Корпорация власти

Различные аспекты политической деятельности партии "Единая Россия", которые в совокупности характеризуют партию как авторитарную организацию: принуждение электората, его конформизация, нарушение конституционных прав, мифологизация, жесткий контроль СМИ.

Рубрика Политология
Вид монография
Язык русский
Дата добавления 30.10.2010
Размер файла 457,3 K

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Однако, по замечанию Ж. Делеза и Ф. Гваттари, массы весьма часто поддерживают интересы эксплуатирующего их класса не из-за своего незнания, не из-за того, что они обмануты, а потому что ими движет желание. «Желание есть везде, где что-то течет и переливается, увлекая заинтересованных субъектов, как, впрочем, и субъектов пьяных или спящих, к смертельным жерлам» Делез Ж., Гваттари. Ф. Анти-Эдип: Капитализм и шизофрения. - Екатеринбург: У-Фактория, 2007. - 672 с. . Продолжать эту фразу, говоря о том, как наши правители увлекают «заинтересованных субъектов», формируют у них эту заинтересованность, не стоит - об этом итак мы много сказали. Стоит только повторить, что массы сами желают фашизма, убегая от ответственности за себя, свою жизнь и свой выбор…, а вместе с тем и от свободы. В нашем же случае имеют значение оба этих фактора - лживость СМИ и стремление избежать ответственности; в какой-то степени они наслаиваются один на другой, создавая тем самым некий синтез. Единственное, что хуже обмана - это отсутствие ответа за этот обман…

Следует отметить еще одну игру между властью и СМИ. Ни для кого не секрет, что представители власти должны и обязаны выступать на телевидении, по радио, их выступления должны освещаться на страницах газет. И эти выступления далеко не всегда носят монологический характер. Зачастую требуется выполнения формата «вопрос-ответ», когда журналисты задают вопросы (иногда очень провокационные), а партийцы на них отвечают, и от этих ответов часто зависит карьера политика, чистота его образа в глазах народа. Однако в нашем случае партия умело обезопасила себя от возможностей потерять свое лицо, диктуя журналистам правила. Теперь от «вопросов-ответов» зависит не карьера политика (отвечающего), а карьера журналиста (спрашивающего); «выскочек» не терпят, им затыкают рот кляпом цензуры, играющей по правилам двойных стандартов. Это напоминает университетский семинар, перед которым докладчик просит своих одногруппников задать ему те вопросы, ответы на которые он отлично знает; сразу убиваются два зайца - и видимость создается, и риска никакого.

Когда власть отвечает на вопросы, она перестает быть самой собой и становится подвластной (чего наша современная власть допустить никак не может); но в то же время игнорировать вопросы ей не позволительно. Значит, следует одновременно свести риск к минимуму и «замылить глаза» зрителям. Теперь журналисты не могут спросить все что угодно, теперь характер вопросов жестко детерминирован самими политиками, и вся ситуация дебатов лишает се мероприятия какой бы то ни было объективности. Игра, да и только. Таким образом, мы теперь не можем назвать прессу «четвертой властью» (или какой бы то ни было ее разновидностью); теперь пресса - это служанка государственной власти и не более того. Современные российские СМИ - это неформальный политический институт, «работающий» на корпорацию, монополизировавшую власть. И если раньше СМИ можно было назвать оружием народа против власти, то сейчас она - оружие власти против народа. Путиновидение, путиновизор… - основной метод инженеринга согласия и ментального загрязнения общества. Пресса - это мощное оружие, ибо одного пера хватит для того, чтобы заговорили миллионы языков. Но главное, чей палец находится на спусковом крючке. «Какое бы давление со стороны власти не испытывала журналистика в конкретной политической системе, - пишет В.А. Евдокимов, - она, как светолюбивое растение, пробивается сквозь каменистую почву ограничений Евдокимов В.А. Пресса - «бескрылый» посредник или окрыленный субъект? // Книга и мировая культура: сб. науч.-практич. трудов / отв. ред. В.И. Хомяков; Н.В. Огурцова. - Омск: Вариант-Омск, 2009. С. 82-88. С. 87.». Но едва ли это так. Сквозь каменистую почву ограничений что-то и пытается пробиться, какая-то малая, незначительная часть тела журналистики, но эти ограничения настолько сильны, что барьер преодолеть становится практически невозможно. И хотя В.А. Евдокимов пишет о том, что журналистика в некоторых случаях должна быть субъектом власти, а не посредником, отметим факт ее посредничества, а не субъектности, что говорит об отличии должного от существующего.

Вспоминается случай, когда во время выступления Медведева один человек из зала выкрикнул в адрес президента обвинение в нарушении Конституции. Реакция последовала незамедлительно; смельчака вывели из зала, закрывая ему рот рукой. Архетипический символ - рот, говорящий правду, - враг нынешней власти, и поэтому его надо затыкать, кабы что нечаянно не прорвалось. А пока его затыкают, Конституция тихонько плачет где-то в темном запыленном уголке сегодняшнего российского бытия. У нас, как у человека, получающего водительские права, но не имеющего автомобиль, есть конституционные права, но они нигде не реализуются. Права имеем, но не можем…

И.Д. Каландия пишет о том, что благодаря современным информационным средствам политические партии находятся под «информационным микроскопом», который обеспечивает их прозрачность для избирателя, что устраняет лицемерие и тайную дипломатию Каландия И.Д. Концепция информационного общества и человек: новые перспективы и опасности // Человек постсоветсткого пространства: Сборник материалов конференции. Выпуск 3 / Под ред. В.В. Парцвания. -- СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2005. -- С.256-266.. Такую позицию можно назвать более чем наивной, поскольку СМИ не выступают «информационным микроскопом», а в большей степени его псевдопроявлением. Как СМИ могут микроскопировать власть, если они ей принадлежат? Скорее, объектив их рентгеноскопа направлен на общественность, лишенную политической власти, на электорат, но не на саму власть. Если политические партии и находятся под микроскопом, то только те, кто не допущен к власти, кто находится в оппозиции или играет фиктивную [подкаблучную] роль, и микроскопирует их скорее не СМИ, а силовые ресурсы властвующей партии в виде прежде всего спецслужб. Так, мне лично знакома практика, когда ФСБ вербует представителей какой-либо «неугодной» партии ради того, чтобы быть информированными о ее структуре и планах на ближайшее будущее. Но эти партии являются прозрачными не для избирателя, а для политической элиты, которая сама не микроскопируется никем и ничем.

