Взаимоотношения политико-административной и бизнес-элит в России

Современный этап политической эволюции России. Определение понятий бизнес-элит и политико-административных элит. Структурные формы представительства интересов. Эволюция взаимоотношений политико-административной и бизнес-элит Волгоградской области.

Рубрика Политология
Вид дипломная работа
Язык русский
Дата добавления 30.08.2012
Размер файла 2,9 M

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

О. В. Крыштановская

32

Размещено на http://www.allbest.ru/

Содержание

  • Введение
  • Глава 1. Теоретическая характеристика политико-административной и бизнес элит в России
  • 1.1 Определение понятий бизнес-элит и политико-административных элит
  • 1.2 Структурные формы представительства интересов
  • 1.3 Взаимодействие бизнес-элиты и политической элиты
  • Глава 2. Эволюция взаимоотношений политико-административной и бизнес элит Волгоградской области
  • 2.1 Политическая и бизнес-элита Волгоградской области: структурная характеристика
  • 2.2 Развитие взаимоотношений политико-административной и бизнес элит Волгоградской области
  • 2.3 Характер взаимодействия политико-административной и бизнес элит Волгоградской области на современном этапе
  • Заключение
  • Список использованных источников и литературы
  • Приложение

Введение

Актуальность темы исследования связана с важностью изучения современного этапа российского государственности и развития общества. В настоящее время о влиянии элит на социальные, экономические и политические процессы говорят не только ученые, но и политики, деятели культуры, бизнесмены. Политическая элитология как область исследования становится в настоящее время все более востребованной.

В течение всей человеческой истории именно политическая элита являлась ведущим фактором глубоких общественных изменений: революций, реформ, различного рода социальных преобразований. И хотя "черновую работу" в развитии общества всегда выполняли массы, народ, свою творческую, созидательную роль они выполняли под руководством лидеров и элит. Не явилась исключением из этого правила новейшая история России.

Важный аспект актуальности изучения политической элиты определен тем фактом, что решения, принимаемые политической элитой, задают основной вектор общественного развития. Сегодня политические элиты заняли доминирующее положение в политической жизни России и продолжают осуществлять концентрацию в своих руках ключевые властные и управленческие ресурсы страны на всех уровнях: местном, региональном, федеральном.

Характерным моментом современного этапа политической эволюции России является то, что среди ряда элитных групп, формирующих российский правящий класс, все больше проявляют себя в качестве полноправных акторов политического пространства представители бизнес-сообщества, динамично развивающегося и имеющего мощный ресурсный потенциал.

Выделение из номенклатуры группы бизнесменов и разгосударствление экономики на основе масштабной приватизации содействовали формированию в российском обществе бизнес-элиты, которая стремится, помимо доминирования в экономическом пространстве, укрепить свои позиции в политике, закрепиться в государственных структурах для реализации собственных интересов.

В связи с изложенным, представляется актуальным рассмотреть эволюцию взаимоотношений политико-административной и бизнес элит в России.

Изучение особенностей и закономерностей российской трансформации невозможно без включения в анализ регионального измерения. Региональный вектор позволяет осознать неоднозначность и многомерность политических, институциональных и социально-экономических изменений, которые произошли на российском пространстве. В годы перемен региональные элиты превратились в постоянный фактор российской политики: их влияние на выработку государственных решений возросло, а сами они были вовлечены в сложную систему взаимодействий с государством и группами экономических интересов. Поэтому актуальным является проанализировать эволюцию взаимоотношений политико-административной и бизнес элит в конкретном российском регионе - в Волгоградской области.

Степень разработанности темы. В современной политической элитологии вопросы взаимодействия политической и бизнес-элиты раскрывали А.Б. Ананченко, М.Н. Афанасьев, Я.Г. Ашихмина, В.Э. Багдасарян, Н.Н. Волкова, О.В. Гаман-Голутвина, В.А. Гордеев, А.В. Дука, О.В. Крыштановская, О.А. Кузнецова, А.Д. Кузьмичев, В.Г. Ледяев, М.Н. Марченко, Е.Ю. Немчинова, В.З. Нигматулин, С.П. Перегудов и др. Кроме того, в современной России возникло и успешно развивается новое направление политологии - региональная элитология. В рамках этого направления проблемам взаимоотношения элит посвятили свои труды Л.М. Григорьев, Д.Ю. Землянский, И.И. Косовская, А.К. Магомедов, В.П. Мохов и др. Среди ученых Волгоградской области, изучающих политическую власть региона и элиты, необходимо указать таких авторов, как Н.В. Дулина, Ю.В. Кравченко, М.В. Фролова и др. Однако представления об особенностях взаимодействия политической и бизнес-элиты в политическом пространстве современной России не получили однозначной и законченной трактовки. Данная проблематика достаточно сложна и многогранна, в ней еще много невыясненных и дискуссионных вопросов.

Целью настоящей работы является оценка состояния и динамики взаимоотношений политико-административной и бизнес элит в России.

Объектом исследования выступают российские бизнес-элита и политическая элита.

Предметом исследования является процесс взаимодействия бизнес-элиты и политической элиты в политическом пространстве современной России.

В соответствии с объектом, предметом, целью исследования были поставлены следующие задачи:

- определить понятия бизнес-элит и политико-административных элит;

- выделить структурные формы представительства интересов;

- выявить содержание основных этапов развития взаимодействия бизнес-элиты и политической элиты постсоветской России;

- дать характеристику политической и бизнес-элиты Волгоградской области;

- рассмотреть развитие взаимоотношений политико-административной и бизнес элит Волгоградской области;

- показать особенности механизмов взаимодействия политико-административной и бизнес элит Волгоградской области на современном этапе;

- проанализировать тенденции развития взаимодействия элит на местном уровне.

