогда получается, что ты извращенец? - Нет. Тогда получается, что я изверг. А теперь заткнись!” [1, с. 30]. „Изверг” и „извращенец” можно считать вымышленными существами, так как в данном контексте это не только характеристика личности, а точнее не столько, сколько название расы параллельного измерения.

Р. Асприн не заострялся на детальной разработке исторических событий вымышленного мира. Упоминается лишь некоторые из эпизодов истории, ключевых для исторического развития всех данных измерений. „Но какой бы ни была причина, он помешался на том, что хочет править всеми измерениями. Он попробовал провернуть это раньше, но мы вовремя прослышали про это и наша компания собралась в бригаду, чтобы преподать ему урок хороших манер” [1, с. 14-15].

Также, упоминаются фрагменты истории отдельных измерений, но и они оказывают влияние на общий ход истории „ - Ну, история никогда не была моей сильной стороной, но, насколько я могу судить, некогда все измерение Девы столкнулось с экономической разрухой. Страны страдали от напасти, оказавшей влияние на стихии. Рыба не могла жить в океанах, растения не могли произрастать в почве. Те растения, что произрастали были искаженными, изменившимися, ядовитыми для животных. Измерение было больше не в состоянии обеспечить жизнь своим гражданам.

Я лежал, глядя на звезды, покуда Ааз продолжал свой рассказ.

- Путешествия по измерениям, некогда легкомысленное времяпровождение, стали ключом к выживанию. Многие покинули Деву, эмигрировав поодиночке или группами. Их рассказы о своей бесплодной родине послужили прототипом представления многих религиозных групп о загробном мире для злых душ” [1, с. 30]. Отдельные эпизоды истории того или иного измерения упоминаются на протяжении всей серии романов.

Сконструированная специфическая культура характерна для „вторичного мира”. Описание обрядов, ритуалов, магических действ: „Но ведь это было невозможно! Гаркин всегда устанавливал… Я начал копаться в памяти и не мог вспомнить, установил ли Гаркин защитный полог, прежде чем приступить к работе. Нелепо. Осторожность была первым и самым важным делом, что вдолбил в меня Гаркин, и частью осторожности являлось установление защитного полога, который необходимо было установить перед работой” [1, с. 5]. Ритуал построения защитного полога - основной в романе. Культура каждого мага начинается с умения его (полог) создать.

Полностью ритуал почти никогда не описывается: „Он развел руки в стороны, и разом ожили пять свечей по углам пентаграммы и линии ее начали пылать жутким голубым светом. Несколько минут царила тишина, а затем он стал тихо и неразборчиво читать нараспев заклинание. Из жаровни появилась ниточка дыма, но не поднялась к потолку, а полилась на пол и начала образовывать небольшое облако, которое пульсировало и бурлило. Пение Гаркина сделалось еще громче, и облако выросло, потемнело. Жаровню уже почти не было видно, но там… в глубине облака… что-то приобретало очертания…” [1, с. 6]. Часто автор описывает внешние действия, но опускает ментальную составляющую ритуала.

Иногда наоборот: „Я уверенно сузил свою сосредоточенность и увидел перед своим мысленным взором, как в назначенной точке появился поблескивающий голубой свет. Не нарушая сосредоточенности, я провел пальцем над головой медленную дугу. За ним потянулся свет, протравливая в воздухе за собой пылающий голубой след. Когда он снова коснулся земли, или места, где как я чувствовал, должна быть земля, я снова провел пальцем, ведя свет по второй дуге защитной пентаграммы” [1, с. 27]. Но самой сути магического действия, почему возникает волшебство - не распознать.

Нет однозначного указания на эпоху в которой разворачивались события, но можно подумать, что в средние века. Намек на средневековый антураж: „С миг рыцарь оставался озадаченным, но быстро собрался с силами” [1, с. 23]. „Но я все равно беспокоился. Всадник теперь появился в поле зрения. Это был высокий мускулистый мужчина, судя по виду, рыцарь. Это впечатление подкреплялось везшим его массивным единорогом, нагруженным доспехами и оружием” [1, с. 21]. Следует отметить взаимопроникаемость элементов реального мира и вымышленного автором мира, сознаваемого, как реальный в романе.

Кроме того способ наказания соответствует средним векам: „ - Поэтому, хоть я и знаю, что вам очень хотелось бы превратить эту парочку в кровавое месиво, мы не можем вам этого позволить. Они должны быть повешены в соответствии с законом” [1, с. 54]. Да и степень гуманизма местных жителей соответствует эпохе Средневековья.

Как таковое описание художественного искусства отсутствует, но часто описываются ювелирные изделия, носящие конечно же свойства магических амулетов: „На шее рыцаря на ремешке висел грубый серебряный амулет, изображавший саламандру с одним глазом в центре лба” [1, с. 22]. Саламандра - единственное существо объективной нам реальности, которое встречается в романе.


Подобные документы

  • Жанр фэнтези и творчество Р. Асприна в литературоведении. Понятие мифа и архетипа, проблема определения жанра фэнтези. Особенности традиционной модели мира в романах жанра фэнтези. Р. Асприн как представитель жанра фэнтези, модель мира в его творчестве.

    дипломная работа [112,4 K], добавлен 03.12.2013

  • Определение жанра фэнтези, особенности жанра в современной русской литературе. Соотношение жанра фэнтези с другими жанрами фантастической литературы. Анализ трилогии Марии Семеновой "Волкодав", мифологические мотивы в трилогии, своеобразие романов.

    реферат [50,2 K], добавлен 06.08.2010

  • Специфика и генезис жанра фэнтези. Фэнтези и фантастическая литература. Классические сказочные истории-квесты. Мифологические и сказочные источники жанра фэнтези. Истории о славянских богатырях. Жанровая природа "фэнтези" в средневековых легендах.

    дипломная работа [109,9 K], добавлен 29.11.2011

  • Жанр "фэнтези" в настоящее время. Генетическая связь фэнтези с мифом и фольклорной сказкой. Обращение Кинга к сказке. Заимствования элементов волшебной сказки. Сюжетные ходы восточного фольклора. Причины популярности жанра фэнтези у современного читателя.

    реферат [20,2 K], добавлен 15.05.2015

  • Особенности художественного мира фэнтези. Жанровая специфика славянской фэнтези. Становление фэнтези в русской литературе. Сюжет и композиция романа "Валькирия" М. Семеновой. Система персонажей и конфликтов, фольклорно-мифологические образы в романе.

    дипломная работа [96,7 K], добавлен 02.08.2015

  • Зарождение, становление и современное состояние жанра фэнтези. Его мифологические и сказочные источники; героический, эпический и игровой типы. Специфические особенности проявления славянского фэнтези в творчестве русских и белорусских писателей.

    дипломная работа [99,8 K], добавлен 31.01.2013

  • Специфика славянского фэнтези в русской литературе на примере "Дозоров" С. Лукьяненко, и в белорусской литературе на примере произведений Вл. Короткевича. Использование мифологических и сказочных мотивов. Самые известные представители жанра фэнтези.

    курсовая работа [50,5 K], добавлен 07.09.2010

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.