Государство не столько запрещает, сколько, наоборот, стимулирует и поощряет определенные желания, но фиктивные, неестественные для человека, которого этой стимуляцией ставит в зависимость. Оно, будучи в большой степени регулятором индустрии удовольствий, придумывает и навязывает новые объекты желания и все более изощренные способы их удовлетворения. Наше правительство прекрасно знает, что запретный плод всегда сладок и все недозволенное влечет к себе повышенное внимание. Просто то, что запретно, не является запретным в прямом смысле этого слова, а умалчивается, как будто оно вовсе не существует. Они не говорят «против нас идти нельзя» и редко указывают пальцем на тех, кто действительно против. Вместо этого они говорят «никто не против, все только за».

Наиболее опасный для власти - тот, кто не принимает индустрию удовольствий, не вовлекается в идеологию государственного производства желаний, предпочитая свою собственную «желающую» идеологию. Так, телевидение Бодрийяр называет уверенностью в том, что люди больше не разговаривают друг с другом Бодрийяр Ж. Реквием по масс-медиа. http://www.i-u.ru/biblio/archive/bodriyjar_rekviem/, что указывает на отчуждающую роль телевидения. Саму же систему масс-медиа французский ученый описывает как источник слов, на который не должно быть получено никакого ответа, что говорит о монополии слова, которое не находится в процессе обмена - не может быть возвращенным. Это явление представляется следующим образом. Слово, исходящее от СМИ - в первую очередь несущее в себе какую-либо пропаганду, - не встречается со своим антисловом. Если этот антитезис и возникает в головах людей, получивших тезис, они не вправе высказать его таким же путем, посредством которого ими было услышано сообщение (тезис). То есть, массы могут (и должны) слушать и воспринимать, но не могут (и не должны) говорить. Слово дано тому, кто представляет власть и «работает» на ее укрепление и усиление, а, естественно, не на разрушение.

СМИ манипулируют не только сознанием масс, но и фактами. В этом и заключается мифологичность СМИ; миф - «система знаков, претендующая перерасти в систему фактов» Барт Р. Миф сегодня // Барт Р. Мифологии. - Пер. с фр., вступ. ст. и коммент. С.Н. Зенкина. - М.: Изд-во им. Сабашниковых, 1996. С. 233-286. С. 260.. Сколько раз за историю существования СМИ народ «кормили» ложью и фальшью? Так, для многих американцев благодаря влиянию на них американского телевидения истинным является мнение, согласно которому именно Россия была агрессором в военном столкновении Грузии и Осетии. Хотя не исключается возможность, что российским массам говорится о таком мнении американцев, чтобы указать на Америку как на внешнего врага, народ которой, возможно, таким мнением не кормится. С другой же стороны, Америка, наоборот, позиционируется как мировая держава, ядро глобализма, перед которым Россия пресмыкается, а потому она не может себе позволить выставлять Америку как врага. Где здесь истина? Домыслов может быть сколько угодно, но правда… - это, пожалуй, только то, что человек видит перед своим носом. Информации становится много, слишком много, она охватывает все и вся, и человек теряется в ней, бесследно утопает в этом бескрайнем массмедийном море сообщений, образов и голосов, в ареале повышенного шума, в полифонии которого исчезает также и real бытие. Технологии информатизации действуют настолько быстро, что культура и человеческое мышление не успевают их подчинить себе, ассимилировать, отрефлексировать многочисленные сообщения. Хаос СМИ рождает ментальный хаос, хаос в индивидуальных и коллективных представлениях и идентичностях. Именно это мы наблюдаем, обращаясь к такому феномену, как новости, и понимая, что в мире СМК - мире гиперреальности - невозможно разобраться, что является настоящим отражением какого-либо аспекта действительности, события, а что - его полной фабрикацией; скрывается действительность и скрывается это сокрытие одновременно.

Существует такого рода теория. Если правительство, у которого СМИ под «каблуком», будет постоянно питать общественность фальшью, рано или поздно кто-то докопается до истины; но если создать два рода лжи, противоположные по отношению друг к другу, и поместить общественность как раз между ними, то найти истину будет намного сложнее. Поэтому в наше время стало неизвестно, чему верить и верить ли вообще чему-нибудь. Каждая мысль наталкивается на своего противника, но не нейтрализуется антиподом, любое обвинение встречает оправдание в агональном коммуникационном пространстве, создающем включенность в изнуряющую интерпретационную активность. Заинтересованные группы [власти] сливают нам на головы сбивающую с толку информацию для обеспечения секретности существенного и эксклюзивного знания. Массы ограниченны в знании, но зато с избытком информированы последними «истинами» - зачастую банальными и вульгарными. Коммуникационное пространство усеяно вирусами, которые одновременно являются самой информацией и тем, что ее уничтожает. Новости необходимы массам не столько для информации, сколько просто для развлечения См. Понукалина О.В. Развлечения в контексте современной массовой культуры // Вопросы культурологии 10/2010. С. 84-87. , и эту функцию они с лихвой обеспечивают. А когда нет полной информационной картины [и когда, она, собственно, не особо нужна], когда ее место занимает противоречивый эклектичный псевдоинформационный коллаж, невозможно сделать рациональный выбор.

В массовой литературе, часть которой претендует на научность, муссируется идея грядущего глобального потепления. Казалось бы, в ней приводятся хорошо аргументированные доводы в защиту данной концепции, однако многие ученые с ней категорически несогласны, считая, что потепление - это миф, придуманный специально какими-то структурами, которым он выгоден. Возможно, именно этими структурами [если мы будем верить второй точке зрения] сделан заказ на создание, например, фильма «Водный мир», где показывается облик будущего человечества, оставшегося в живых после потопа, вызванного потеплением. Искать здесь истину - в пользу одной или противоположной концепции - дело неблагодарное. Однако, отвлекаясь от этого расхождения, многие факты указывают на то, что не только интерпретации событий и новостные мифы бывают вовлечены в целенаправленную технологию, благодаря которой они создаются кем-то ради определенной выгоды, но зачастую эта технология затрагивает также сферу искусства, к которой относятся кино и музыка. Так, не зря ведь пишутся хвалебные песни в адрес Путина (а в Советском Союзе сочинялись песни, прославляющие социализм и его вождей), не зря ставятся те или иные фильмы, по сути являющиеся оболочкой, скрывающей некую идею, которую кому-то необходимо донести до широкой общественности. Так, А.И. Фурсов отмечает, что в 90-е годы в Америке вышло много блокбастеров о космической угрозе по заказу НАСА, которое правительство урезало в финансировании; посредством этих фильмов создана выгодная для НАСА атмосфера, благоприятствующая для возобновления финансирования Агенты будущего или искусство перемен. Интервью с А.И. Фурсовым // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», http://rikmosgu.ru/publications/3559/4234/. Может быть, эта мысль выглядит несколько претенциозно, однако следует согласиться с тем, что некоторые продукты массовой культуры создаются «не просто так», а в том числе ради идеологической или экономической выгоды. Так что эти культурные продукты вполне могут быть политически, идеологически или экономически ангажированными.