Теоретической основой исследования являются преимущественно элитистские принципы и подходы, оформившиеся в научную элитологию усилиями ее классических представителей Г. Моски, В. Парето, Р. Михельса и развитую видными представителями мировой и отечественной социологической и политической мысли.

Методологические основы исследования. Работа выполнена в рамках метода, совмещающего макрополитический подход с микрополитическим анализом. Этот методологический инструментарий позволяет параллельно изучать масштабные общественно-политические трансформации (формирование новых политических и экономических институтов) и индивидуальные практики. Применялись сравнительный метод и метод системного анализа, а также конкретно-исторический подход к отбору эмпирического материала. При изучении социально-политических реалий современного российского общества основой выступают концепции, предложенные отечественными исследователями - О.В. Гаман-Голутвиной, А.В. Дукой, О.В. Крыштановской, В.П. Моховым.

Эмпирическую базу работы составили результаты политологических, социологических и экономических исследований, проведенных различными авторами, а также официальные документы, материалы периодической печати, интервью. В работе использовались документы избирательных и других политических кампаний; результаты экспертных опросов.

Практическая значимость исследования определяется содержательностью полученных результатов, как для выработки стратегии регионального развития, так и для выявления оптимальных форм взаимодействия между политической и бизнес-элитой.

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, каждая из которых включает три параграфа, заключения, библиографического списка, приложений.

элита бизнес политическая россия

Глава 1. Теоретическая характеристика политико-административной и бизнес элит в России

1.1 Определение понятий бизнес-элит и политико-административных элит

Слово элита происходит от лат. eligere и фр. elite - лучшее, отобранное, избранное. Идеи политического элитизма возникли в глубокой древности (Конфуций, Платон, Аристотель и др.). Начиная с XVII в. термин элита стал употребляться для обозначения товаров наивысшего качества, а затем и для определения избранных людей, прежде всего знати. Однако изучение элиты вошло в политическую науку в качестве ее составной части только в конце XIX - начале XX столетия. Именно в этот период возникли первые классические концепции элит. Они связаны с именами Г. Моски, В. Парето и Р. Михельса [26, с.50].

Итальянский ученый Г. Моска ввел в научный лексикон синонимичное основному ее термину - "элита" - понятие "политический класс". Он определял, что "правящий класс" - это класс, который осуществляет все политические функции, монопольно владеет властью и пользуется ее преимуществами. Источник могущества элиты - в ее способности к организации - меньшинству легче мобилизоваться [51, с.187]. Этим автором политическая элита оценивается и как наиболее активные в политическом отношении люди, ориентированные на власть, и как правящий класс, обладающий организаторскими способностями к управлению другими людьми [62, с.141].

Соотечественник Моски В. Парето был автором теории круговорота элит, согласно которой социальные изменения в обществе являются следствием борьбы и "циркуляции" двух типов элит: "львов" и "лис". Он понимал элиту как избранное, наделенное особыми качествами меньшинство, состоящее из правящей группы людей и не правящей, так называемой контрэлиты, обладающей характерными для элиты качествами, но не располагающей до поры до времени властными полномочиями [26, с.50]. Именно Парето обязано своим появлением в словаре социологии и политической науки само понятие "элита" [24, с.143].

Р. Михельс обращал внимание на то, что элита - результат действия закона "олигархных тенденций" в обществах, которые могут функционировать только под руководством элит [50, с.56].

Теории названных авторов объединяют следующие идеи:

1) особые качества элиты, связанные с природными дарованиями и воспитанием и проявляющиеся в ее способности к управлению или хотя бы к борьбе за власть;

2) групповая сплоченность элиты, возникающая не только в результате возникновения единых интересов, но и складывания элитарного самосознания;

3) признание элитарности любого общества закономерно вытекающей из естественной природы человека;

4) смена элит в ходе борьбы за власть;

5) конструктивная, руководящая и господствующая роль элиты в обществе [45, с.99].

Среди последователей родоначальников элитарной теории следует отметить Дж. Голбрейса, обосновавшего теорию "баланса элит", Д. Рисмана, внесшего в науку понятие множественности элит, Р. Миллса, известного как автора учения о "властвующей элите" и др. [36, с.76]. Благодаря родоначальникам современной теории элит и их последователям, политологические воззрения стали органично включать в себя концептуальное обоснование роли элит в обществе. Философские размышления о возможностях и личностных качествах высших классов дополнились прагматическим политическим и социологическим анализом взаимодействующих и сменяющих друг друга элитарных групп [23, с.95].

И сегодня вопрос о политической роли элит остается ведущей темой политологии, социологии, политической и общественной мысли, а изучение политических элит стало самостоятельным направлением со своими школами, концепциями, классиками. Существует немало современных концепций элиты и еще больше эмпирических исследований в этой области. Однако строгого и общепринятого определения элиты так и не сложилось. Проанализируем некоторые определения, предложенные зарубежными исследователями.

Льюис Эдингер и Дональд Сеаринг пишут: "Все политические системы более или менее стратифицированы и их элиты составляют меньшинства, которые играют стратегическую роль в политическом процессе. Как находящиеся на таких ключевых позициях, они имеют гораздо больше влияния, чем массы в политических взаимоотношениях и политической продуктивности на различных уровнях принятия решений. Они имеют такое влияние благодаря их исключительному доступу к политической информации и позициям, а также их непомерно большому контролю над общественной политикой и средствами связи, которые связывают общество с политикой, а управляющих - с управляемыми. Обычно не превышая 5% членов политического сообщества, эти элиты не только гораздо лучше знают о внутреннем управлении, подходящем для данной системы, чем остальные члены общества, но гораздо лучше могут придавать определенную форму и содержание тому, что требуется для управления на национальном или субнациональном уровне" [цит. по: 37, с.135].

У Гленна Пейджа мы встречаем такое определение: "Политическая элита" служит общим термином для людей высокого положения, квалификации, богатства и способности принуждать. Они имеют политическое влияние, согласно концепции "властвующей элиты" Райта Миллса" [цит. по: 37, с.135]. Роберт Патнэм дает довольно широкую оценку политической элите как тех людей, кто в любом обществе "выстраивается" к его вершине, будучи тесно связанным по вовлечённости и влиянию в политике [цит. по: 37, с.136]. Аналогичным образом Роберт Даль рассматривал "политическую страту" - "узкий круг лиц, значительно больше вовлеченных в политическую мысль, дискуссии и действия, чем остальная часть населения" [цит. по: 37, с.136]. Приведенные определения не исчерпывают элитистского подхода. Элитистские концепции подразделяются в зависимости от того, какие характеристики позволяют некоторой группе обеспечить статус элиты.

В нашей стране в советский период вопрос об элите вообще не ставился, поскольку в официальной идеологии господствовала идея эгалитаризма (всеобщего равенства). Слово "элита" состояло в ряду враждебных, ассоциируясь с такими определениями, как "истеблишмент", "господство", "неравенство" и т.п. [9, с.26]. Лишь в последние 15 - 20 лет проблемы элитизма стали интенсивно разрабатываться отечественными исследователями. Российская элитология находится в активной фазе своего становления. Причем отечественная элитология, так же, как сами процессы становления новой элиты, находится на пути к многоверсионному состоянию. Кроме того, характерно соединение анализа политических элит с изучением процессов развития регионов России [60, с.77].

В целом, можно выделить следующие подходы к оценке элиты, сложившиеся в отечественной науке [68, с.92]:

Позиционный. Данный подход устанавливает степень политического влияния того или иного лица, исходя из его позиции в системе власти (к элите в данном подходе относятся, прежде всего, члены правительства, парламента и т.п.). "Главное преимущество этого метода заключается в его простоте: достаточно найти списки депутатов парламента, схему организационной структуры правительства, президентской администрации, и элита может быть выявлена и даже ранжирована по степени влияния" [82]. Но, вместе с тем, данный подход представляется слишком формальным "в силу вероятного преувеличения при его использовании роли лиц, обладающих лишь номинальной властью, и, напротив, игнорирования мощного политического влияния "теневых" фигур; выбор такого способа выделения элиты чреват также ошибкой при установлении реального политического влияния деятелей, по своему номинальному статусу равнозначимых" [20, с.98].

Репутационный. Основан на выявлении рейтинга политика посредством экспертных оценок. Этот подход достаточно широко практикуется, например, при составлении экспертами рейтингов ведущих политиков России. Использование репутационного анализа дает возможность приблизить результаты идентификации элиты к реальной ситуации [19, с.170]. Однако здесь весьма вероятна неоправданно высокая зависимость аналитика от субъективных мнений экспертов, а это не способствует надежности результатов исследований;

На основе анализа решений и подход по признаку общественной деятельности (О.В. Гаман-Голутвина называет данный подход "базирующийся преимущественно на выделении лиц, принимающих стратегические решения" [20, с.98]). Именно этот подход представляется наиболее соответствующим задачам современной политологической науки. В его основу положена "та интерпретация феномена власти, которая наиболее адекватна именно изучению политических элит в отличие от исследования политического лидерства" [22, с.55]. При таком подходе политическая элита включает лиц, принимающих стратегически важные решения.

Одним из наиболее влиятельных представителей последнего из указанных подходов является О.В. Гаман-Голутвина, которая, рассматривая понятие "элита", отмечает, что "сколь существенно ни разнились бы дефиниции данного понятия, практически каждая из них подчеркивает избранность принадлежащих к "элите" лиц. Точки зрения на содержание категории "элита" отличаются друг от друга в основном отношением к идеальным принципам рекрутирования элиты и соответствующими аксиологическими установками: одни исследователи полагают, что подлинная элита должна отличаться знатностью своего происхождения; другие причисляют к этой категории самых богатых; третьи, считающие элитарность функцией личных заслуг и достоинств, - наиболее одаренных представителей социума" [20, с.97].

В попытках абстрагирования от властных функций элиты некоторые ученые стремятся закрепить за ней другие значения, например, "быть лучшим" (Н.С. Пряжников [14, с.51]). Ссылаясь на лингвистическое употребление слова "элита", Н.С. Пряжников выделяет, по его мнению, важнейшее свойство элиты - элитарность, под которой он понимает "возможный идеал для самоопределяющегося человека" [14, с.81]. В попытках найти аналогию элитарности в психологических исследованиях, ученый обращается к понятиям самоактуализации, акмеологии, уровня притязаний. Ограниченность применения предлагаемого Н.С. Пряжниковым понятия элитарности для анализа элиты становится видимой, когда становление человека элитарного типа им определяется через ориентацию на общепринятые в данном обществе ценности. Как представляется, ориентация на общепринятое как раз менее всего характеризует реальные стремления элиты, которая по определению, противостоит массе, впрочем, как и элитарное массовому.

Не все ученые согласны с существованием элит. Ряд исследователей с осторожностью относится к самому определению "элита", предпочитая говорить не об элитах, а о лидерстве. Так, А.Е. Чирикова отрицает тезис о наличии в России бизнес-элиты [72, с.148], В.А. Ачкасова считает преждевременным суждение о политической элите [12, с.32]. Более того, некоторые ученые разговор об элитах считают не просто преждевременным, а невозможным [16, с.44]. Однако, по мнению автора настоящей работы, элитарность современного общества - достаточно доказанный факт. Всякие попытки ее устранения и политической нивелировки населения всегда приводили лишь к господству деспотических элит, что, в конечном счете, наносило ущерб всему народу [54, с.242]. Устранить политическую элитарность можно лишь за счет общественного самоуправления [29, с.60]. Однако на нынешнем этапе развития человеческой цивилизации самоуправление народа - скорее привлекательный идеал, чем реальность.