Причем может иметь место разноуровневое запутывание - как на масштабном (глобальном) уровне, касающееся каких-то общегосударственных или общенародных проблем, так и на локальном, где аспект ставится на мелочные ситуации. Примером первого может служить конфронтация между социализмом и капитализмом. Одни говорят, что первое приводит к благоденствию, а другие - что второе, хотя на самом деле это очередные мифы. Исторический опыт показывает, что эти две глобальные схемы общественно политических режимов если не тождественны, то мало чем отличаются, и вряд ли стоит превозносить или, наоборот, критиковать одно за счет другого. Одни страны живут хорошо, а другие плохо, но и в тех и в других есть частная собственность, равно как и наоборот - кто-то живет хорошо с общественной собственностью, а кто-то не очень; при любых режимах - капиталистическом ли или социалистическом - вполне успешно реализовывался принцип «чиновник отдыхает - рабочие сдыхают». Примером второго служит любая новостная сводка о текущих событиях, которые затрагивают общественность лишь на короткое время и быстро забываются, так как в скором времени на их место приходит муссирование других событий, характерных для этого же уровня.

Когда нам долгое время говорят одно, а потом начинают активно убеждать в противоположном, после чего придумывают что-то третье, то мы становимся настолько запутаны этими «истинами», что не можем быть твердо убежденными ни в чем. Или же когда нас просто пичкают одним и тем же долгое-долгое время, и это одно и то же исходит с экранов телевизора, газетных страниц, с некоторых сайтов Интернета и радиоприемников, причем не давая возможности фигурировать в масс-медийной среде альтернативным точкам зрения, благодаря такому постоянному повторению у нас утрачивается способность критически оценивать поступающую информацию. И можно подумать, что эти самые альтернативные (подпольные) каналы получения информации и есть та самая вторая ложь, которые специально создаются ради усыпления сознания реципиента наличием (или иллюзией наличия) какой-то оппозиции. К тому же многие люди считают так: если есть альтернатива, и если она запретна, значит, та, информация, которая ей преподносится, истинна; а иначе зачем же ее запрещать. Но создатели «истин», естественно, осведомлены о подобных психологических особенностях, чем могут свободно пользоваться, еще более запутывая народ. Наша мысль созвучна идее С.Л. Бурмистрова о том, что нам известна не реальная картина общественных событий, а только то, что транслируется через газеты и телевидение, а это далеко не одно и то же Бурмистров С.Л. Сарвепалли Радхакришнан, протагонист глобализации // Рабочие тетради по компаративистике. Вып. 8: Сравнительные исследования в политических и социальных науках. СПб., 2003. С. 96-104.. Психологические установки масс - один из ресурсов, управляя которым, управляют страной. Многие факты, уже описанные здесь, говорят о том, что за предоставляемыми общественности сведениями существует некий «скрытый горизонт», который благодаря своей скрытности почти неуловим и не позволяет нам поймать себя за руку.

Многочисленные потоки противоречивой информации создают основную ценность - доверие ко всему, а значит, недоверие ни к чему. Каждая монументальная истина с неизбежностью сменяется следующей - более монументальной и более истинной. А если они существуют одновременно, в сознании реципиента создается настоящий хаос, сплошной когнитивный диссонанс. Приводя пример этого диссонанса, не нужно далеко ходить; ежедневно по телевизору мы видим репортажи об убийствах, грабежах, беспризорных детях, после чего нам показывают всенародное восхищение «Единой Россией». С.А. Батчиков обвиняет в создании такового ментального хаоса тех, кто движет мир к диктату мирового правительства, представленного в транснациональных корпорациях, глобализаторов, одержимых безнравственной идеей «золотого миллиарда» Батчиков С.А. Глобализация -- управляемый хаос // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», 2010 http://rikmosgu.ru/publications/3559/4069/. Естественно, его мысль имеет под собой реальную основу, но в то же время в качестве инициаторов можно назвать не только какое-то там далекое мировое правительство, но и непосредственных создателей новостей, репортажей, рекламы и т.д. У каждого из них в отдельности нет цели создать противоречивый ментальный образ в сознании реципиента, но он генерируется благодаря не индивидуальной (локальной) воли, а сосуществованию различных индивидуальных воль, каждая из которых конструирует свой репортаж, отличный от других. Совокупность этих индивидуальных воль - примерно то же самое, что точечная власть в фукианском понимании - децентрированная, разновекторная и исходящая из разных точек локализации властных очагов.

«Сам рынок конспирологической литературы во многом призван дезориентировать людей, топить их в потоке информации, в котором они не способны разобраться, отвлекать внимание от реальных секретов, от тех мест, где их действительно прячут» Фурсов А.И. Конспирология - веселая и строгая наука // Электронный информационный портал «Русский интеллектуальный клуб», 2010, http://rikmosgu.ru/publications/3559/4210/. И на помощь этому рынку, а точнее, некоторым индивидуальным волям (или очагам власти) приходит наука или некое «знание», всего лишь обернутое в наукоемкую оболочку. Перед этим «знанием» ставится задача - не поиск истины (основная цель науки), а оправдание в глазах общественности действий заказавшей данное «знание» группы лиц. Таким образом реализуется связь «власть-знание». Например, тоталитарные режимы ради оправдания политики террора склонны апеллировать (в основном спекулятивно) к авторитетному мнению. Сталин обращался к марксистской философии (и весь социалистический дискурс - не только научный - был ей ангажирован), Гитлер прикрывался ницшеанством; кроме того, в эпоху гитлеризма наука была призвана легитимировать нацизм созданием теорий о расовом превосходстве и т.д. Нынешняя власть просто апеллирует к [безличному] авторитету современников: «по мнению экономистов, принятые нами решения относительно дальнейшего развития страны наиболее оптимальны…». Но отсылка к некоему известному и общепризнанному источнику необязательно легитимирует фразу, содержащую эту отсылку; в некоторых случаях скорее наоборот, отсылка призвана скрывать нелегитимность фразы.