Следует отметить, что употребление термина элита во множественном числе происходит также оттого, что элитами называют отдельные части, подгруппы элиты, выделенные по иерархическому или отраслевому признаку [59, с.45]. Так появились региональная, военная, политическая, экономическая, культурная и прочие элиты. Нас в настоящей работе интересуют политическая и бизнес-элита.

О.В. Гаман-Голутвина считает, что наиболее адекватным задачам политической науки является понимание элиты как сообщества людей, принимающих стратегические решения: "Для современных политологических исследований более операциональной, я полагаю, является трактовка элиты как категории лиц, обладающих властью, - вне зависимости от того, какие факторы обусловили их властное положение: происхождение, финансовое состояние или личные заслуги" [20, с.97]. И далее автор пишет, что "политическую элиту правомерно будет определить как внутренне сплоченную, составляющую меньшинство общества социальную группу, являющуюся субъектом подготовки и принятия (или влияния на принятие/непринятие) важнейших стратегических решений и обладающую необходимым для этого ресурсным потенциалом" [20, с.100].

Однако следует иметь в виду, что, как отмечает сама автор, в более широком контексте этот подход не является исчерпывающим: "Данное определение, безусловно, верно в отношении управленцев. Но если мы говорим именно об элите, то здесь востребованной оказывается еще одна характеристика - осознание этой управленческой когортой себя в качестве носителя некоей миссии и осознание ответственности по отношению к социуму. Подобная ответственность является базовым качеством элиты. Если же решения принимаются исходя исключительно из критериев личной или корпоративной целесообразности, тогда речь идет не столько об элите, сколько о менеджменте" [77].

Глава сектора изучения элиты в Институте социологии РАН О.В. Крыштановская под элитой понимает "не самых лучших, выдающихся и прекрасных внешне и внутренне людей нашей страны, а просто-напросто правящий класс, властвующую элиту, политическую элиту, то есть людей, которые управляют страной" [79].

В другой своей работе О.В. Крыштановская приводит следующую дефиницию: "Элита - это правящая группа общества, являющаяся верхней стратой политического класса. Элита стоит на вершине государственной пирамиды, контролируя основные, стратегические ресурсы власти, принимая решения общегосударственного уровня. Элита не только правит обществом, но и управляет политическим классом, а также создает такие формы организации государства, при которых ее позиции являются эксклюзивными. Политический класс формирует элиту и в тоже время является источником ее пополнения" [40, с.9]. О.В. Крыштановская подчеркивает, что в данном понимании термин элита свободен от ценностных суждений: указанная группа не обладает никакими выдающимися качествами "лучших людей", здесь элита является понятием, вычленяющим функциональную группу, к которой относятся как люди различных качеств. И далее автор выделяет критерии, по которым одни люди относятся к элите, а другие нет: "Элита - это группа, обладающая максимумом власти. Элита не только формирует и изменяет политическую систему общества, она распоряжается государственной машиной, и в этом смысле является собственником государства" [40, с.10].

О.В. Крыштановская выделяет части политического класса - бюрократию, электократию и легислократию (рис.1 в приложении 1) и наглядно показывает место элиты в иерархической структуре политического класса (рис.2 в приложении 1).

Суть предлагаемого А.К. Магомедовым подхода к изучению элит заключается в содержательном рассмотрении правящих групп через призму их генетической миссии - лидерства. Автор пишет: "Для меня важно понимание того, что элита любого общества - естественный генератор идей, она же - передатчик заимствованных идей, она же - главный субъект политики. Члены политических элит выступают в качестве наиболее активных, способных к обобщениям индивидуумов, выполняя роль производителей и распределителей идеологии. Мысли господствующих слоев являются господствующими в любую эпоху, а пути обществ столь же закономерно определяются мифами и доктринами правящих меньшинств. Особенно это важно в кризисные эпохи, когда общество оказывается в переходном состоянии. В силу данных обстоятельств политическое сознание и политическая идеология правящих меньшинств играют очень большую роль". Таким образом, А.К. Магомедов понимает властвующие элиты как политические группы, способные выражать свои интересы и волю на языке идеологии. То есть ученый соединяет категории "идеология" и "элита". "Поэтому, подчеркивает автор, - элиты очень чувствительны к информации, которая обладает идеологическим оттенком" [9, с.27].

В. Ледяев предлагает такое определение: "Политическая элита - это относительно небольшой немногочисленный слой людей (иногда их называют политический класс), который занимает руководящие посты в государственных органах власти, а также в политических партиях, общественных организациях, политических движениях и благодаря этому располагает возможностью влиять непосредственно или опосредованно на выработку политики в стране" [8, с.122].

Некоторые авторы к политической элите относят "господствующие либо доминирующие слои, группы общества, определяющие либо осуществляющие экономическую, социальную, культурную и государственную политику" [44, с.45].

Общее понятие российской политической элиты в то же время не вполне отвечает региональной специфике, особенно если речь заходит о титульных субъектах федерации. Один из крупнейших исследователей локальных элит, основатель пермского центра элитологических исследований В.П. Мохов определил сущность понятия посредством ряда уточнений. "Это лидеры областных структур регионов, обладающие:

1) основным объемом прав и полномочий в выработке решений (в том числе и по кадровым назначениям и перемещениям), контроле за их исполнением, оценке результатов деятельности;

2) собственным аппаратом политических работников;

3) определенным комплексом ценностей, установок, мировоззренческих ориентиров;

4) особым образом жизни и поведения" [81]. Следует отметить, что дефиниция, предложенная В.П. Моховым, в наибольшей степени соответствует предмету конкретного исследования.

Рассмотрим подходы к определению понятия "бизнес-элита".

О.В. Крыштановская дает следующее определение: "Под бизнес-элитой мы понимаем верхушку крупных предпринимателей, которые благодаря своему финансовому могуществу и наличию экономических ресурсов оказывают существенное влияние на принятие общегосударственных решений" [79]. Автор подчеркивает, что бизнес-элита не тождественна группе крупных бизнесменов, к которым следует отнести крупнейших акционеров (а иногда и топ-менеджеров) предприятий и банков, занимающих высшие строчки в рейтингах экономических показателей. Есть структуры, владельцы которых предпочитают держаться подальше от политики, хотя объемы их бизнеса могут быть значительными. А для других политика - одно из важнейших направлений деятельности. То есть мощь контролируемого капитала является необходимым, но недостаточным признаком принадлежности к бизнес-элите.

И.И. Косовская полагает, что категория "бизнес-элита" идентифицируется с лидирующим звеном традиционной для социально-экономической системы триады: малым бизнесом, средним бизнесом и крупным бизнесом, причем именно последний ассоциируется с бизнес-элитой: "Бизнес-элита - это определенная группа крупных предпринимателей, которые мощью своего финансового потенциала объективно оказывают влияние на характер и тенденции социально-экономических и политических процессов в масштабах всего социума" [38, с.36].

Некоторые авторы предлагают определение бизнес-элиты через определение элиты экономической: "Под экономической элитой мы понимаем группу людей, контролирующих основные финансово-экономические структуры страны вне зависимости от юридических форм собственности. Экономическая элита распадается на две основные группы: руководителей государственных предприятий и руководителей негосударственных структур - "бизнес-элиту"" [19, с.171].

Очевидно, что "любое определение основывается на специфике времени, предопределено предметом исследования и позицией автора" [34, с.48]. Несходство выводов тех или иных авторов фиксирует "неоднозначность понимания самого понятия "элита", а также различные подходы к вопросам о природе и внутренней структуре элит, механизмах их формирования, функционирования, трансформации, принципах легитимности и т.д." [28, с.148]. Однако в любом из указанных подходов категорией "политическая элита" обозначают тех, кто непосредственно участвует в принятии политических решений, а категорией "бизнес-элита" - сообщества людей, владеющих успешным бизнесом, который не только приносит стабильный высокий доход его собственникам, но и влияет на социально-экономическую ситуацию в обществе.

Итак, основная, развивающаяся на протяжении столетий идея политического элитизма заключается в следующем: существование элит, выдвижение из них политических лидеров связано с тем, что невозможно предоставить власть каждому, осуществить прямое участие масс в реализации властных полномочий; для этого необходимо меньшинство, представляющее интересы граждан и способное управлять властными структурами. Если бы эта власть была предоставлена всем, лишь немногие смогли бы овладеть искусством ее удержания и руководства обществом из-за сложности этого вида человеческой деятельности. Политическая элита - привилегированная группа, которая занимает руководящие позиции во властных структурах и непосредственно участвует в принятии важнейших решений, связанных с использованием власти. Бизнес-элита - верхушка крупных предпринимателей, которые благодаря своему финансовому могуществу и наличию экономических ресурсов оказывают существенное влияние на принятие общегосударственных решений.

1.2 Структурные формы представительства интересов

Деятельность политических элит складывается как результат взаимодействия всех играющих определенные роли. Согласно закону системности интегрированное целое качественно выше суммы частей. Политические элиты заставляют каждого гражданина считаться с их требованиями, нормами и ролевыми ожиданиями с целью консолидации в целостные самостоятельные политические образования. Поэтому характеристика всех входящих в политические элиты как "отборных", "отобранных", "избранных" связана с тем, что субъектами этой своеобразной селекционной деятельности являются и сами элиты [30, с.5].

Развитие элитарных слоев - чрезвычайно сложный и противоречивый процесс, находящийся под воздействием многочисленных факторов. Его направление может быть как положительным, так и отрицательным: в первом случае в ходе своеобразной селекции в элиту отбираются самые энергичные, прогрессивные, талантливые; во втором - элитарные группы пополняются, а иногда и возглавляются деятелями хотя и энергичными, активными, но с отрицательными личностными качествами, с отклоняющимся или преступным поведением, что приводит к развалу государств, упадку регионов, потери влияния и уходу с политической сцены как самих этих "высших" слоев, так и классов [71, с.55].

Для демократического государства имеет первостепенную значимость формирование наиболее результативной, полезной для общества элиты, обеспечение ее социальной представительности, своевременное качественное обновление, предотвращение тенденций ее олигархизации, превращения в замкнутую господствующую привилегированную касту [53, с.138].

В элитологии можно выделить две основные концепции представительства интересов.

1) Плюралистическая теория. Авторы: американцы Роберт Даль [4], Арнольд Роуз [15] и др.

Она исходит из того, что соперничество групповых интересов надо рассматривать не как нечто создающее затруднения для теоретиков права или как хаотическую путаницу, но как процесс выработки некоего баланса политических сил. В результате формируется социальная гармония, которая рассматривается как результирующая некоего параллелограмма сил, действующих в рамках демократически регулируемой конкуренции.

"Следует иметь в виду, что элита не есть арифметическая сумма лиц, так или иначе влияющих на выработку важнейших решений. Элитой мы называем особую, хотя и гетерогенную, социальную общность, объединенную сходством ценностных установок, стереотипов и норм поведения. При этом стандарты поведения - реальные и декларируемые - могут весьма существенно различаться. …Поэтому представлению о внутренней интегрированности элиты вовсе не противоречит реальный плюрализм элитных группировок в обществе, сколь бы значительным ни было их количество" [20, с.99].

Если подытожить взгляды теоретиков плюралистической демократии Р. Даля и А. Роуза, то плюралистическая система будет выглядеть следующим образом:

1. Методологический индивидуализм, который представляет собой объяснение социальных явлений через обращение к решениям и действиям индивидов; организации и группы лишь агрегаты индивидов. Здесь налицо бихевиористский подход, т.е. исследуется лишь внешнее поведение индивидов.