Интерес властвующих верхов способен встраиваться в научный дискурс, задавать тот или иной вектор развития этого дискурса, классифицировать проблемы как научные и ненаучные, актуальные и неактуальные. Однако такая политическая интервенция, в силу степени ее вмешательства, отчуждает науку от самой себя, лишает ее объективности и собственно научности. Конечно, исходя из взглядов М. Фуко на взаимоотношения власти и знания, одно без другого существовать не может, и между ними обязательно присутствует детерминизм. По замечанию Ж. Делеза, знания не могут интегрироваться без существования дифференциальных отношений власти. Но как отношения власти определяют отношения знания, так и происходит наоборот Делез Ж. Фуко - М, изд. «Гуманит. Лит», 1998. - 172 с.. Похожее высказывание мы находим у Ж. Лиотара, который, считая знание и власть двумя сторонами одного вопроса, поднимает проблему: кто решает, что есть знание, и кто знает, что нужно решать? Лиотар Ж. Ф. Состояние постмодерна. "Институт экспериментальной социологии", М.: Изд-во "АЛЕТЕЙЯ", Санкт-Петербург, 1998. - 160 с.. Таким образом, оба компонента образуют единую нерасчлененную связку. Но степень подконтрольности науки властным структурам (в прямом понимании термина «власть») может быть различной, и чем она меньше, тем больше шансов у науки оставаться самой собой. Вместе с тем наука не всегда может дать ответ на какой-либо вопрос не столько потому, что она зависима от транснациональных корпораций или иных очагов власти, а потому, что она сама далека от совершенства и в состоянии решить не любую проблему. Эта мысль кому-то покажется тривиальной, но таковая очевидность очевидна далеко не всем, поскольку общественное мнение продолжает уповать на науку и воспринимать ученых как неких гуру, хранителей сакральных знаний, периодически открывающих завесу таинственности и просвещающих людей в том, как, например, тот или иной медицинский препарат влияет на организм и сколько раз в неделю следует заниматься сексом. «С точки зрения ученых…», - декламирует реклама. «Наукой было доказано…», - говорится на телевидении. Но такие фразы не всегда стоит воспринимать как неоспоримые референты. В конце концов, бывает, что позиции разных ученых в отношении объяснения какого-либо явления кардинально расходятся. Достаточно посмотреть пристально на медицину, внутри которой полно противоречий, но внимательный взгляд на нее потребует проведения отдельного исследования, что уже не укладывается в рамки настоящей работы.

Когда мы сталкиваемся с различными мнениями, этот информационный конфликт рождает сомнения в истинности одной (или обеих) предоставленных нашему вниманию теорий. Как отмечал Х. Ортега-и-Гассет, «со-существование двух противоположных верований естественно переходит в «со-мнение» Ортега-и-Гассет Х. Идеи и верования // Ортега-и-Гассет Х. Избранные труды. - М. Издательство «Весь Мир, 2000. С. 404-436. С. 417.. И - по сути дела - сила сомнения в таком (антагонистическом) случае будет обратно пропорциональна серьезности и убедительности фактов, защищающих данные концепции. Но если ни у той, ни у другой теории нет монументальных фактуальных оснований, с которыми мы как реципиенты были бы знакомы, естественным образом мы должны засомневаться. Дело в том, что многие так называемые новости звучат именно как домыслы, ничем не подтвержденные. И эти домыслы постоянно бомбардируют нас своей «информацией», создавая в конце концов, с одной стороны, перенасыщение сведениями, а с другой - настоящий информационный вакуум. В результате у человека теряется почва под ногами, и он…

а) начинает верить во все подряд, но, так как сведения зачастую противоречивые, его субъектность растворяется, лишается целостности, шизофренируется;

б) перестает верить чему бы то ни было, превращаясь в отъявленного скептика;

в) произвольным образом выбирает наиболее близкую к своей системе ценностей идею или совокупность идей и верит только в нее, - верит скорее не потому, что она более основательно преподнесена по сравнению с другими, а потому, что она ближе к его Я.

Кстати, в последней стратегии заключен распространенный социальный стереотип, согласно которому люди стремятся воспринимать ту или иную информацию хотя бы потому, что она подтверждает уже существующую картину мира, и пытаются игнорировать ту информацию, которая отвергает сформировавшееся мировоззрение. Именно так можно объяснить, к примеру, убежденность старшего поколения в том, что по телевизору всегда говорят правду. «…важнейшим признаком терроризма являются не жертвы, а информационный эффект» Борщов Н.А. Информационное насилие в условиях кризиса и нестабильности // Среднерусский вестник общественных наук №4 2009. С. 75-79. С. 76.. Информационный эффект, а не знаниевый… Информация приходит на смену знанию и становится мощным оружием в руках ее распространителей. Информация, формирующая необходимое общественное мнение, сильнее бомбы.

Субъект - как индивидуальный, так и общественный - воспринимает в своей жизни не структурную модель мира, где все элементы взаимосвязаны, а калейдоскопическую, внутри которой вместо четких взаимосвязей наблюдается в первую очередь многообразие противоречий. Ее можно повернуть одним боком, и с ее содержанием вследствие такого переворачивания произойдет трансформация, а можно - другим боком, что заставит содержание измениться как-то по-другому. Из множества противоречащих друг другу истин, идеологий и позиций можно выбирать какую-то одну, две, три, но редко когда можно быть уверенным в непогрешимости своего выбора. Ибо калейдоскопичность - это хаос, хаос сосуществования информационно-идеологических образцов. Факт - это само сообщение, не подтвержденное никакими фактами. Достоверность - это факт того, что мы получаем различные сообщения, но не их внутреннее ядро. Достоверность реальности сводится к ее наполненности сообщениями, но внутри самих сообщений реальность едва ли обнаруживается. Сообщение означает только факт сообщения. Здесь вопрос уже ставится не так «Кто нас обманывает?». Теперь он звучит несколько по-другому «Кто нас запутывает?». И несмотря на тот антиверификационизм, которым были проникнуты последние слова, на вопрос «Кто?» мы можем однозначно ответить. Это те кто владеют СМИ. А кто владеет СМИ, нам известно. Следовательно, логика проста…