2. Люди и группы имеют разные интересы и предпочтения, имеют разную степень влияния в разных отношениях и ни одна не обладает абсолютным властным потенциалом. Они конкурируют друг с другом.

3. В каждой и групп есть своя элита, но власть находится у членов группы, ибо они могут переизбирать руководство, принудить его собственной активностью к иному типу поведения, могут выйти из группы или создать собственную, конкурирующую.

4. Правительство находится под влиянием групп, наиболее многочисленных и более четко выражающих свои интересы, причина этого - желание максимизировать свой электорат. Более мелкие группы борются за то, чтобы перехватить это влияние.

5. Между групп существуют конфликты по поводу политических программ, но не по поводу системы. Налицо высокий уровень социальной интеграции, основанный на ценностном консенсусе. Это означает, что все группы конкурируют по единым правилам, нарушать которые никому не разрешается, а кто их нарушает, тот ставит себя вне демократической системы.

6. Политика государства должна рассматриваться как результат демократического влияния со стороны всех этих групп; другие государственные институты (бюрократия, судебная система) - нейтральны.

7. Государство, таким образом - своего рода арена для реализации групповых конфликтов, или арбитр, обеспечивающий гармонизацию их интересов [5, с.16].

Для этой теории характерна трактовка политических элит как элит функциональных. "Функциональные элиты, - пишет Э. Гольтманн, - это лица или группы, обладающие особой квалификацией, необходимой для занятия определенных руководящих позиций в обществе. Их превосходство по отношению к другим членам общества проявляется в управлении важными политическими и социальными процессами или во влиянии на них" [цит. по: 3, с.54]. Вместе с тем, имеет место и отрицание элиты как единой привилегированной, относительно сплоченной группы. В обществе существует множество элит, влияние которых ограничивается отдельными областями деятельности. Кроме того, деление общества на элиту и массу относительно, условно и часто размыто. Между ними существуют скорее отношения представительства, чем господства или постоянного руководства. С помощью разнообразных демократических механизмов - выборов, референдумов, опросов, групп давления, прессы, - можно ограничить или вообще предотвратить действие сформулированного Р. Михельсом закона олигархических тенденций [50, с.59] и удержать элиты под контролем и влиянием масс. Этому способствует также конкуренция элит [17, с.241].

Эта стройная система тем не менее подверглась сильной критике. Ее критиковали по следующим пунктам.

Во-первых, за то, что это смесь теории и идеологии.

Во-вторых, она не учитывает разного рода неравенств: социально-структурные неравенства и неравенство в доступе к власти.

Поэтому, в-третьих, речь идет только о правовом, формальном, а не о фактическом равенстве групп, или, в-четвертых, о "внутреннем плюрализме" власть имущих. Теория в целом поэтому представляется легитимирующей идеологией, которая поддерживает иллюзию всеобщего участия в политике [61, с.110].

Плюрализм представлен в политической практике США, Великобритании и др. В этих странах плюрализм элит определяется сложным общественным разделением труда, многообразием социальных структур. Различия между элитами важнейших общественных секторов более значительны, чем различия между слоями элиты, принадлежащих к одному сектору. В этих современных демократиях элиты формируются из наиболее компетентных и заинтересованных граждан. Главный субъект политической жизни - не элиты, а группы интересов. Различия между элитой и массами основаны главным образом на неодинаковой заинтересованности в принятии решений [5, с.45].

Так, в США плюралистический режим зародился в городах, где имела место относительная независимость политико-административной элиты от владельцев земли, поскольку политики обладали сравнительно большими материальными ресурсами; при этом коалиция роста, в которой доминировали собственники земли, не могла детерминировать решение вопросов в других сферах общественной жизни. Эти режимы возникли в 1950-1960 гг. в больших городах Северо-Востока и Среднего Запада (Филадельфия, Питтсбург, Бостон) со сложной расово-этнической композицией населения. Главная цель коалиций была - повысить эффективность использования земли в центре города, а также улучшить транспортные коммуникации с другими районами. Электоральная база режима и поддержка возрождения центра оказались сравнительно широкими: для средних и крупных владельцев городской собственности была важна стабильность (или снижение) налогов на собственность, либерально настроенные группы рассчитывали на расширение возможностей улучшения своих жилищных условий, а бедные граждане продолжали пассивно поддерживать коалицию, голосуя за реформаторов [8, с.45]. Выявились и недостатки данных режимов: плюралистическим режимам (роста) было трудно сохранять себя в условиях растущего противодействия со стороны отдельных групп интересов, а городским политикам и партийным лидерам стало сложно выступать от имени территорий; многие проблемы (сервис, школы, рабочие места и так далее), ранее считавшиеся периферийными по сравнению с проблемами использованием земли, приобрели большую значимость, что затрудняло поддержание кросс-секторальной кооперации. Осуществление значительных экономических проектов оказалось в зависимости от поддержания определенного уровня удовлетворенности населения, а между тем бизнес по-прежнему не очень стремился к решению обострившихся проблем.

Характер элитной организации тесно связан с вопросом о ротации состава элиты. Различаются "закрытая" и "открытая" элиты в зависимости от того, как осуществляется ротация ее состава за счет выходцев из внеэлитных слоев [18, с.119]. Элиту называют открытой, если доступ в нее открыт представителям различных социальных страт. Закрытой элита является в случае, когда процесс рекрутирования приобрел самовоспроизводящийся характер. Причем нет однозначной зависимости между типом общества как системы (открытое/закрытое) и формой элитной ротации: закрытость общества от внешнего мира не есть автоматическое свидетельство закрытого характера элитного рекрутирования. Так, советское общество было закрытым, однако процесс элитного рекрутирования в раннесоветский период был весьма открыт [27, с.180]. И, наоборот, открытость общества и плюралистический характер элитной организации не свидетельствует об аналогичном характере элитного рекрутирования (яркий пример - особенности структурирования элит США. Несмотря на плюрализм элитной организации американского общества, система рекрутирования американской элиты "является незначительно открытой для тех, кто имеет низкий социальный статус" [32, с.48]).

Плюралисты полагают, что в демократических обществах существуют, как минимум, две элиты - правящая и не правящая, и между ними происходит постоянная конкурентная борьба, исход которой решается путем выборов. Такого мнения придерживался В. Парето, считая, что в "главном классе есть два подкласса" [24, с.144]: правящая элита и неправящая (контр-элита). О.В. Крыштановская считает, что элита - единая правящая группа общества. При таком понимании говорить о "неправящей элите" бессмысленно, поскольку, как подчеркивает Крыштановская, если элита не правит, значит, это не элита: "Конечно, в правящей группе могут образовываться противоборствующие группировки, кланы, клики и прочие формальные или неформальные образования. Однако это не может изменить сути концепта элиты, дающего нам возможность понять, как осуществляется управление обществом и политика в целом. Борьба же за власть на выборах происходит не между двумя элитами, а между элитой и активными группами политического класса, стремящимися войти в элиту, или между частями элиты за сохранение своих позиций или их перераспределение" [40, с.28].

В демократических государствах элиты выполняют важные общественные функции и говорить об их социальном господстве неправомерно. Концепции плюрализма элит широко используются для теоретического обоснования прогрессивности современных западных демократий. Однако эти теории во многом идеализируют действительность. Многочисленные эмпирические исследования свидетельствуют о явной неравномерности влияния различных социальных слоев на политику и власть. Учитывая это, некоторые сторонники плюралистического элитизма предлагают выделять в рамках элит наиболее влиятельные стратегические элиты, чьи суждения, решения и действия имеют важные, предопределяющие последствия для многих членов общества [66, с.34].

Возникает вопрос: применима ли плюралистическая теория в российской политике? Для ответа на данный вопрос нужно отметить две принципиально важные вещи. Во-первых, российские олигархи, стремясь к достижению своих целей, чаще всего не только не следуют строгим правилам политической конкуренции, но нигилистически попирают эти правила, используя не только политически, но, как считают многие, и морально сомнительные средства и приемы. Во-вторых, невозможно вообще говорить о нейтральности государства по отношению к олигархам. Многие олигархи имеют целые команды своих сторонников в государственных организациях, не говоря уже о том, что некоторые из них занимают очень высокие государственные посты, сохраняя свое место в бизнесе. Нужно отметить, что именно тогда они и становились олигархами в полном смысле этого слова [42, с.156].

Таким образом, между американской теорией и российской действительностью соответствия не обнаруживается. Поведение российских олигархов должно описываться какой-то другой теорией. К нашим реалиям ближе так называемая теория корпоративной демократии - вторая теория, объясняющая роль и строение групп интересов.

2) Корпоратистская теория. Самый известный автор - Филип Шмиттер. Речь идет о "новом", "либеральном" плюралистическом корпоратизме [91].

В противовес плюралистам, представители данной теории настаивают на характеристике современной власти как единого конгломерата, объединяющего представителей бизнеса и политического истеблишмента. Сотрудник Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) Российской академии наук С.П. Перегудов пишет: "Большой бизнес и госуправленческие кадры сплачиваются, а где-то и сливаются воедино, образуя тот самый "правящий класс", который вершит делами страны как бы от имени всего общества., тогда как общество обнаруживает себя отстраненным от каких бы то ни было управленческих функций. Даже организации гражданского общества, формально вовлеченные в систему государственных учреждений, реального участия в политическом управлении не принимают" [55, с.32].

В основе теории лежат следующие предпосылки:

1. Существуют организованные группы интересов, которые имеют тенденцию к монопольному представлению интересов, следовательно, нет свободной конкуренции организаций репрезентации интересов.

2. Эти группы поощряются государством, они им признаны, поддерживаются или даже просто им самим созданы и имеют привилегии доступа к государственным органам. Взамен они обязуются соблюдать определенные нормы.

3. Членство в этих организациях часто не свободное, даже наоборот обязательное; для членов нет возможности покинуть организацию, соответственно, нельзя заниматься, скажем, определенным видом хозяйственной деятельности без участия в этой группе. Не важно, введено это правило законодательно или осуществляется "явочным порядком".

4. Эти организации служат не только для представления интересов их участников, но и для управления этими интересами. Функционеры здесь имеют сильные позиции и участвуют в формировании интересов членов своих групп. Кроме того, эти организации формируют иерархическую бюрократическую структуру, похожую на государственное управление. Персонал имеет высокую управленческую квалификацию и хорошо информирован. Это не лобби (лоббизм (то же что и "лоббирование") - институт политической системы, представляющий собой процесс по продвижению интересов частных лиц, корпоративных структур (а также представляющих их профессиональных лоббистских фирм и общественных организаций) в органах государственной власти, с целью добиться принятия выгодного для них политического решения [88]), не столько группа давления на государственные органы, сколько техническая посредующая инстанция, приводной ремень между государством и частными интересами.

5. Существует тесная связь между группами интересов и государственными органами. Постоянно ведутся переговоры и согласования (часто неформальные) по всем важнейшим политическим темам, особенно в социальной и экономической сферах. При этом обе стороны учитывают общие цели системы. Часто даже на группы интересов возлагаются государственные задачи [67, с.114].

Теория корпоратизма описывает отнюдь не мрачную реальность тоталитарного государства. Если плюралистическая демократия считается характерной для англосаксонских стран, ведущих монетаристскую экономическую политику, то корпоратистскую демократию соотносят с государствами, практикующими политику социального партнерства (Швеция, Голландия, Швейцария и др.) [58, с.145].