Информация и знание - не одно и то же. Согласно Ж. Бодрийяру, информация - это «не знание, а то, что заставляет знать» Бодрийяр Ж. Прозрачность зла. -- М.: Добросвет, 2000. -- 258 с. С. 68.. Как верно замечают А. Бард и Я. Зондерквист, когда мир тонет в океане хаотических информационных сигналов, возрастает ценность существенного и эксклюзивного знания Бард А., Зондерквист Я. Netократия. Новая правящая элита и жизнь после капитализма. -- СПб.: Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге, 2004. -- 252 с.. Информация должна быть источником знаний, но не заблуждений. А дискурс фрагментаризации, запутывающий человека, уничтожает не только подлинное знание, но и, соответственно, интеллектуала, обладающего этим знанием, вместо которого появляется человек с узким и хаотично-осколочным мировосприятием, лишенный цельной картины реальности. Как уже говорилось, в мире глобальных потоков информации никто не претендует на роль интеллектуала, обладающего всеми необходимыми [энциклопедическими] знаниями. А когда начинает происходить настоящая бомбардировка противоречивыми сведениями, существование интеллектуала еще более обессмысливается и сводится на нет. В мире, становящемся зыбким от информационных потоков, зыбким становится сам человек, так как переизбыток [противоречивой] информации шизофренизирует его, уничтожает критерии разделения информации на истинную и ложную, что приводит к рефлексивному кризису. Если рефлексия - это способность анализировать знание [не только о себе, но и о мире вообще], то едва ли стоит о ней говорить в ситуации, когда анализ знания сталкивается с настолько труднопреодолимой стеной, что становится почти невозможным; на место восприятия информации и ее обработки приходит психоделическое головокружение от информационных потоков. Субъект под этим страстным напором превращается в чистый экран монитора, точку притяжения для различных сетей влияния, выражающих свое существование посредством языковых игр. Интенсификация и ускорение коммуникационных процессов приводит к массовому замешательству и атрофирует психологические защитные силы перед лицом недифференцированной гиперинформатизации; концепт «личное мнение» размывается. Нет однозначного и общего критерия, способного разделить [легитимировать или делегитимировать] все возможные и существующие языковые игры, с чем связан закат нарраций, а вместе с ним и фрактализация, то есть разделенность, «человека знающего». Множество взаимно противоречивых теорий, игра переменчивой взаимосвязи причин и следствий со вставшим на уши старым добрым принципом детерминизма - все это провоцирует какую-то ментальную эксплозию, взрывная волна от которой исходит во все стороны, чем рождает еще больший псевдоинформационный профицит и неизбежную энтропию знания. Невольно вспоминается бодрийяровский диагноз современности, которую он именует алеаторной, то есть непредсказуемой и неопределенной, утратившей соразмерность субъекта и объекта познания, делающей наше мышление таким же алеаторным, формирующим только гипотезы, не способные претендовать на истинность Бодрийяр Ж. Пароли. От фрагмента к фрагменту / Пер. с франц. Н. Суслова. -- Екатеринбург: У-Фактория, 2006. -- 200 с. (Серия «Ака-демический бестселлер»)..

Мегаинформационность можно именовать порнографической информационностью с ее текучестью, какой-то принудительной читабельностью и особенно противоречивостью. В ней уже нет скрытности и таинства; наоборот, вместо потаенности мы видим слишком выпяченное-то, что не увидеть становится сложно. Но это не эксклюзив, это его эрзац-то, что растворяется в мегамножественности информационного «эксклюзива», обрекая себя на обесцененность. Ценен тот продукт, которого мало, которого не хватает; информации много - она не ценна. Как пишет Ж. Бодрийяр, пространство радиостанций настолько перенасыщенно, что станции перекрывают друг друга и смешиваются до точки невозможности коммуникации Jean Baudrillard. Ecstasy of Communication // The Anti-Aesthetic. Essays on Postmodern Culture / Ed. H. Foster. Port Townsend: Bay Press, 1983. P. 126--133.. Хотя - примеряя эту мысль к современной российской действительности - ее следует принять с оговоркой: плюральная перенасыщенность радиостанций включает в себя в основном только неполитические области, а в сфере политики радио [и другие СМИ] отличаются неплюральной перенасыщенностью.

Новости выступают как продуктом политической идеологии, так и средством заработка журналистов, которые идут на все что угодно, лишь бы поднять свой рейтинг, на любые абсолютно неправдоподобные сенсации, способные привлечь внимание публики. В любом из этих двух вариантов новости имеют заказной характер и, также как зажигаются звезды, они создаются тем, кому это надо. Естественно, нельзя, проводя такое широкое негативистичное обобщение, забывать о настоящих новостях, которые отображают, отзеркаливают и отражают действительность именно такой, какая она есть. Но, к сожалению, рядом с этими - истинными - новостями сосуществуют описанные нами псевдоновости, дискурс которых сплошь мифологичен, и в меру своей мифологичности он совершенно не приемлет рационализм и научный способ мышления, хотя реципиент, воспринимающий эти «новости», представляет их как системы фактов.

Новости создаются, новости делаются, новости фальсифицируются, новости заказываются. Феномен заказных новостей сейчас широко распространен. Это касается в первую очередь политической области, и заказные статьи требуются во время политических агитаций и предвыборных кампаний. Незаслуженно облить грязью конкурента, оклеветать неугодных - вот основная цель заказных статей и черного пиара. Поскольку содержание данных текстов далеко не всегда совпадает с действительностью, а часто идет в разрез с нею, эпитет «новости» им не может соответствовать. Скорее, лженовости. Заказные материалы могут быть разные, но если заказуха идет от государства, она является намного большим злом, чем заказуха, идущая от одного бизнесмена, желающего оклеветать другого. При втором виде заказухи свобода слова есть - как чистого, так и грязного. А вот при первой наблюдается разгул только грязного слова.

Коммуникационные системы перестали быть источником информации о настоящей реальности, сейчас они осуществляют ее симуляцию. И данная симуляция затрагивает все области человеческого бытия, которые хоть как-то связаны с политикой и изменение содержания которых хотя бы в минимальной степени может изменить политическую ситуацию-то есть, почти все существующие области знания и деятельности: история, идеология, культура, наука и т.д. Таким образом, политически ангажированные масс-медиа создают огромный пласт гиперреальности, внутри которого от реального остается лишь малая часть. Под видом просвещенческих программ популяризируются правительственные проекты, куда вкладываются огромные финансы. Так, журналисты описывают социальную важность нанотехнологий и других разработок, которые власть не обошла своим вниманием, и это описание подается в духе научного просветительства общественности, хотя на самом деле преследуется рекламная цель - объяснение, оправдание, восхваление действий правительства. При этом те научные сферы, которые не интересуют власть, если не критикуются, то и не освещаются настолько широко.