Итак, имеют место два типа теории групп интересов, которые по-разному видят их отношение с демократическим государством. Обе теории предполагают кооперацию и компромисс интересов, но по-своему. Корпоратизм - предполагает государство социального партнерства. Плюрализм - предполагает монетаристскую экономическую политику и вытеснение профсоюзов. По разным причинам - плюрализации жизненных стилей, деидеологизации, распада традиционных корпораций (классов), возникновение новых универсальных тем (экология), - плюралистический вариант представляется более жизнеспособным. Но применительно к России для стабилизации общественной системы корпоратистский порядок сегодня гораздо более перспективен, т.к. он более пригоден для описания форм политики, присущей российским олигархам, постоянно пытающимся максимально сблизиться с государством, обменяв свое влияние в соответствующих функциональных сферах жизни общества, на привилегии власти, т.е. место в функциональной элите на место во властной элите.

1.3 Взаимодействие бизнес-элиты и политической элиты

В любом обществе бизнес-элита обладает определенным консерватизмом, выступает за стабильность и в то же время борется за права частной собственности. Собственники, менеджеры и директора больших корпораций всегда агрегировались в политику государств. Возникает вопрос, как политика взаимодействует с интересами бизнеса. Две стороны этой проблемы отражены в понятиях "бизнес-ориентированные политики" и "политически влиятельные бизнесмены" [46, с.123]. Для анализа первой стороны проблемы важно выяснить, как корпоративные цели бизнеса трансформируются в политические цели, а для анализа второй - как политические взгляды влияют на развитие бизнеса. Другой подход - исследование взаимопроникновения бизнес-элиты во власть и политики в бизнес. Российские реалии сделали актуальной даже такую постановку вопроса: какая из двух социальных групп - политическая элита или бизнес-элита - обладает большим влиянием на политический процесс и может быть названа стратегической группой?

В новой России и до кризиса 1998 г., и после него существовала довольно многочисленная группа людей, которая оказывала заметное воздействие на происходящее в стране благодаря финансовым ресурсам. Слияние и взаимопроникновение власти и богатства, образующие "власть богатых", принято называть олигархией.

Олигархия - это такой тип государственного устройства, в котором крупные собственники имеют не только экономическую власть, но и огромное политическое влияние. В российской прессе олигархами называют 10-15 бизнесменов, наиболее популярных на сегодняшний день. Научный подход иной: олигархия исследуется как социальная группа, персональный состав которой имеет лишь операциональный характер и важен при конструировании выборки исследования. Речь идет не о списке конкретных влиятельных лиц, а о социальной связи двух групп, составляющих сегодня российскую элиту, - политиков и крупных собственников, о степени их взаимопроникновения и взаимовлияния [79]. Они участвуют в формировании власти и в то же время получают привилегии от этой власти, на которых и зиждется их благосостояние. В свою очередь политики все глубже проникают в бизнес, приобретая крупные пакеты акций, создавая разветвленные кланы, состоящие из членов, контролирующих все жизненно важные стороны подвластных им территорий.

Причем пример России не специфичен. Власть денег всегда и везде проявлялась в контроле над средствами массовой информации, в финансировании выборов, помощи партиям, "покупке" депутатов, лоббировании. Выше уже упоминалось о том, что еще Р. Михельс сформулировал "железный закон олигархии" (демократия, чтобы сохранить себя и достичь известной стабильности, вынуждена создавать организацию, выделяя активное меньшинство - элиту. Поэтому демократия, считал Михельс, неизбежно вырождается в олигархию) [50, с.60]. Другой элитолог Мириам Бёрд писала, что "возможность достижения власти означает одновременно и возможность достижения богатства. В обществе нет никаких препятствий для того, чтобы власти достигали богатые" [цит. по: 13, с.40]. Практически во всех демократических государствах состоятельные кандидаты имеют лучшие шансы победить на выборах. Об этой особенности демократии пишут многие авторы [21, с.14; 25, с.44]. Однако взаимодействие власти и богатства в разные периоды истории отличается и интенсивностью, и вектором влияния.


Подобные документы

  • Понятие "политическая элита", ее функции и качества. Типы политических элит. Властвующая элита. Рекрутация, репродукция и циркуляция элит. Автономия элит и проблема их консенсуса. Механизм взаимодействия элит и граждан демократического общества.

    контрольная работа [25,4 K], добавлен 18.02.2008

  • Сравнительный анализ советской и современной российской политических элит. Воздействие на развитие общества различных субъектов политики. Сущность теорий демократического элитизма, плюрализма элит и либеральной теории. Типологии элит, их рекрутирование.

    контрольная работа [75,4 K], добавлен 01.03.2017

  • Современная теория элит итальянских социологов Гаэтано Моска и Вильфредо Парето. Причины появления элит, особенности их генезиса. Основные типы элит, понятие их циркуляции. Правящая и не правящая элиты. Социологическая теория политического класса.

    курсовая работа [56,3 K], добавлен 07.10.2015

  • Историческая, политическая и социальная эволюция правящих элит. Анализ политической культуры правящих элит Алжира, Марокко и Туниса на разных этапах их исторического развития. Роль внешних и внутренних факторов в формировании политической культуры.

    реферат [26,2 K], добавлен 18.03.2011

  • Классические и современные концепции политических элит. Типологии элит и системы их рекрутирования. Процессы демократизации российского общества, протекающие с конца ХХ века. Сравнительный анализ советской и современной российской политических элит.

    контрольная работа [28,9 K], добавлен 15.11.2013

  • Понятие и содержание, особенности политических элит в России. Структура политических элит в России, их специфика и элементы. Процесс формирования властвующей политической элиты России, главные этапы. Внутренняя иерархия и участники политической элиты.

    курсовая работа [39,9 K], добавлен 09.11.2010

  • Рассмотрение сущности и понятия политических элит, идей о правомерности деления общества на меньшинство, господствующее над остальным населением. Теория элиты макиавеллистской школы. Системы отбора и факторы результативности элит в Российской Федерации.

    контрольная работа [27,2 K], добавлен 01.04.2013

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.