В общем, в современной - постмодернистской, информационной - реальности такие понятия, как новости, факты, монументальные истины, теряют свое первоначальное значение. Создаются всякие политически ангажированные метарассказы и метанаррации, легитимация которых ставится под вопрос. Истин много, истиной может быть все, а значит, из этого обширного «всего» практически ничто не имеет привилегий на статус абсолютной истины. Истины влияют на нашу субъективность, формируют мировоззрение и ценностные ориентации; по сути, не мир, не объективная реальность исчезают, а исчезает субъективность, утопает в океане альтернативных реальностей. [Специально] создаваемые теории скорее соотносятся не с реальностью, а с нашим восприятием реальности. Вместе с тем, они и формируют это восприятие - расколотое, расщепленное, плавающее, разбитое на части и одновременно уставшее от состояния этой расколотости, дрейфа и разбитости. Они, выражаясь языком Ж. Бодрийяра, обмениваются «одна на другую по переменному курсу, не инвестируясь более никуда, кроме зеркала их собственного письма» Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. - М.: "Добросвет" 2000 -- 387 стр. С. 55.. Они создают мир гиперреальности, удваивая реальность, утраивая ее, множа на невообразимое число и в то же время расщепляя на разные осколки, картины, содержание которых нельзя привести к единому знаменателю, собрать целостный паззл, поскольку степень их взаимной противоречивости примерно совпадает с количеством осколков, точек зрения на одно и то же явление. «…никто не знает, где начинается и где кончается реальность, а значит, и умопомрачение ее перфекционистского воспроизведения» Бодрийяр Ж. Соблазн. - М.: Ad Marginem 2000. - 318 с. С. 71..

«В том случае, если социальные практики государства связаны с информационным насилием, то изменить их, как представляется, возможно только посредством влияния на государство других социальных институтов» Борщов Н.А. Информационное насилие в условиях кризиса и нестабильности // Спеднерусский вестник общественных наук №4 2009. С. 75-79. С. 79., - пишет Н.А. Борщов, хотя остается неясным, что он подразумевает под понятием «другие социальные институты». Многие социальные институты подконтрольны государству, поэтому едва ли стоит распространять на них чаяния по поводу их возможности изменить информационную деятельность власти. Если кто и способен сделать это [и не только это], то именно народ и те [теперь уже немногие] институты, которые остаются народными, а не правительственными.

Еще один аспект деятельности политиков, помимо новостного элемента СМИ, - это огромное засилье развлекательных телешоу, смысл существования которых заключается в погружении народа в поле развлечений, в матрицу, находясь внутри которой, люди перестают задумываться о делах насущных, по-настоящему важных и серьезных. Им уже не нужна истина вещей, теперь для них главное - это состояние счастья, получаемое от просмотра низкопробных телешоу и глупых юмористических телепередач, юмор которых весьма далек от интеллектуализма. Все это, весь этот политический китч, парализует протестную волю народа Гопко В.В. Воля в массовой культуре / Дисс. на соиск. степени канд. филос. наук. - Омск, 2006.. Человеку хочется быть счастливым, так пусть он таким и будет; отвлечется от гнетущей реальности, погрузится в чудесный мир, созданный СМИ, и обретет счастье. Для этого постмодернистского эдема есть все: IP-технологии, виртуалия, телесные практики и т.д. И вместе с тем реальные причины глобальных общественных явлений, как и сами эти явления, перестают людей интересовать; вместо них огромную долю внимания занимают симулякры, минимизирующие когнитивные усилия. Массы убеждены в том, что жизнь коротка, а потому ее не стоит тратить «попусту» - на политические баталии, на осуществление иллюзорных мечтаний и отстаивание гуманистических ценностей. Жизнь необходимо наполнять развлечениями, острыми ощущениями, азартом, экстримом, адреналином. Нет теперь больших проектов, на которые власть мобилизовала бы массы; единственный большой проект - это сама власть. Да и вообще, в современном мире, которому характерен стремительный прирост знаний и научно-технический прогресс, больше нет места кардинальным изменениям в области политики; новые гаджеты, стимулирующие все большее потребление, переносят идею перемен с политической арены на арену быта, в лоно повседневности, где последняя модель сотового телефона - самая совершенная и самая крутая - важнее всего остального. Эпоха хронических открытий обогащает сферу быта и не только обогащает, но и засоряет производством гаджетов и фиктивных потребностей, которые отвлекают внимание от глобальных вещей и уводят в микромир домашних стен.

Особого внимания заслуживают юмористические телепередачи и фильмы, наполненные так называемым плоским юмором, в которые также вкраплен закадровый смех, указывающий зрителю момент, когда нужно смеяться. Это, несомненно, производит психологический эффект, напоминающий вызов реакции по команде. Сказали что-то остроумное [или то, что пытается претендовать на остроумие] и закрепили закадровкой, как будто зритель не способен реагировать самостоятельно и адекватно на происходящее на телеэкране. Предположу, что таким способом его отучивают от самостоятельности и отвлекают от проблем, в том числе проблем глобальных. Вы можете сказать, что подобные передачи имели место и раньше и что вряд ли они ангажированы политикой. Несомненно, ранее они имели место в телеэфире, но сейчас их наплыв довольно большой. И если напрямую они не зависят от политической воли и не являются целенаправленным полит-проектом, тем не менее их существование поощряется, с чем трудно поспорить.

Стоит также отметить причинно-следственную двойственность, проявляющуюся в общении между реципиентом и отправителем в контексте массмедийности. С одной стороны, содержание СМК зависит от вкусов, предпочтений и вообще культурного уровня реципиентов (отправитель сообщений должен подстраиваться к получателю, чтобы последнему данные сообщения были доступны). С другой же, СМК задают культурный уровень реципиентов, постоянно «бомбардируя» их примитивными в содержательном смысле сообщениями. Когда вкусы и предпочтения масс не отличаются особой утонченностью, а культурный уровень не характеризуется глубиной, и при этом СМК подстраиваются под эти масс-показатели, происходит замкнутый круг; массы получают только то, что хотят, а медиа-пространство не загружает их ничем более. Так осуществляется самовоспроизводство китча. К тому же человек в силу своих особенностей не готов к качественной переработке поступающей информации, многообразие которой сегодня просто гиперогромно, что приводит к снижению культурного уровня как реципиента, так и создателя сообщений.

Согласно известному мнению, описанному А. Молем Моль А. Социодинамика культуры. - М.: Изд-во «Прогресс», 1973. - 408 с., человек считает наиболее убедительным то, что лучше всего запомнил; а запоминание часто происходит благодаря механическому заучиванию, в котором разумности и рациональности не находится место. На этом принципе основана деятельность пропаганды и прессирования общественного мнения: часто повторяющиеся рекламные лейтмотивы «внедряются» в сознание реципиента за счет этого повторения и тем самым меняют ценностные ориентации и мировоззренческие ориентиры последнего. Действительно, капля камень точит. Это напоминает процесс занудного воспитательного воздействия, когда родители повторяют своему нерадивому сыну одно и то же. Но, в отличие от массмедийного прессирования, родители преследуют позитивные именно для ребенка цели. Еще одно отличие заключено в том, что при таком родительском воздействии ребенок скорее всего начинает испытывать отвращение от всего происходящего и пытается разными способами избежать дотошных нотаций, но не тем способом (изменение себя, перевоспитание), который хотят ему навязать родители. В контексте повторяющихся сообщений СМИ реципиент едва ли станет испытывать подобное отвращение, поскольку характер данных воздействий не подразумевает прямой навязчивости и, соответственно, не вызывает идиосинкразию у воспитанника, а, скорее наоборот, максимизируется в сторону развлечений и удовольствий, с помощью которых можно завлечь реципиента.

Конечно, смысл сообщения, постоянно повторяемого с экранов телевизоров, с обложек журналов, страниц газет или из радиодинамиков, может совершенно не противоречить нравственности и принципам гуманизма, и даже являться высокодуховным и человекоориентированным. Но вместе с тем сам характер такого действия - повторение вместо рационального убеждения - идет вразрез с принципами нравственности, так как все равно является манипуляционным.

Что же касается известного утверждения о том, что СМИ перестали информировать, то, конечно, не стоит доводить его до абсурда, распространяя на все поле средств массовой информации. Но, опять же, в нем есть и значительная доля истины. Достаточно вспомнить хотя бы известный журналистский лозунг: «Мы делаем новости!». Конечно, к этому лозунгу можно относиться разве только с сарказмом. Как можно делать новости? Их можно освещать, распространять, но не ДЕЛАТЬ. Д.И. Дубровский называет поиск и фабрикацию новостей, погоню за сенсацией тяжким и кошмарным прессингом журналистского сознания Дубровский Д.И. Постмодернистская мода // В диапазоне гуманитарного знания. Сборник к 80-летию профессора М.С. Кагана. Серия «Мыслители», выпуск 4. СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2001. С. 99-119.. По мнению Ж. Бодрийяра, искусство, как и средства информации, сегодня скрывают действительность и вместе с тем маскируют ее исчезновение Бодрийяр Ж. Совершенное преступление // http://anthropology.ru/ru/texts/baudrill/cremi.html. Массовые коммуникации дают нам не действительность, а головокружение от нее, а мы живем под покровом знаков и в отказе от реальности Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры / Пер. с фр., послесл. и примеч. Е. А. Самарской. - М. : Культурная революция; Республика, 2006. - 269 с.. Поэтому далеко не любое медиа-сообщение следует считать информативным, даже если реципиент субъективным путем придает ему статус информационного сообщения.

Г.В. Березин говорит о том, что в формировании политических ориентаций важную роль играет телевидение, которое использует недемократические формы рекламы, оказывающей политико-эмоциональное давление на реципиента. Автор совершенно справедливо приписывает современной журналистской деятельности стремление к манипулированию общественным мнением, а само телевидение называет действующим элементом политической коммуникации, лишающим себя своей главной функции - постижения истины Березин Г.В. Особенности влияния СМИ на формирование современных политических ориентаций россиян (на примере телевидения / Автореф. дисс. канд. филос. наук. - М, 2000.. Короче говоря, современное телевидение - еще одно (и весьма значимое!) средство власти. «Событие имеет смысл только тогда, когда о нем сообщили СМИ. Если же такого сообщения не было, то можно считать, что не было и самого события» Почепцов Г.Г. Паблик рилейшнз, или как успешно управлять общественным мнением. - М., Центр, 2004. - 336 с. С. 8.. Да, для массового сознания событие состоялось только тогда, когда о нем упомянули в официальных источниках; отсюда и вера во всех, кто владеет информацией - вера в достоверность предоставляемой ими информации, а также в их чистые помыслы и непорочные планы. Недаром Г.Г. Почепцов говорит о невозможности массового сознания подвергать проверке каждое получаемое сообщение. Массе даже в голову не приходит такая идея.

Хотя телевидение, равно как и все остальные средства массовой информации, - далеко не единственное средство «воспитания» народа, конституирование его соответствующим потребностям государства. Таких средств может быть много. В структурализме и постструктурализме под термином «аппарат власти» понимается два значения: 1) репрессивный аппарат государства, насилием добивающийся своей цели, 2) идеологический аппарат государства (церковь, семья, система образования, масс-медиа, искусство и т.д.), стремящийся достигнуть согласия масс. И между этими двумя видами практически нет никакой разницы в телеологическом смысле - они руководствуются единой целью Ильин И.П. Постструктурализм. Деконструктивизм. Постмодернизм. - М: Интрада, 1996. - 256 с. . Правда, задачей нашего исследования не является рассмотрение взаимосвязи между деятельностью Единой России, с одной стороны, и пропагандой церкви, образовательной системы, искусства и т.д. - с другой. Можно лишь упомянуть о такой взаимосвязи, обращая внимание, например, на единоросскую пропаганду в мире искусства (или псевдоискусства): многочисленные «литературные» произведения о Путине, а также хвалебные (и бездарные в музыкальном смысле) песни в отношении Владимира Владимировича («Такого, как Путин» группы «Поющие Вместе» или весь репертуар группы Любэ, который семантически не выражает какое-либо отношения к единороссам, но звучит на всех мероприятиях, устраиваемых корпорацией).

Если мы поставим перед собой цель изобличить единороссов в коррупции, то для проведения такого исследования не хватит целой монографии, потребуется исписать несколько увесистых томов; настолько уж обширное исследование пришлось бы провести. Причем эта коррупция выражается в разных аспектах и не сводится к одному лишь классическому взяточничеству. Так, на посты ректоров в вузах ставят «своих» людей, главное качество которых - не честность и компетентность, а всего лишь факт того, что он «свой», то есть «убежденный» единоросс. Вполне показательна история с Саратовским государственным техническим университетом, во главу которого, вопреки мнению всего преподавательского состава, пытались поставить «своего» человека, никак не связанного прежде с исполнением обязанностей, соответствующих ректорской должности. Но после достойного сопротивления со стороны сотрудников вуза против учебного заведения развернулась информационная война, сопровождаемая постоянными проверками из Москвы См. Андреева Н. Культурный имидж партии / «Новая газета», № 18 от 17.03.2008 г., www.novayagazeta.ru/data/2008/18/09.html.. Вот и вся история, и она далеко не единственная; еще многие факты указывают на коррумпированность партии власти.

В самом конце 2009 года - в канун новогодних праздников - просто так был отчислен студент ОмГУ, который состоял в партии «Яблоко». Простите, он был отчислен не просто так, а потому, что состоял в этой преступной и не имеющей права на существование партии. А поскольку в УК РФ нет статьи, согласно которой членство в антиединоросской партии карается отчислением, как бы официально он был отпущен на вольные хлеба как бы за долги. И почему-то это произошло почти сразу после того, как в должность ректора ОмГУ вступил новый человек. Совпадение ли? И что-то многовато таких совпадений в данном вузе, так как за последний год имели место серьезные разбирательства с некоторыми преподавателями, у которых отсутствуют «черные пятна» в профессиональном смысле, но присутствуют в смысле идеологическом.

В сентябре 2009 года был возбуждено уголовное дело на ученых М.Н. Супруна и А.В. Дударева. Обвинение, как обычно, трещит по швам, но это нисколько не мешает обвинителям продолжать свое дело. Попавшие под репрессивный аппарат Супрун и Дударев занимались научным поиском сведений о репатриированных с территории Германии по окончании Второй мировой войны граждан СССР, являющихся этническими немцами и поляками, выселенных в административном порядке в период 1945-1956 годов на территорию Архангельской области. Ничего особенно маргинального в их деятельности не было, однако… Не услужили чем-то государству, не захотело государство, чтобы подобные исследования проводились, а их результаты публиковались и обнародовались. Видимо, вздумалось государству полностью контролировать науку. В России создается опасный прецедент, на основании которого может быть возбуждено уголовное дело против любого неугодного и неудобного власти. Против всякого, кого пищевод государственной машины переварить не в состоянии. «Попытки регламентации и цензурирования исторических исследований недопустимы в свободной стране, противоречат Конституции Российской Федерации и основополагающим международным актам по правам человека. Научное сообщество не нуждается в чиновном контроле, партийном руководстве и бюрократических указаниях, от которых зависит возможность изложения собственной точки зрения, состязательной дискуссии или беспрепятственных занятий с архивными документами. Академические институты достаточно авторитетны и самостоятельны, чтобы выступить квалифицированными экспертами в научной полемике, которую лишь дискредитируют любые «комиссии по борьбе с фальсификациями истории». В действительности подлинной фальсификации отечественной истории способствует закрытое хранение многих бесценных архивных материалов и новые попытки мифологизации недавнего прошлого» «Необходимо прекратить преследование ученых и вмешательство в исторические исследования», Открытое письмо ученых из России, Украины, Германии, Израиля и США, требующих прекращения уголовного преследования М.Н.Супруна и А.В.Дударева // http://echo.msk.ru/doc/630005-echo.html.


Подобные документы

  • История и развитие партии "Единая Россия", ее структура, членство, цели и задачи, идеология российского единства. Деятельность региональной общественной приемной Нижегородского регионального отделения Всероссийской политической партии "Единая Россия".

    реферат [38,0 K], добавлен 27.09.2009

  • Преобразование Общероссийской общественной организации "Союз "Единство и Отечество" во Всероссийскую партию "Единство и Отечество" - Единая Россия. Деятельность, цели, права, основные проекты, структура, состав, руководство партии "Единая Россия".

    реферат [981,7 K], добавлен 05.11.2009

  • Краткая история создания российской политической партии "Единая Россия". Основные стратегии, дата основания, лидер, идеология, лозунг, трактовка символики партии. План политической и экономической программы второго президента России Владимира Путина.

    презентация [1,0 M], добавлен 25.07.2012

  • Анализ деятельности Департамента по взаимодействию со СМИ ЦИК партии "Единая Россия". Оценка общественного мнения о деятельности партии. Анализ взаимодействия политических партий с населением в период избирательной кампании, основные функции Департамента.

    курсовая работа [839,4 K], добавлен 28.05.2016

  • Особенности использования СМИ в политической PR - деятельности. Принципы работы политических PR-деятелей со средствами массовой информации. Особенности российских СМИ для политического PR. Использование СМИ на примере партии "Единая Россия".

    курсовая работа [103,7 K], добавлен 29.01.2004

  • "Единая Россия" – российская правоцентристкая политическая партия. История объединения трех партий: "Единство", "Отечество" и "Вся Россия". Символика и руководство партии. "Единая Россия" и предвыборная кампания 2007—2008. Содержание "Плана Путина".

    реферат [23,7 K], добавлен 15.11.2010

  • Понятие и различные подходы к исследованию феномена "партия власти". Факторы, влияющие на формирование власти. Причины и следствия становления конкретной формы партии власти. Степень влияния партии власти в современной российской партийной системе.

    курсовая работа [37,4 K], добавлен 28.11.2010

  • Сущность политического маркетинга, его эффективность и значимость на современном этапе. СМИ в качестве инструмента политического маркетинга. Деятельность партии "Единая Россия" в целом на сегодняшний момент, мероприятия по совершенствованию деятельности.

    курсовая работа [62,9 K], добавлен 24.03.2014

  • История становления политической партии - группы единомышленников, представляющей интересы части народа, ставящей целью реализацию своей политической программы путем завоевания государственной власти. Функции политической партии, требования к регистрации.

    презентация [1,2 M], добавлен 21.06.2015

  • Партии в политической системе России, реализация социальных проектов как вид их деятельности. Принципы налаживания коммуникаций между партией и электоратом через реализацию социальных проектов. Реализация социальных проектов партией "Единая Россия".

    курсовая работа [61,5 K], добавлен 17.01.2013

Работы в архивах красиво оформлены согласно требованиям ВУЗов и содержат рисунки, диаграммы, формулы и т.д.
PPT, PPTX и PDF-файлы представлены только в архивах.
Рекомендуем скачать работу.